— Ничего страшного если не получу офицерское звание, — устраиваясь за столом, произнес Виктор. — Главное Эфир даст возможность расти по Сути, а то до зубовного скрежета жалко сливать опыт впустую.
— В особенности в твоем случае. Хотел бы я так стрелять.
— Это да, стрелять я умею, — улыбнувшись, согласился Нестеров.
— И не только стрелять. У нас тут опытный образец дымзавесы, по твоей технологии устанавливают, — многозначительно произнес капитан.
При этом явно ощущался намек на склонность Виктора изобретать что-то новое, чему ротный сам был свидетелем на первой стажировке Нестерова. Хотя тут скорее все же подразумевал вознаграждение перепавшее юнкеру от казны.
— Уже внедряют? — удивился Виктор, не подав виду, что понял суть намека, и налегая на окрошку.
— Ну а чего тянуть. Тем более, что ничего сложного там нет, коль скоро ты на коленке сумел изготовить прототип. В Виноградовске же хватает конструкторских бюро производственных мастерских. Доработали твою идею, да изготовили опытные образцы, — отправляя в рот первую ложку щей, произнес капитан.
— А можно мне поучаствовать в установке?
— Нечем себя занять? — хмыкнул Топорков.
— По правде сказать, есть. Но интересно, до чего додумались люди образованные и умудренные опытом, а не такой недоучка как я.
— Сегодня воскресенье. А вот завтра, как освободишься, подходи. Кто же тебе запретит. Ты ведь у нас в свободном плавании.
— Ну, не таком уж и свободном, — возразил Нестеров.
— Ох, Витя, не гневи бога. Многие ли могут похвастать столь вольготной жизнью.
— Валентин Николаевич, я тут разговоры слышал о том, что наших могут отправить в Испанию. Там вроде как набирает обороты гражданская война, — решил сменить тему Нестеров.
Ну мало ли, до чего додумается комроты. Так-то, юнкер уже привык к усиленному ритму жизни. Но все одно приходится нелегко. И выпрашивать себе дополнительные нагрузки у него нет никакого желания.
— А ты газеты читать не пробовал? — поинтересовался Топорков, отправляя в рот очередную ложку.
— Да когда читать-то. Тут и вздохнуть некогда, где уж интересоваться еще чем-то, кроме учебы и службы, — Виктор не преминул сделать лишний акцент на свою загруженность.
— Гражданская война в Испании уже полыхает. И судя по тому, что ни одна из сторон и не помышляет о переговорах, этот пожар погаснет не скоро. Германия и Италия отправляют бунтовщикам вооружение, самолеты, танки и военных специалистов. И не безрезультатно. К примеру, авиация повстанцев, загнала под веник республиканских моряков, что способствовало переброске из Марокко африканского корпуса Франко. Ситуация у республиканцев, прямо сказать, аховая. Восемьдесят процентов вооруженных сил перешли на сторону восставших. Большая часть авиации и флота остались верны присяге. Но первых уже давят, благодаря помощи союзников. Вторые, никакой активности не проявляют. Даже нормальную десантную операцию на остров Мальорка провести не смогли.
— Значит, дни республиканцев сочтены?
Кому симпатизирует юнкер гадать не приходилось. Как впрочем, в этом же направлении работала и агитационная машина ДВР. Поколение воевавшее в Германскую все еще в расцвете сил, а потому выставить в качестве потенциального противника немцев, не так уж и сложно. Оставалось только подогревать данное настроение. Ну и не забывать о японцах, находившихся под боком.
