Боевые воздушные части, превосходящие противника, были скованы отсутствием адекватных наземных сооружений. Эти лишения так же эффективно работали на пользу врага, как и губительные для нас бомбежки.
Вскоре после десанта на Гуадалканал мы получили срочный заказ на разработку истребителей Зеро с улучшенными боевыми характеристиками, где акцент делался на маневренность и увеличение радиуса действия. Сопротивление американской авиации непрерывно возрастало по мощи, а вражеские истребители быстро улучшали свои качественные параметры.
Размах крыла нового истребителя Зеро был восстановлен до первоначальной величины, что позволило повысить маневренность. Также этот увеличенный размах крыла позволил установить дополнительные баки для горючего, заметно увеличив радиус действия истребителя.
Начальная фаза борьбы на суше, на море и в воздухе завершилась через три дня после высадки десанта. Невзирая на наше очевидное превосходство в военных кораблях, мы не только не смогли предотвратить успешную высадку вражеского десанта на остров, но и утратили способность наносить интенсивные удары с воздуха по вторгшимся войскам. За эти первые три дня сорок два наших самолета были сбиты в боях либо пропали без вести, и в дополнение к этому много самолетов было потеряно при вынужденных посадках, а еще больше было серьезно повреждено в воздушных боях.
Несмотря на лучшее качество наших истребителей, боевая эффективность японской морской авиации почти немедленно упала более чем вдвое по сравнению с обычной. Число самолетов, способных на полеты из Рабаула с возвращением после атак на американские войска, быстро сокращалось, а оставшиеся типы самолетов могли летать лишь в одну сторону, что вело к еще большему ослаблению нашей мощи.
Лишь с 21 августа, когда армейский отряд Итики предпринял первую атаку с целью отвоевать бывшие японские взлетно-посадочные полосы, части нашей морской авиации на этом театре военных действий смогли возобновить свои атаки в полную мощь. Мы получили столь нужные подкрепления в самолетах как морского, так и наземного базирования и готовились наносить непрерывные удары с воздуха по американским войскам.
Но боги распорядились иначе. Хотя к 27 августа авиабаза на острове Бука у северной оконечности острова Бугенвиль поступила в распоряжение наших истребителей и бомбардировщиков, плохая погода внесла серьезные коррективы в действия нашей авиации. Во многих случаях истребители Зеро взлетали в плохих погодных условиях и, долетев до Гуадалканала, из-за еще более худшей погоды были вынуждены возвращаться на свои базы, не вступив в боевой контакт с противником.
За двадцать три дня с 21 августа по 12 сентября, как раз перед началом первого общего армейского наступления на Гуадалканал отряда Кавагути, наши сухопутные войска получали поддержку с воздуха лишь десять дней. Ужасные погодные условия, с которыми наши самолеты встречались по пути к объектам, заставили отменить четыре крупные бомбовые атаки. В оставшееся время погода была настолько плохой, что самолеты даже не могли взлететь.
Войскам на фронте оставалось только все проклинать и кипеть от злости под плотным покрывалом дождя и тумана, пока наши бомбардировщики тонули в грязи на аэродромах. За двадцать три дня, когда была так нужна мощная авиационная поддержка, истребители Зеро совершили каких-то 237 вылетов, а средние бомбардировщики наземного базирования – всего лишь 312 вылетов.
В таких условиях мы не могли помешать вражеским истребителям и бомбардировщикам наносить удары по нашим линиям снабжения, наши линии связи подвергались ожесточенным бомбежкам и пулеметному обстрелу. Эти помехи оказались в итоге фатальными, мы не смогли доставить армейским частям на Гуадалканале необходимый минимум боеприпасов и продовольствия. Первое общее армейское наступление против вражеского десанта закончилось неудачей.
Во время сражения за Гуадалканал противник имел не столь большое численное превосходство в боевых самолетах, которое к тому же уравновешивалось лучшими боевыми качествами наших истребителей Зеро. По ходу сражения американские истребители не могли соперничать с Зеро в быстроте и маневренности; однако вражеская авиация имела огромное преимущество в способности быстро строить новые авиабазы и постоянно поддерживать их снабжение.
