В период между этими первыми атаками и успешным завершением кампании в Голландской Ост-Индии в марте 1942 года самолеты «В-17» все чаще прерывали наши операции своими неожиданными бомбовыми ударами. Их большой радиус действия в 750 морских миль позволял им летать с баз, бывших вне пределов досягаемости для наших бомбардировщиков наземного базирования типа 96 и 1, на которые флот возлагал такие высокие надежды.
Благодаря великолепной защите, которую обеспечивали их пулеметы калибра 12,7 мм и протектированные топливные баки, огромной грузоподъемности и большому радиусу действия, самолеты «В-17» продолжали терзать наши войска своими смелыми и настойчивыми атаками. Наши командиры считали, что «В-17» является единственной надеждой противника в почти безысходном положении, в котором он очутился в начальный период войны.
Сразу же после занятия нами Рабаула в конце января 1942 года американские бомбардироващики «В-17», базировавшиеся в Порт-Морсби, совершили ряд настойчивых дневных и ночных налетов, засыпав наши объекты дождем бомб. Истребители Зеро авиакорпуса Тайнань – ветерана боев, воевавшего без перерыва с начала войны, – тучей бросились на перехват и уничтожение больших бомбардировщиков.
Но вскоре пилоты Зеро обнаружили, что им противостоит самолет, способный неплохо защищаться сам, а один из них сумел перенести ужасные повреждения от пулеметов и пушек Зеро. Во многих случаях «боинги» бесстрашно летали на свои бомбежки и разведку, несмотря на то что Зеро роились вокруг них, и эти Зеро часто гибли от огня тяжелых пулеметов врага.
В ходе патрульного полета в мае 1942 года «Летающая крепость» обнаружила японский десантный конвой, идущий в направлении Порт-Морсби. Это напрямую привело к ожесточенной битве в Коралловом море. Если бы не потрясающий радиус действия «В-17», многие наши операции были бы успешно проведены, и мы бы не столкнулись с вражеским сопротивлением.
Сражение за Мидуэй в июне 1942 года тоже обязано «дальнобойным» «В-17», которые прочесывали поверхность океана в поисках наших военно-морских сил вторжения и сообщали по радио мощной американской бомбардировочной авиации местонахождение наших кораблей. В кампании за Гуадалканал передвижения наших войск были постоянно под назойливым взором экипажей «В-17». Мы поняли, что почти невозможно скрыть наши действия в пределах 700 морских миль от любой базы, которая может принять «Летающую крепость», и в пределах 800 миль от баз, с которых могут взлетать бомбардировщики «Консолидэйтед В-24 Либерейтор». Летая в любое место по своему выбору, «В-17» и «В-24», казалось, почти не обращали внимания на пытающиеся их перехватить Зеро.
Видный китайский стратег Сун однажды мудро заметил: «Те, кто знает врага так же хорошо, как самих себя, никогда не потерпят поражения». Ничто лучше не подтверждает это историческое утверждение, чем разведывательные полеты бомбардировщиков «В-17» и «В-24», которые вознаградили американцев потрясающим превосходством в полыхавшей на огромных пространствах войне на Тихом океане.
Годами японский флот придерживался стратегической концепции, установившейся по традиции: малые японские войска могут одерживать победы над превосходящим по силе противником до тех пор, пока мы знаем о силе противника и его передвижениях, при этом оставаясь скрытыми. Как только «В-17» и «В-24» начали постоянно кружить над нашими кораблями, аэродромами и учебными объектами, ситуация кардинально изменилась. Мы сами оказались в положении нашего традиционного соперника, ограничены теми же самыми рамками, которые мы всегда рассматривали как слабость противника.
Оказавшись в невыгодном положении от того, что каждое наше движение хорошо известно врагу, мы были вынуждены отказаться от давно заготовленных планов и прибегнуть к применению в бою массового натиска. В современной войне сила количества может перевесить ценность качества, где можно на решающий участок бросать новые пешки настолько быстро и до тех пор, пока это позволяют накопленные резервы, особенно в боях на море и в воздухе, где не человек, а машина играет такую решающую роль. Механическая мощь в подавляющем количестве также напрямую влияет на боеспособность сухопутных войск, чья судьба в войне на Тихом океане зависела единственно от морских перевозок и снабжения.
К сентябрю 1942 года разведчики «В-17» и «В-24» стали серьезной проблемой, и японский флот пользовался всеми возможными средствами, чтобы уничтожить назойливых бродяг. В разгар кампании за Гуадалканал наши пилоты лезли из кожи, но так и не могли добиться ощутимых результатов в росте числа сбитых американских бомбардировщиков. Только подавляющее численное превосходство Зеро позволяло сбивать «Летающие крепости», и было мало надежд, что мы получим истребители с более мощным огневым оснащением, чем нынешний Зеро.
