Подозреваю, что мужчины зачастую сохраняются лучше, потому что меньше нервничают, суетятся и переживают по любым поводам. Смотришь иногда на какую-нибудь телеведущую: красивая, холеная, уверенная в себе женщина без особых проблем, которая говорит о чем-нибудь веселом и приятном, и совершенно непонятно, почему у нее все время лоб гармошкой, как будто она голого Мела Гибсона увидела, и распрямить эти складки можно только раскаленным утюгом. Слава богу, косметология не стоит на месте, и если нипочем не удается расслабить лицевые мышцы самостоятельно, то можно прибегнуть к механическим, точнее, химическим способам: например, парализовав на некоторое время нужные лицевые участки уколом ботулинового токсина. Пока выведенные из строя мускулы придут в себя и вернутся в нормальное положение, можно полгода бегать девочкой по дискотекам. Ну, если снова пронесет, и на этот раз не вколют какое-нибудь палево, от которого рожу перекосит уже основательно и навсегда. Не менее завораживающий сюжет - кислотный пилинг, который имеет три степени едкости, как стейк - три степени прожарки. Можно слегка соскрести с лица траченную временем кожицу, нашарив под ней более удобопоказуемый слой, а можно выжечь кислотой все до основания, до лицевых костей, после чего запастись терпением и подождать, пока новое, молодое мясо нарастет обратно. Зато уж как нарастет, только держись - долго будешь вздрагивать и отшатываться от собственного отражения, недоумевая, кто эта юная нимфа, и ходить в винный магазин с паспортом.
Безусловно, в этом есть своя прелесть, особенно для натур истеричных, которым необходимо привлекать к себе внимание. И когда в полумраке ночного клуба пьяный случайный знакомый даст тебе на 10 лет меньше и угостит «маргаритой», это вполне съедобный фаст-фуд для женского тщеславия. Тем не менее, отшлифовывая себе «вывеску» до идеальной гладкости, женщина не обманывает никого, кроме самой себя. Вместо того, чтобы расслабиться и получить максимум удовольствия от того, что неизбежно, стараясь по возможности найти в этом свои положительные стороны, женщины сопротивляются старению до последнего, доводя в общем-то здравую идею ухаживать за собой до абсурда.
Примеры женщин, которых украшает возраст и которые ухитряются стареть так, чтобы лицо не отражало их негативных внутренних трансформаций и выработавшихся в характере неприятных качеств, слишком малочисленны, чтобы переломить тенденцию автоматически ставить знак равенства между молодостью и красотой, а старость приравнивать к уродству, в то время как это просто другая эстетика. И она иногда мстит за насилие над собой: включив телевизор, можно ежедневно видеть наглядные и поучительные примеры пирровой победы над возрастом, одержанной публичными персонами, для которых омоложение не блажь, а вроде бы насущная потребность поддерживать в порядке рабочий инструмент, каким для них является внешность. Так, Людмила Гурченко, снимавшаяся в свое время в мюзикле «Рецепт ее молодости» по мотивам «Средства Макропулоса», возможно, слишком была впечатлена этим произведением Карела Чапека и чересчур увлеклась своей идентификацией с Эмилией Марти, она же Элина Макропулос. Дать актрисе ее реальный возраст, который можно легко узнать из киноэнциклопедии, в настоящий момент нельзя, как, впрочем, и любой другой человеческий возраст, так что остается предположить, что этой бессмертной богине где-то в районе 337-ми, просто она чудесно сохранилась, систематически купаясь в источнике молодости. Вопрос только в том, а сохранилась ли как конкретная личность, а не как абстрактный эталон красоты? Скорее наоборот, Людмила Гурченко образца «нулевых» перестала быть похожа на себя и выглядит как собственный восковой муляж в натуральную величину. Подвиг на поприще заботы о своем внешнем виде был бы достоин восхищения, если б действительно был необходим актрисе в профессиональном смысле - так ведь нет же. Напротив, о том, чтобы Людмила Марковна в таком виде продолжила свою актерскую деятельность, не может быть и речи - законсервированное, если не сказать мумифицированное в своей ослепительной молодости, ее неподвижное лицо не способно ничего выражать. И похоже скорее на маску, на памятник женской решимости из любви к искусству принудительно остановить естественные физиологические процессы.
