321 член экипажа «Бельграно» погиб.
Возмущению противников Тэтчер не было предела! Сама она заявила, что аргентинский крейсер мог напасть на два британских авианосца, находившихся в этих водах, а что удалялся от запретной зоны, так это просто хитрость -двигался зигзагами для маскировки. Вероятно, тогда появились первые желающие сплясать на ее могиле - родственники погибших аргентинцев.
Аргентина в долгу не осталась, через пару дней был потоплен британский эскадренный миноносец, 21 член его экипажа погиб, десятки оказались ранены.
Конечно, брошенные на «спасение» Порт-Стэнли британские силы значительно превосходили возможности аргентинцев, да и воевали явно лучше, потому 21 мая «Юнион Джек» уже развевался над островами. «Блестящая» операция по освобождению островов стоила жизни 255 британцам и 650 аргентинцам, не считая раненых и потери судов и финансов.
Зато с каким энтузиазмом британцы встречали победителей!
Тэтчер и здесь отличилась. Она справедливо считала себя ответственной за военное столкновение и соответственно победу в нем, ведь все остальные, включая парламент и королевскую семью, попросту забились в норки и пережидали. Брать ответственность на себя в принятии сложных и далеко не всегда популярных решений - это так характерно для Железной леди.
Потому и лавры победительницы резонно предпочитала принимать сама. Маргарет имела на это моральное право, ведь даже письма родственникам погибших моряков с выражением соболезнования тоже писала лично она. И только она знала, каких душевных сил это стоило.
Поздравляла победителей от имени всей нации Тэтчер. А королева всего лишь встречала в числе других матерей своего младшего сына Эдварда, участвовавшего в военном походе. Что ж, по заслугам и честь...
Нужно ли говорить, что рейтинг самой Тэтчер взлетел, эта маленькая победоносная война смогла хотя бы на время отвлечь внимание британцев от насущных проблем у себя в стране и очень подняла их моральный дух. Патриотизм - штука действенная и полезная, особенно если других поводов вернуть упавший рейтинг нет. Тэтчер сумела воспользоваться ситуацией и поспешила объявить о досрочных выборах в парламент на полгода раньше.
С того времени она упоминала войну за Фолкленды при каждом удобном случае, призывая сограждан сплотиться против очередного врага, будь то бастующие шахтеры, непокорные ирландцы или вольнодумцы-журналисты.
Тэтчер предстояла еще не одна война, пусть и без использования эсминцев. К слову: она проиграла две последние войны - с однопартийцами за право полновластия в партии и со старческой деменцией после потери этой власти.
Но это позже. А тогда страна вдруг снова почувствовала себя Великой Британией, а не Маленькой Англией. Это дорогого стоит, хотя не дает победителю вечного мандата на лидерство.
Победа над Черным драконом
«Нам пришлось сражаться с внешним врагом на Фолклендах, а теперь нам предстоит сражаться с врагом внутренним, которого победить куда сложнее, хотя он не в меньшей степени угрожает свободе».
Это премьер-министр сказала о соотечественниках, о шахтерах.
Британские тред-юнионы - профсоюзы - своей силой славились давно. Сама же Тэтчер признавала:
- Народ воспринимал профсоюзы как всесильные учреждения. Вопрос состоял уже не в том, как вести себя с профсоюзами, а как они поведут себя с нами! Самым сильным был профсоюз угольщиков.
Гарольд Макмиллан, тот, что пригласил Тэтчер на ее первый министерский пост, говорил, что существуют три силы, с которыми не может справиться ни один премьер-министр - Ватикан, гвардия и шахтеры.
С Ватиканом и гвардией Тэтчер, к счастью, воевать не пришлось, а вот с шахтерами, вернее их профсоюзом, развернулась настоящая война.
Но противостоянию с профсоюзом шахтеров предшествовала «разминка». Удивительно, но это была борьба с профсоюзом государственных служащих и разведчиков. Чего хотели работники Государственной службы взаимодействия штаб-квартир? Да все того же - денег, повышения оплаты труда и улучшения условий для своих членов.
Меркантильные собственные интересы поставить выше интересов государственных?! Как жаль, что нельзя разогнать всю разведку сразу... Пришлось обойтись малым - попросту запретить сотрудникам ГСВШК состоять в профсоюзе. Британцы возмутились. Не то чтобы им было жалко разведчиков и их семьи, но запрещать человеку состоять в профсоюзе... Высокий суд увидел в этом нарушение гражданских прав и отменил запрет премьер -министра.
Не на ту напали, Тэтчер выиграла Апелляционный суд и теперь уже решение Высокого суда было отменено. Но все понимали, что это даже не разминка, а так. проба пера, что основное сражение с профсоюзами впереди.
Самым сильным в Британии 80-х годов был НПШ - Национальный профсоюз шахтеров (или, как его еще называют, НПГ - Национальный союз горняков), который возглавлял Артур Скаргилл. Было немало споров о том, какую роль сыграл тогда Скаргилл в поражении горняков в войне с правительством.
Возможно, решающую, но он наверняка хотел как лучше, просто правительство возглавляла Железная леди.
Проблемы шахтеров были проблемами Британии по двум причинам.
Во-первых, большинство электростанций страны работали на угле, не говоря уж о ТЭЦ и домохозяйствах. Забастовка шахтеров легко могла привести к коллапсу всей Британии, оставив страну без электричества и тепла.
С другой стороны, в Британии добывали угля куда больше, чем потребляли и могли экспортировать. Вот такой парадокс. Работа «на склад» сделала большинство шахт попросту нерентабельными. Правительствам, не важно, были они лейбористами или консерваторами, приходилось выделять все больше средств на содержание убыточных предприятий. Но никто даже не пытался поднять вопрос о закрытии нерентабельных шахт, это немедленно привело бы к забастовке и прекращению отгрузки угля.
Ситуация могла оказаться нелепой - склады полны угля, а электростанциям нечем работать. Понимая это, профсоюз шахтеров выдвигал жесткие требования, и правительства вынуждены были уступать. В начале своего премьерства уступила и Маргарет Тэтчер. Это было тактическое отступление. Понимая, что открыто объявлять войну Скаргиллу пока нельзя, она создала тайный комитет для разработки способов выдержать длительную забастовку.
Неизвестно, насколько деятельным было участие в работе комитета самой Тэтчер, но справился он блестяще. На всех электростанциях были созданы большие запасы угля, а также открыты тайные счета для пополнения этих запасов, множилось число электростанций, работавших или могущих перейти на мазут и даже газ, добываемый в Северном море. Были заключены контракты с частными транспортными компаниями, которые взяли бы на себя перевозки в случае забастовки железнодорожников. Мало того, на электростанциях офицеры инженерных войск проходили стажировку для обслуживания в случае... возможной атаки советского спецназа! Пригодилось пугало советской угрозы. В 1983 году советскому спецназу едва ли было дело до работы британских электростанций, но каков ход! Одним выстрелом сразу двух вальдшнепов, круче барона Мюнхгаузена.
Полиция проводила бесконечные учения и была реорганизована. Никто не говорил и даже не намекал на подготовку к противостоянию с профсоюзами,
