Иногда в результате развития соединительной ткани эхинококковые кисты приобретают плотную консистенцию и обнаруживаются рентгенологическими методами. Поэтому-то обычно рентгенологи для доказательства наличия эхинококкового поражения ищут именно такой плотный очаг. Но пузырь большой плотности встречается редко. В результате и происходят расхождения между вегетативно-резонансной (ВРД) и рентгенологической диагностикой.
При ультразвуковом исследовании также бывают расхождения, так как эхинококковый пузырь, содержащий скопление зародышей-сколексов, в плотном органе (печени, поджелудочной железе, почках) не выглядит как киста и становится неопределяемым для УЗИ. В таких случаях в заключении пишется «неоднородная структура». Одиночные же личинки, мигрирующие в печени и легких, оказываются вообще невидимы для таких исследований.
В запущенных стадиях клиника течения заболевания эхинококкозом всегда яркая, но при этом выставить онкологический или просто хирургический диагноз и идти по проторенной дорожке легче, чем искать новые пути в диагностике и лечении.
Следующий клинический пример – доказательство последовательного, длительного течения эхинококкоза.
Клинический пример
Пациентке 46 лет. В 16 лет у нее неожиданно появились выраженные боли в животе, высокая температура. Оперировали по подозрению на аппендицит. Аппендикс оказался в норме, констатировали гнойный перитонит, причину не выясняли.
По течению заболевания, его внезапности, гнойный перитонит можно объяснить только вскрывшимся эхинококковым пузырем. Пациентка выжила. Через 10 лет у нее обнаруживают кисту правой почки, но, разумеется, не констатируют как эхинококк и удаляют почку вместе с кистой. Еще через 10 лет выявляют кисту в полости матки, опять эхинококковое поражение «не замечают» – матку удаляют вместе с придатками. Спустя еще 10 лет при гастроскопическом исследовании выявляют кисту – опухоль желудка и предлагают операцию. Вот тогда пациентка и пришла к нам на диагностику. На ВРД у нее выявлен многокамерный эхинококк в желудке и в левой доле печени.
На следующий день по «закону парных случаев» обращается молодая женщина 36 лет почти с таким же анамнезом, но еще не на том этапе, что в предыдущем примере (эта женщина моложе). Также в юном возрасте – перитонит, затем – удаление кисты почки, сейчас – с направлением на удаление матки. Врачи на УЗИ обнаружили в матке большую кисту и, как рассказала сама пациентка, были в недоумении от ее необычности. Но обстоятельство «необычности» не вызвало у врачей подозрений, желания проанализировать анамнез пациентки и изучить причины уже перенесенных операций, чтобы увязать их в один процесс. Видимо, поэтому эхинококкоз и не заподозрили.
На вегетативно-резонансной диагностике у пациентки выявляется многокамерный эхинококк в матке и однокамерный в желудке и левой доле печени. Следовательно, можно сделать вывод, что следующие «кандидаты на операцию» – желудок и печень.
А теперь предлагаю вам рассмотреть еще один пример из практики с учетом полученных первоначальных знаний об эхинококкозе.
Женщина, 48 лет. В 1978 году проведена операция – резекция опухоли ребра (удаление опухоли вместе с ребром). Гистологическое заключение – доброкачественная опухоль. Естественное желание пациента узнать – что же это за опухоль? Из чего она состоит? Но гистологи не дали ответа на этот вопрос.
Но мы с вами, вооруженные новыми знаниями о паразитарном возбудителе – эхинококке, вспоминаем, что эхинококк может поражать любые органы, в том числе и кости, и при соответствующих условиях распространяться по всему организму. Тогда дальнейшее развитие заболевания у этой пациентки станет для нас вполне объяснимым.
В октябре 1998 года при флюорографии у нее случайно была обнаружена большая опухоль правого легкого. Проведена бронхоскопия, после чего появился сильный кашель и увеличился подключичный лимфоузел. Проведено удаление одного из лимфоузлов. Гистологическое заключение – рак. Проводят облучение остальных подключичных лимфоузлов и части правого легкого, а также пять курсов химиотерапии. Через полгода в левом легком на рентгенограмме выявляются множественные уплотнения. Предлагают облучение левого легкого и химиотерапию. Тогда пациентка обращается к нам на диагностику.
