Все же я обратился за консультацией к бывшему главному врачу ЦРБ – онкологу, который направил меня на вегетативно-резонансное тестирование (ВРТ). У меня были обнаружены: хеликобактерии, эхинококкоз, тениоз, цитомегаловирус, стафилококк. У жены – эхинококкоз, у сына – только острицы. Онколог сказал, что созвонился с ГИБ, и послал к инфекционисту за направлением, которая с огромной неохотой выдала направление и высказала: «Ходите, ищите себе болезни. Это не лечится. Возможно, у тебя давно уже опухоль в мозге. Тут одна два месяца ходила ко мне со своими эозинофилами, я ее вчера к онкологу отправила». Спорить я с ней не стал. На следующий день был госпитализирован в КГИБ, где встретил чуткое отношение со стороны доктора, который сразу предупредил, что за 22 года с эхинококкозом сталкивался два раза. Однажды у больного была опухоль, он был направлен на операцию, но у него выявили эхинококковую кисту в головном мозге. За 10 дней нахождения в стационаре мне было проведено обследование: УЗИ, рентгенография грудной клетки, дуоденальное зондирование, ОАК (α-9,2; С-25; Э-45; Л-20; СОЭ-6), антитела к эхинококку. В моче были обнаружены α-4—5; Э-2,5. Был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации. Доктору удалось за это время изучить новый учебник паразитологии, также он изучил Вашу книгу, и мне было назначено лечение немозолом (по инструкции, которую прилагаю). Немозола не было даже на базе «ИПКА» в Москве. Пришлось снова связаться с Вашим регистратором.
У жены также были обнаружены антитела к эхинококку в титрах 1: 200, однако ОАК был в норме, Э-2. У сына анализы были нормальные. Несмотря на это, я потребовал у инфекциониста провести им УЗИ и рентгенографию, после чего жене также был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации.
С 16.02.2005 мы с женой начали лечение немозолом по инструкции при постоянном контроле ОАК (у жены он всегда был в норме). Мой ОАК от 16.02.2005: α-14,6; n-11; С-44; Э-20; Л-15; СОЭ-12; ОАМ (общий анализ мочи): α-0–1; билирубин – 12,5; АЛТ – 0,45.
Кроме того, вновь сделали диагностику ВРТ в своем городе. У жены была обнаружена локализация в легких, у меня – в мочевом пузыре и прямой кишке.
Через две недели у жены эхинококкоз не тестировался, в ОАК изменение α с 8,0 до 5,2. У меня ОАК: α-6,0; n-2; С-69; Э-2; Л-25; СОЭ-7; билирубин – 11,3; АЛТ – 0,32. Эхинококкоз тестировался.
Повторный анализ крови (мой) на антитела к эхинококку в титрах 1: 200. В лаборатории объяснили, что антитела начнут снижаться не ранее чем через 8 месяцев.
Новый цикл немозола.
ОАК от 07.04.2005: a-5,2; n-1; С-62; Э-2; Л-32; М-3; СОЭ-6. Эхинококкоз не тестируется.
ОАК от 25.04.2005: a-5,4; СОЭ-4; билирубин – 13,6. АЛТ – 0,72.
Кроме того, во время второго цикла лечения мы с женой провели 3 курса очищения кишечника минеральной водой в профилактории.
Ольга Ивановна, Вы меня извините за такое пространное письмо. Вся проблема в том, что мы с женой лечимся по Вашей методике, по Вашим книгам. Спасибо инфекционисту хотя бы за то, что пока не отказывает в выписке направлений на анализы крови, но скептически относится к ВРТ.
Причину возникновения у нас заболевания никто устранять не собирается, а их может быть только две.
1. Поросят я покупаю в одном хозяйстве. Полтора года назад при забое обнаружили в печени и легких одной из забитых свиней водянистые пузырьки. Внутренности мы скормили собаке, мясо съели сами, многократно готовили шашлыки.
В течение последних трех лет в этом колхозе наблюдается падеж молодняка свиней весом 40–50 кг, как говорит завфермой, из легких выделяется гной. Неоднократно проведенные исследования результатов не дают. Со слов работников ветстанции, в частных хозяйствах частенько забиваются эхинококкозные свиньи.
2. В 200 м вверх по речке, шириной 3 м и глубиной до 1 м, коммерсант занимается забоем скота, внутренности которого сбрасывает в реку и их растаскивают собаки, в том числе и моя. Тут же купаются дети, не старше 10 лет. Несмотря на неоднократные жалобы жителей, СЭС никаких мер не принимает.
