Ноги сами по себе стали отбивать ритм.
Наконец Вэ Вэ снова плавно нажал на газ, и под завистливые взгляды служивого милицейский «бобик», в салоне которого горланил Юра Клинских по кличке Хой, поехал по аллейке вперед, направляясь к штабу.
– К санчасти рули, воин света. Или Светы, а может, Лены? Сначала Анну Михайловну подбросим к месту службы, а потом уже к штабу двинешь.
Володин начал было поворачивать к санчасти, где теперь числилась в штате Аня, но девушка его тормознула.
– Вов, притормози. Я так дойду. Все же у меня еще около часа свободного времени – прогуляюсь пока по территории.
– Ну смотри сама… – хмыкнул Володин и остановил «бобик», из которого живо выпрыгнула девушка.
Аня на прощанье махнула рукой и засунула руки в карманы спортивной куртки, которую милиционеры из «Посейдона» привезли вместе с другой одеждой, ставшей едва ли не предметом первой необходимости для засевших в РОВД.
Анна Михайловна, как уважительно называл ее этот усатый полковник, чьи подчиненные спасли ей жизнь, вообще считала, что ей повезло. Сначала в том, что удалось закрыться от зомби в кабинете, потом – в том, что удалось прорваться через больницу, кишащую этими тварями, выскочить на улицу и наткнуться на случайно оказавшихся там Никитина, Володина и ныне покойного здоровяка Старина. На этом везение девушки не закончилось – РОВД, в котором ей пришлось провести несколько дней, было едва ли не самым безопасным местом в городе… А теперь вот место жительства пришлось сменить на более подходящее. О судьбе молодого человека, а также родителей ничего не было известно – девушка просто не помнила наизусть номера телефонов, поэтому без своего мобильника не могла связаться с родными, а домашний телефон не отвечал. Поэтому медсестра мысленно смирилась с худшим, хотя и продолжала надеяться на лучшее.
Но произошедшее два дня назад событие основательно пошатнуло эту ее веру в светлое будущее, показав, что таковым оно может быть далеко не для всех. Перед глазами так и мелькали картинки-воспоминания с мертвым телом ребеночка и силуэтом жены капитана Никитина, накрытой шторой. И сам Никитин все никак не выходил из головы, тревожили его состояние и пустой, отсутствующий взгляд.
Капитана перевели в санчасть – под наблюдение медиков. Но Аня краем уха слышала, что утешительных прогнозов ждать не приходится, потому что ни подходящих специалистов, ни медикаментов в санчасти нет.
Вот и сейчас она, быстро проскочив внутреннюю аллейку, шла проведать Виктора и несла тому обед. В санчасти, конечно, кормили, но Аня пыталась хоть как-то пробудить в капитане тягу к жизни – пусть даже такой малостью, как домашняя еда.
Навстречу девушке вышла местная медсестра – Татьяна, которая тут же улыбнулась и приветливо помахала рукой:
– Привет, ты чего так рано? Тебе же через час только…
– Да я к нашему… капитану Никитину решила зайти. Проведать, как он там.
– Да как-как… Все так же, – пожала плечами Татьяна, откинув светлую прядь с лица. – Но ты сходи… Все же он ваш.
– Схожу. – Аня перехватила судок с обедом в левую руку, а правой помахала из стороны в сторону. – Ну ладно, пока!
– Ну бывай! – пожала плечами Татьяна, переведя смешливый взгляд на пластиковый контейнер, который Аня тут же попыталась спрятать за спину, чем еще больше рассмешила собеседницу.
Виктор был в палате не один – с ним находилось еще двое соседей. Первый – раненный при перестрелке сержантик из морпехов, а второй – мужик из спасенных с переломом ноги. Когда военные в первые дни прочесывали дворы в поисках выживших, этот дядька, не дожидаясь зачистки подъезда, сиганул с балкона второго этажа и сломал себе правую ногу. Хорошо хоть парни успели подскочить, пристрелив по пути двоих зомбаков, торчащих, как часовые на посту, во дворе. Если бы такой трюк мужик придумал повторить без военных под боком – был бы ему полный песец. Теперь этот неудавшийся Бэтмен лежал на растяжке, будучи не в состоянии сдвинуться с места.
– Здравствуйте, больные, – поздоровалась Аня, войдя в палату.
– Здравствуйте, – поздоровался в ответ солдатик.
– Спасибо, сестричка! – повернул голову лежащий мужчина. – И тебе не хворать.
Аня взглянула на кровать, где сидел Виктор, уставившись в пол.
– Так и сидит? – спросила она у солдатика.
– Нет. Иногда лежит.
– Ну а говорил что-нибудь?
Сержант только головой покачал в ответ на вопрос.
Аня закусила губу, пододвинула поближе табуретку – стандартную, армейскую, выкрашенную в унылый серый цвет, со специальным овальным отверстием в крышке – чтобы брать было удобнее – и присела на нее прямо напротив капитана.
– Здравствуйте, Виктор, – негромко проговорила она, пытаясь заглянуть в глаза мужчины. Но тот так низко опустил голову, что сделать это было практически невозможно. – Я вам тут принесла… – Аня ненадолго замолчала. – Евдокия Антоновна, мама Сергея Паркова, передала. Ничего особенного, но все равно лучше, чем в больничной столовой.
Виктор никак не реагировал. Даже головы не поднял.
Аня поднялась с табурета, поставила судок на подоконник и снова вернулась к капитану.
Мужчина оставался абсолютно безучастным ко всему происходящему вокруг него.
Анна Михайловна в растерянности начала заламывать себе пальцы, не зная, чем можно помочь ее спасителю.
– Виктор… – девушка набралась смелости и взяла его руку в свои ладони. Мужчина руку не отдернул, и медсестра посчитала это хорошим знаком. – Все очень беспокоятся за вас, ждут вашего возвращения. Сейчас Сергей Сергеевич удалился на совещание в штаб, а парни готовятся к поездке на Фиолент – нужно забрать семью товарища полковника. Вы ведь в курсе, что у него сын был ранен? – Аня решила рассказывать все подряд, лишь бы как-нибудь растормошить Виктора. – Но все хорошо, парень жив, только вот связи с ним нет. Виктор Иванович, я вас очень прошу…
Аню прервал звук распахнувшейся двери. Девушка запнулась и повернула голову, чтобы посмотреть на вошедшего. Им оказался главврач – Иван Сергеевич Смальцев. До начала всей неразберихи он был главным врачом лазарета при воинской части, ну и теперь остался при своей должности.
– Анна Михайловна, вы уже вышли на смену?
Аня торопливо поднялась с табурета, отпустила руку Виктора.
– Еще нет, Иван Сергеевич.
– Ну так чего вы здесь рассиживаетесь? Или работы нет? – Главврач строго посмотрел на медсестру поверх оправы очков.
– Уже бегу… – кивнула девушка и направилась к двери, бросив прощальный взгляд на спасшего ее жизнь капитана.
8.45. Севастополь, поселок Голландия
Андрей Доронин
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