По состоянию на 24 сентября, то есть через месяц после начала ожесточенных боев, наши силы морской авиации насчитывали:
Обычный боевой комплект составлял не менее 237 истребителей Зеро и 180 средних бомбардировщиков, причем в последней группе типы 1 и 96 представлялись в равных количествах. Отсюда видно, что наш потенциал истребителей составлял лишь 34 процента от желаемого минимума, а по средним бомбардировщикам мы имели всего лишь 44 процента от того, что считалось необходимым для эффективной борьбы с противником.
Ситуация на Гуадалканале требовала от нас действий, и армия запланировала на конец октября еще одно генеральное наступление. Против вражеских войск на острове велись атаки одна за другой. За период с 28 сентября по 25 октября истребители Зеро совершили 480 боевых вылетов, а средние бомбардировщики – 307. Атаки велись с упорством, но наша авиация так и не смогла нанести по противнику решающий удар.
В ночь на 13 октября была послана морская поддержка в виде линкоров «Kongo» и «Haruna». Эти два тяжелых боевых корабля подошли к берегу возле вражеского аэродрома и с большим успехом обстреляли вражеские самолеты и наземные объекты. Несмотря на это, наше второе генеральное наступление, начавшееся ночью 22 октября, было отбито по причине ожесточенного сопротивления американцев.
Спустя два дня наши части морской авиации нанесли существенный урон врагу в сражении при Санта-Крус. Но, невзирая на понесенные потери, вражеские позиции оставались прочными, а возвращение этого чудовищного острова Гуадалканал становилось все труднее и труднее.
Наши авиационные части в районе Рабаула постоянно получали из Японии подкрепления в виде новых истребителей и бомбардировщиков, но многие из самолетов, которые мы бросали в бой, гибли, а поэтому все оказывалось напрасным. К 28 октября, после месяца упорнейших сражений, в шести авиакорпусах на этом театре насчитывалось всего тридцать истребителей Зеро и шестьдесят шесть средних бомбардировщиков наземного базирования. Наши летчики сражались изо всех сил, но мы не могли устоять перед приливной волной вражеской мощи.
С начала операции по возвращению Гуадалканала, предпринятой отрядом Итики 21 августа, и до безуспешного завершения второго армейского генерального наступления боевые потери в авиации с обеих сторон выглядят следующим образом (бои гидросамолетов не учтены):
Было уничтожено 340 вражеских самолетов, а 69 – предположительно уничтожено, то есть в общей сложности 409. Наша морская авиация потеряла 78 истребителей Зеро, 42 средних бомбардировщика наземного базирования и 54 самолета других типов, либо уничтоженных, либо пропавших без вести.
Уже до того как началось третье генеральное наступление с целью сбросить американцев с Гуадалканала, воздушная война перевалила свой пик, что нам сулило мало надежд на спасение. Мы не были в состоянии снабжать достаточным количеством самолетов части морской авиации наземного базирования на этом театре, чтобы поддерживать это число хотя бы на уровне 160 в любой момент. Хотя мы и прибегали к отчаянным мерам для достижения превосходства в воздухе, это мало помогало.
Почти наверняка, получай наши авиачасти нужную поддержку в форме создания новых авиабаз и правильной эксплуатации уже существующих, мы могли бы уничтожить намного больше вражеских самолетов и кораблей и могли бы изменить в свою пользу исход сражения на земле. Однако ситуация неуклонно ухудшалась, поскольку японские строительные организации бесконечно отставали в своих усилиях возведения новых авиабаз. К концу сентября 1942 года флот смог построить только одну новую авиационную базу, и это было единственное сооружение на Буине, на южной оконечности острова Бугенвиль, который лежит между Рабаулом и Гуадалканалом.
Третье армейское генеральное наступление, нацеленное на отвоевание Гуадалканала, имело такую же судьбу, что и два предыдущих. Шесть месяцев ожесточенных боев, в ходе которых мы отдали многие сотни самолетов, много кораблей, жизни тысяч солдат и ошеломляющее количество материалов, прошли впустую. 7 февраля 1943 года последние войска покинули Гуадалканал.
Для наших сухопутных сил и надводного флота последовавший за эвакуацией Гуадалканала период принес временное затишье в боевых действиях, отсутствие крупных операций предоставило возможность для перегруппировки и укрепления сил. Однако для морской авиации передышки не было, поскольку мы провели несколько внушительных воздушных атак.
