Тот, кто станет владельцем этой транспортной сети, будет безусловно доминировать не только в области транспорта, но и в торговле по всей Центральной Европе. Хюбнер также кое-что узнал. «Кредит Мобилье» планирует оказать содействие группе Сина в приобретении государственной железнодорожной сети.
Переговоры между Перейром в Париже и Сина в Вене шли непрерывно. Ротшильды, знавшие об угрозе, выступили со своими предложениями. Они протестовали, они напоминали о том, только благодаря их усилиям в Австрии появились первые поезда. Они обращались в пустоту. Вернувшийся в Вену Меттерних был лишен былой власти, он больше не мог использовать его величество как машину для подписи документов. Группа Перейр – Хюбнер – Сина вышла на новые рубежи. Под руководством графа Хюбнера в Париже начал действовать тайный представитель Сина, и его существовании не догадывался даже Джеймс. Группа работала настолько эффективно, что в ее сети попалась даже императорская семья. Теперь в правлении компании, претендующей на покупку австрийских железных дорог, значилось, наряду с фамилиями Перейра, Фулда и Сина, такое звучное имя, как герцог де Морни, сводный брат Наполеона. Перейр нанес удар 1 января 1855 года. Его компания приобрела большой участок Австрийских железнодорожных путей за огромную, но тем не менее сравнительно выгодную сумму. «Кредит Мобилье», который финансировал данную сделку, завоевал самую неприступную крепость в Австрии.
Перейр не терял ни минуты. Взяв одну крепость, он устремился на штурм следующей. Он начал переговоры о приобретении двух оставшихся под государственным контролем железнодорожных линий, Вена – Триест и Ломбардия – Венеция. На бирже он проиграл несколько схваток с Ротшильдами: на этот раз объектом его притязаний стала их железнодорожная компания. Агенты Перейра, действуя по разработанной в свое время Ротшильдами методике, скупали акции компании, а затем одновременно сбросили их на рынок, чтобы сбить цену. Это был старый трюк, но теперь вся ярость и все коварство были направлены против Ротшильдов.
Наступил черный 1855 год. Он подтвердил факт, казавшийся уже не таким очевидным. Выяснилось, что могущественные Ротшильды так же смертны, как и все остальные. За двенадцать месяцев трое братьев последовали вслед за Натаном в лучший мир. Первым умер Карл Неаполитанский, затем Соломон, глава осажденного Венского дома, и, наконец, во Франкфурте – Амшель. Братья, всю жизнь трудившиеся и сражавшиеся плечом к плечу, вместе ушли из жизни. Канторы пели погребальные молитвы, женщины завешивали зеркала – Семейство погрузилось в траур. И это в то время, когда опаснейший враг Ротшильдов все ближе подкрадывался к ним, чтобы нанести удар.
Но 1855 год принес не только череду похорон – он принес и триумфы. Из пятерых братьев в живых остался только Джеймс Парижский – он один – и сплоченный отряд наследников. Мир уже забыл о том, что богатство – это только малая составляющая могущества Ротшильдов, главной силой Семейства всегда была (и остается по сю пору) железная последовательная преемственность. А самым страшным оружием – которое изобрел патриарх Майер и которое продолжало работать после смерти братьев – было оружие под названием «сыновья».
Перейр прекрасно разбирался в арсенале Ротшильдов и небезуспешно копировал их методы. Но одного он не учел – он забыл о сыновьях. В частности, он не обратил никакого внимания на сына Соломона, Ансельма. И правда, кого мог напугать Ансельм? Он получил бразды правления Венским домом уже в возрасте пятидесяти лет. До этого Ансельм жил, как подобает принцу Уэльскому из мира финансов, – его эскападам дивились и Вена, и Париж, и Копенгаген, и Берлин. Во Франкфурте в качестве его дуэньи выступал старый дядюшка Амшель, и только это, да еще, пожалуй, пост австрийского консула, который по традиции занимал Ансельм, удерживало его от ночных уличных похождений. Разве мог такой человек представлять какую-нибудь угрозу для набравшего скорость Перейра?
К 1850 году принадлежащий Перейру банк «Кредит Мобилье» стал главной финансовой опорой Французской империи, которая в тот период была главной силой на континенте. Перейр не только загнал Джеймса в угол и захватил концессию на строительство железных дорог в России, он прибрал к рукам большинство австрийских железных дорог. Для того чтобы финансировать свои предприятия, Перейр собирался открыть в Вене собственный банк, базируясь на блестящем опыте «Кредит Мобилье».
Итак, Перейр должен был открыть новый банк, но было ли это так реально?
Здесь он впервые встретил серьезный отпор. Когда его проект попал к министрам правительства Габсбургов, они сообщили, что компания, подобная предложенной Перейром, в Австрии уже существует. Да, это тоже «народный банк». Да, среди его учредителей есть такие важные персоны, как Фюрстенберги, Шварценберги и Аусберги. Даже название, казалось, было взято у «Кредит Мобилье»: австрийский банк назывался «Кредитанстальт».
Этот банк был организован Ансельмом фон Ротшильдом, он же руководил деятельностью банка и осуществил начальное финансирование.
Нежданно-негаданно балованный принц превратился в безжалостного и стремительного хищника, не уступающего по мощи своим предкам. Компания Ансельма выпустила полмиллиона акций (Перейр выпустил только 120 000). Оба банка имели одинаковый вес на бирже, но управление «Кредитанстальтом» осуществлялось гораздо искуснее и четче, кроме того, банк Ансельма, в отличие от банка-конкурента, никогда не зависел от биржевых спекулянтов.
Но в тот момент Перейра гораздо больше волновали железные дороги, а не акционерный капитал. Внезапно Ротшильд начал наступление и на этом фронте. Причем в данном случае «Ротшильд» – вовсе не означало только «Ансельм». В Лондоне на пост Натана заступил Лайонел, в Париже к ведению дел активно подключился старший сын Джеймса, Альфонс. Эти трое образовали такую же мощную, но незаметную постороннему взгляду команду, как в свое время пятеро сыновей Майера. Все трое имели свою долю в банке «Кредитанстальт». В 1856 году Ротшильды сделали правительству Габсбургов настолько заманчивое предложение, что министр финансов империи не смог его отклонить. За сто миллионов лир (или 50 миллионов долларов) они получили в полную собственность австрийскую железную дорогу Ломбардия – Венеция, включая все здания, сооружения и парк железнодорожных составов.
Одним ударом Ротшильды отбросили Перейра назад. В то же время их агенты начали атаку на «Кредит Мобилье» на всех биржах Европы. Пока Перейр отбивал эти атаки на бирже, троица нанесла следующий мощный удар. Ансельм, Лайонел и Альфонс приобрели концессию на австрийскую Южную железную дорогу и, объединив ее с линией Ломбардия – Венеция, получили уникальную транспортную систему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