— Не совсем так, — возразил капитан. — У правительства республиканцев может и нет единства, но силы все еще имеются. А главное, небывалый патриотический подъем среди гражданского населения. В немалой степени вызванный вмешательством во внутренние дела испанцев Германии и Италии. Ну и такой момент, что в областях, где доминируют левые, в дело вступил террор, знакомый нам по нашей гражданской. Репрессиям и военно-полевым судам подверглись уже тысячи священников, крупных и средних землевладельцев. Гайки там закручивают крепко, и безжалостно давят любой намек на симпатию бунтовщикам. Думали ли наши родители, что у большевиков что-то получится? Воспринимали ли всерьез исходящую от них опасность? А они не просто выстояли, но и будучи в одиночестве победили, выпроводив восвояси интервентов. Что же до отправки в Испанию военспецов, это только разговоры наших офицеров, у которых чешутся руки. Столько лет посвятить подготовке к войне, и не иметь возможности попробовать свои навыки в бою. Между прочим, Виктор, офицеры откровенно завидуют твоему «Георгию», и тому, что ты успел поучаствовать в двух самых крупных конфликтах за последние годы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Было бы чему завидовать, — покачал головой Нестеров.
— И тем не менее, — подступаясь ко второму блюду, кивнул капитан.
— Ну так пускай переквалифицируются в спецназ. Вот уж кому скучать не приходится.
— Но они танкисты, — возразил ротный, слегка разведя руками с ножом и вилкой.
— Кстати, вот как раз о том, что лучшее испытание для нового оружия и техники это война, тоже говорят, — заметил Виктор.
— Это ты о наших красавцах?
— Ну да. А разве это не так?
— Мнение совершенно верное. Но даже если примут решение о помощи Испании, в правительстве и не подумают отправлять в бой новую технику. И будут совершенно правы. Старые модели танков и самолетов, военспецов, это еще да. Оба рода войск молоды и активно развиваются, так что, наработка реального боевого опыта и тактики очень даже не помешают. Это даст серьезный задел на будущее и преимущество перед ведущими странами, воздержавшимися от участия в этом конфликте. Наши же танки серьезно превосходят все, что есть на сегодняшний день в мире. И светить подобные козыря… Если Песчанин пошел бы на этот шаг, я посчитал бы, что он сошел с ума.
— А вам не кажется, что излишняя секретность мешает должным образом испытать технику?
— Зато позволит подготовить квалифицированные рабочие кадры. Уже сегодня, на танковых заводах, при изготовлении старых моделей применяются новые методы и технологии сборки корпусов. Еще лет десять назад они клепались. Потом их начали варить ручными сварочными автоматами. Сегодня это уже делают автоматы. Новые технологии проходят обкатку на производстве. Такая же картина в автомобильной промышленности. А значит, когда дойдет до массового производства, республика будет иметь все, для того чтобы оставить позади остальных конкурентов…
Новая боевая техника являлась отдельной гордостью республики. Пусть ее пока и не афишировали. Наоборот, прятали в глухом уголке тайги, охраняя от любых посторонних взоров, и не допуская распространения даже маломальских слухов.
По факту всего было разработано только три бронированные машины, которые по факту являлись платформами для различного вооружения.
Основной танк, ОТ-1, боевой массой в тридцать тонн. Лобовая броня наклонная, сплошная с одним отверстием по средине под самозарядную картечницу, имела толщину в девяносто миллиметров. Борта семьдесят пять, башня во лбу сто двадцать. Плюс рациональные углы. Все это делало ее неуязвимой для любых существующих противотанковых средств.
Основное вооружение семидесятишестимиллиметровая пушка, спаренная с пулеметом. Крупнокалиберный пулемет над люком заряжающего, предназначенный как для борьбы с легкобронированной техникой, так и организации противовоздушной обороны.
На базе этой машины были разработаны самоходные штурмовые артиллерийские установки, с орудиями в сто двадцать миллиметров. Предназначенные для прорыва линии обороны укрепрайонов. И гаубицы калибром в сто пятьдесят миллиметров. Эти если и можно будет заставить замолчать, то только прямым попаданием крупного чемодана начиненного серьезным количеством тротила.
Второй образец, бронированная разведывательно-дозорная машина, БРДМ, на колесном ходу, массой в пятнадцать тонн. Лобовая плита с обратным наклоном, что позволяет направлять поток воды под днище, и в свою очередь улучшает плавучесть. Толщина брони во лбу в сорок пять миллиметров, башня тридцать семь, плюс маска орудия, борта по двадцать семь, и рациональные углы наклона. Ну и хорошо развитые средства наблюдения с броневыми шторками, как по бортам, так и в башне.