Хотя «В-24» не имели аналогичной «В-17» защиты в отношении общего количества огнестрельного оружия и других характеристик, эти два самолета были уникальными по своей способности отражать атаки вражеских истребителей. Ни Британия, ни Германия, ни Япония не производили бомбардировщиков, способных так успешно защищаться, как это могли «Летающие крепости» и «либерейторы».
Мы считали, что тяжелые американские бомбардировщики с их огромной мощью самозащиты и поразительной агрессивностью в бою, проистекающими из гигантской экономической мощи и национальной политики, которая во все времена характеризовалась агрессивностью, внесли наибольший вклад в победу над Германией и Японией.
До того как мы смогли отыскать удовлетворительное решение проблемы, связанной с «Летающими крепостями» и «либерейторами», перед нами возникла новая трудность: в небе появились армейские двухмоторные истребители «Локхид Р-38 Лайтнинг».
Хотя и американские «Кертисс Р-40 Томагавк» и «Белл Р-39 Аэрокобра» тоже отличались высокими скоростями пикирования, а морской «Грумман F4F» демонстрировал хорошую маневренность, общий боевой потенциал этих самолетов отставал от уровня, достигнутого Зеро. Как и эти истребители, «Р-38», впервые использованные в боях против Зеро, не отличались ничем особенным, кроме скорости на больших высотах и очень большой скоростью пикирования.
Дебют «лайтнингов» состоялся на Соломоновых островах в конце 1942 года. Скоро они стали появляться во все возрастающих количествах, часто соперничая с нашими истребителями Зеро. К великому восхищению наших летчиков, пилоты «Р-38» не боялись ввязываться в драки с Зеро, которым удалось сбить много вражеских самолетов.
Стало очевидно, в контрасте с последующими боями, что американцы сами еще не узнали наиболее позитивные качества больших, тяжелых «Р-38» и что этот самолет вначале чаще ошибочно использовался в бою, чем правильно пилотировался.
Скоро, однако, тяжелый урок при виде горящих «Р-38» изменил ситуацию. Американцы незамедлительно прибегли к новой тактике, которая позволяла использовать превосходство «Р-38» при полете на большой высоте. Как только вражеские летчики узнали о падении боеспособности Зеро при подъеме на большие высоты и его неспособности пикировать на больших скоростях, мы тут же столкнулись с врагом ужасающей мощи.
Зеро больше уже не могли вести успешные бои с «Р-38», разве только в самых необычных условиях, которые, к сожалению, представлялись весьма редко. «Р-38» вели патрулирование на больших высотах, недоступных для Зеро. Их огромная скорость на большой высоте позволяла им маневрировать до тех пор, пока не будет занята наиболее выгодная позиция, а затем эти большие истребители бросались с небес вниз, чтобы разнести вдребезги беспомощные Зеро.
Характерный гул двух моторов «Р-38» стал и знаком, и ненавистен японцам по всему югу Тихого океана. Нашим группам наземного обслуживания, особенно занятым сервисом истребителей Зеро, оставалось только в бессилии потрясать кулаками, когда «Р-38» с ревом на высокой ноте безбоязненно пролетали над Буином на острове Бугенвиль, Рабаулом и другими базами юга Тихого океана.
Также можно часто было услышать летчиков, ругавшихся на эти стремительные истребители, щеголявшие своими блистательными характеристиками. Летчик «Р-38» находился в положении, которому можно было только позавидовать. Он мог сам выбирать, когда и где ему вступить в бой и на своих собственных условиях. В таких обстоятельствах «лайтнинг» становился одним из наиболее смертоносных из всех вражеских самолетов.
Если «Р-38» собирались вступать в бой с нашими истребителями, Зеро приходилось ждать до тех пор, пока те не начнут атаковать на самых благоприятных для себя условиях. Победа японцев была возможна только в том случае, когда вражеские истребители согласятся на драку. Однако, поскольку пилоты «Р-38» могли выбирать точное место и время боя, такие возможности представлялись крайне редко.
Есть в этом уроке «„Р-38“ против Зеро» фундаментальное различие между воздушными боями и теми, которые случаются на суше или на поверхности моря. Единственно возможное средство начать крупное воздушное сражение в нужное время заключается в обладании самолетами, превосходящими авиацию противника. Для повышения шансов на успех в бой должно вводиться максимально возможное число самолетов.