Ольга Ивановна, у нас остался последний цикл лечения немозолом, если Вас не затруднит, ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов:
1. Как нам наблюдаться далее и нужно ли проводить какое-либо профилактическое лечение?
2. Как долго организм будет вырабатывать антитела?
3. Сколько времени сколексы могут находиться в почве, какова вероятность повторного заражения?
Ответ
1. Индивидуальное наблюдение и лечение Вашим лечащим врачом.
2. Выработка антител в организме – это индивидуальный процесс, поэтому сроки у всех будут разные, у многих антитела могут сохраняться всю жизнь.
3. Вы выбрали правильный путь лечения и грамотно разобрались в вопросах санитарной гигиены.
Дополнительно рекомендую постоянно принимать травяные адаптанты (см. письмо 24).
Так как первично эхинококк проходит через печень, там обязательно задерживаются сколексы. Необходимо проводить защиту печени: принимать расторопшу. Одну чайную ложку травы заваривают 200 мл кипятка, настаивают 15–20 минут. Принимать 2 раза в день до еды по 100 мл настоя. Можно принимать по 1/2 ч. ложки измельченной травы до еды 2 раза в день. Пить в течение 1 месяца, затем перерыв 15 дней, и так постоянно. Если на расторопшу есть аллергия, принимать ее не нужно.
Коротко об эхинококкозе
Преподавателями медицинских институтов эхинококкоз представляется как экзотическое заболевание, характерное для стран Южной Америки, Австралии, Азии, Африки. Возможно, поэтому у наших практикующих врачей эти знания не фиксируются в памяти или со временем стираются за ненадобностью.
В настоящее время учеными установлено, что в результате смещения положения земной оси изменяются электромагнитные частотные характеристики всех участков территории планеты. Это способствует появлению новых видов-мутантов среди микроорганизмов и перемещению уже известных видов в новые районы земного шара. И если раньше в европейских странах эхинококкоз был редким эпизодическим заболеванием, то в настоящее время он стал уже достаточно распространенным. Но стереотип врачебного мышления типа «у нас этого не бывает» и отсутствие научных разработок по проблеме паразитарных заболеваний мешают своевременной диагностике этого грозного заболевания.
Сразу хочу пояснить, что заболевание вызывают не взрослые черви, а пузыри с их личинками. Термины «однокамерный» и «многокамерный» обозначают различные формы развития именно деток паразита.
В лице эхинококка мы имеем дело с высокоорганизованными существами, имеющими своеобразную иерархию и обладающими исключительной приспособляемостью к любым условиям. Напрашивается параллель: как человек – самое высокоорганизованное существо среди животного мира Земли, так и эхинококк – самый развитый и совершенный вид среди микромира.
Этот паразит фактически имеет два варианта «общественного устройства» – племена оседлые и кочующие. Оседлое племя – это взрослые половозрелые ленточные черви. Они обосновываются в тонком кишечнике организма-хозяина, попадая в него в виде сколексов – головок паразита. Сколексы, в свою очередь, встречаются в органах животных. Следовательно, основными хозяевами должны быть хищники – плотоядные животные, поедающие зараженное сколексами мясо. Хищники, как правило, охотятся на травоядных и на более мелких хищников. Значит, постоянные (основные) хозяева – волки, шакалы, лисицы, песцы, собаки, кошки и всеядные – свиньи.
Собаки и кошки в этой цепи играют двойную роль: они могут быть больными, то есть носителями паразитов (основными хозяевами). И в этом случае человек заражается, играя с собакой или кошкой, ухаживая за ними; в случаях когда люди и животные едят из общей посуды, когда животные лижут лицо и руки и т. д. Но заражение может произойти и от здоровой собаки, у которой шерсть оказалась загрязненной экскрементами других собак. А вы знаете, как животные любят нюхать каждую кучку, а иногда даже и вываляться в ней. А мы их отмываем, порой без резиновых перчаток, забивая себе под ногти яйца эхинококка. Поэтому риск заражения эхинококком примерно раз в 20 выше у владельцев собак и кошек, чем у лиц, их не имеющих.[14]
Чаще заражаются животноводы и люди, связанные с хранением и обработкой сырья животного происхождения. Однако «подхватить заразу» можно во время купания в водоемах или при употреблении в пищу немытых лесных ягод.
Так или иначе, съев зараженное мясо (особенно печень и легкие – основные места поселений сколексов), плотоядное животное становится носителем – основным хозяином и «занимается» выращиванием зрелого, «оседлого» паразита в своем кишечнике. (Человек может быть как основным, так и промежуточным хозяином.)