Их, конечно, надо контролировать и притормаживать, если они идут куда-то не туда, но хотелось бы не превращать это в бесконечную войну с собственным организмом, а делать все непринужденно, легко и как бы играючи, поскольку арсенал средств позволяет разглядеть в трагедии женского старения и юмористические стороны. Лично я, кроме того, что возлагаю большие надежды на сало, склоняюсь в пользу колдовства и мракобесия в силу дешевизны предлагаемых методов, но главное - из-за соблазнительной возможности совместить полезное с интересным и превратить процесс омоложения в увлекательный перформанс. Намазаться кремом за 300 долларов или вколоть ботокс в салоне за углом - много ума и креативности не надо, а вот попробуйте-ка надежное средство, которое предлагает известная сибирская целительница Наталья Степанова, характеризуя данный способ еще как сравнительно простой и доступный для осуществления в домашних условиях. Для этого молодильного обряда требуется сорок яблок с разных деревьев, двенадцать ключей от двенадцати замков, молоко от трех разных коров, лепестки с девяти роз, соль, добытая с трех домов в чистый четверг, пеленка, в которой крестили ребенка, стакан весеннего меда и живая рыба. Часть этих ингредиентов требуется сварить, а отвар вылить в ванну, которую нужно принять в компании с живой рыбой, декламируя соответствующие заклинания. За доставанием всего необходимого запросто могут пролететь последние остатки молодости, но, поскольку колдунья не советует прибегать к таким методам раньше пятидесяти, немного времени у меня в запасе есть.
Павел Пряников
Местный Эдем
Корейская медицина для московских пенсионеров
Пока обеспеченные жители Москвы резвятся в «многофункциональных культурно-развлекательных центрах», обездоленная часть населения проводит досуги в «Демонстрационных залах Серагем», созданных корейскими баптистами. Каждый будний день с восьми утра и до шести вечера десятки тысяч москвичей преклонного возраста лежат на нефритовых кроватях, силясь победить с их помощью все недуги. Сеансы оздоровления бесплатные, что для нашего времени звучит вполне фантастично. Подавляющую часть пациентов в «Серагем» влекут не столько болезни, сколько жажда общения в духе баптистских психотерапевтических сеансов.
«Прогрел до самых ген»
Первый «Демонстрационный зал Серагем» появился в Москве три года назад. Сегодня таких залов насчитывается около ста, из них двадцать официальных (неофициальный - значит, работающий без лицензии). «Серагем» не рекламируется в газетах, на уличных щитах и тем более на телевидении, но практически все пенсионеры знают о нем - более действенной рекламы, чем «сарафанное радио», до сих пор не придумали. На расстоянии одного-двух километров от любого московского дома обязательно есть такой зал. Чтобы найти его, достаточно понаблюдать за самыми популярными в вашем районе маршрутами стариков или бюджетников, одетых по моде восьмидесятых. Конечная точка их привычного пути наверняка является входом в баптистский оздоровительный центр.
Во всяком случае, самый близкий к моему дому «Серагем» я отыскал без труда. Заброшенный завод на Татарской улице, скромная вывеска, охрана при входе, и человек сорок в огромном лекционном зале предприятия, внимающих консультанту. Все, что требуется здесь от больного, - две простыни и тапки.
Консультант подробно рассказывает о чудо-кровати «Серагем»: «В основе излечения - нефритовые стержни и инфракрасные излучения. Кровать помогает справиться практически со всеми недугами, вплоть до онкологии». Далее следуют 10 минут научпопа о длине волн, лимфе и межпозвоночных дисках. На стенах - стихотворения пациентов, при прочтении не оставляющие сомнения в их благодарности чудо-кровати:
«Прогрел меня до самых ген,Размял мне спину нежноПростой и добрый Серагем -Последняя надежда».
Из сорока слушателей примерно с десяток - новички, в нетерпении дожидающиеся окончания речи консультанта, чтобы задать вопросы. Первой встает старушка лет 75: «Зрения почти не осталось. Врачи говорят, надо хрусталик ставить. Операция стоит сорок тысяч. А если бесплатно, два года ждать в очереди - еще неизвестно, доживешь ли. В общем, как для глаз правильно лежать?»
Потом в диалог с консультантом вступают бывалые пациенты - меньше сорока раз никто из них на «Серагеме» не лежал. Минут пять слушаешь, кто как начал потеть, у кого какого цвета моча пошла, как теперь двигаются пальцы на ногах.