На ВРД выявляем: нарушение индекса ДНК третьей степени; истощение иммунной системы; фиброз правого легкого (после облучения); эхинококк однокамерный (гранулозис) в обоих легких, брюшине и головном мозге.
Проанализируем, что же произошло. После операции (резекции опухоли ребра) эхинококк в течение последующих лет перемещался по организму и скапливался в правом легком, а затем при бронхоскопии (в результате механического воздействия бронхоскопа) произошел разрыв капсулы эхинококкового пузыря и диссеминация (распространение) его в лимфоузлы. После удаления лимфоузла распространение эхинококка пошло в левое легкое, головной мозг и брюшину. В соответствии с установленным диагнозом назначено лечение, основанное на подавлении жизнедеятельности обнаруженного возбудителя – эхинококка.
Как я уже отмечала, согласно статистическим и медицинским данным, в 90 % случаев при поражении человека эхинококком ставится страшный диагноз-приговор – онкологический раковый процесс. И таких примеров очень много.
Ошибочным диагнозом может быть и локализация эхинококка в глазнице. Эхинококк может осесть в глазнице (глазной орбите), реже – в глазу под сетчаткой. Здесь сколекс эхинококка растет, образует пузырь, приводящий к увеличению объема клетчатки глазницы, в результате чего глаз начинает выталкиваться наружу. Процесс может быть как двусторонним (оба глаза), так и односторонним. В последнем случае, как правило, ставят диагноз «рак глазницы» и оперируют часто вместе с видящим глазом.
Помню, у нас в годы учебы в Самаркандском медицинском институте был доцент одной из кафедр, с большим односторонним экзофтальмом, и ему часто предлагали операцию, правда, не подозревая, что это может быть эхинококк. Но он интуитивно отказывался, внешний вид его не особенно волновал, а эхинококковый пузырь, по-видимому, осумковался плотной оболочкой и более уже не увеличивался, стабилизировав процесс.
При проникновении эхинококка в глаз под сетчатку вначале образуется небольшой пузырек, и если человек обратится к врачу на этой стадии, то эхинококка можно рассмотреть в микроскоп (так называемую щелевую лампу окулиста). Зрелище это незабываемое! В пузырьке живет себе, движется и копошится «зверек» (рис. 9).
Рис. 9. Внутренняя поверхность глаза – сетчатка
В этом случае еще можно отбаррикадировать, создать вокруг эхинококка рубцовую ткань и предотвратить его рост, а следовательно, распространение отслоения сетчатки. Таким образом удастся сохранить глаз и оставшееся зрение. Но часто пациент приходит на запущенной стадии – с отслоением сетчатки, помутнением стекловидного тела. Эти осложнения происходят оттого, что к гельминтам присоединяется еще и воспалительный компонент. В таких случаях увидеть паразита на глазном дне при офтальмоскопии невозможно. При УЗИ глазного дна эхинококковый пузырь будет выявляться как раковая опухоль (или, как выражаются офтальмологи, «плюс-ткань»), а не как просто отслоение сетчатки. Это объясняется неоднородностью состава эхинококкового пузыря, заполненного соединительно-тканными перегородками, сколексами эхинококка и колониями других микроорганизмов. Офтальмологи не делают пункцию глазного дна, а, диагностируя процесс как раковый, спасают жизнь пациента от возможных метастазов злокачественной опухоли в головной мозг – удаляют глаз вместе с опухолью неизвестной этиологии.
Удаляется глаз, подчас еще зрячий. Хирург старается перерезать зрительный нерв подальше от глаза, считая, что по нерву рак может распространиться дальше в глазницу, в мозг, перейти на другой глаз. Что часто и случается, так как остановить распространение паразитарного поражения при сниженном иммунитете и при возможности его распространения по кровеносным сосудам из других органов очень сложно. В случае разрыва нагноившегося эхинококкового пузыря в глазу развивается тяжелое заболевание – воспаление оболочек и стекловидного тела (эндофтальмит, панофтальмит).
В зависимости от того, какой диагноз поставят на УЗИ – рак или банальный воспалительный процесс, – и будет предпринято соответствующее лечение. В первом случае операция – удаление глаза, при воспалении же – лечение антибиотиками. Но эхинококковый процесс на антибиотики не реагирует и заканчивается полным отслоением сетчатки с развитием вторичной, осложненной глаукомы.
