Все дальше и дальше углубляясь в рассуждения, я начинала злиться. На себя. На мужчин. На весь мир. В этот момент раздался звонок рабочего телефона.
- Лесная, - зло проговорила я, но Таня на другом конце провода даже не обратила на это внимание.
- Тут к тебе еще один красавчик пришел, и, между прочим, с цветами! Ты сегодня мегапопулярна!
Это было уже интересно для меня, я выдохнула и поплелась на ресепшн. Передо мной стоял Павел. Мой бывший гражданский муж. В руках он держал букет из красных роз. Увидеть его я никак не ожидала, я даже не думала, что он знает, где я работаю. Интереса к моей личной жизни он никогда не проявлял. Наши отношения были словно игра в одни ворота. Выглядел он по-прежнему хорошо, на нем были голубые джинсы и серый свитер крупной вязки, который я ему подарила на двадцать третье февраля, пальто он держал в руках. Желания с ним разговаривать у меня не было, сказывалась подпорченное настроение, поэтому, пригласив его в кабинет переговоров, я хотела завершить встречу как можно быстрее.
Он с улыбкой протянул мне цветы, на что я ответила:
- Спасибо, но день рождения у меня в мае.
- Я помню, - обиженным голосом отозвался Паша. - Это в знак примирения. Я вопросительно вздернула брови и посмотрела на него.
- Понимаешь, я много думал после того, как ты ушла. Я наконец понял, что я не могу тебя потерять, - я равнодушно положила цветы на стол и начала теребить золотую цепочку на шее, что делаю каждый раз, когда пытаюсь успокоиться и не сорваться в разговоре.
- Я был таким дураком, когда не ценил тебя! Я очень хочу все исправить. Дай мне, пожалуйста, еще один шанс. Я так тебя люблю! – сказав это, он совершенно неожиданно встал передо мной на колени и начал обнимать за бедра. Я оторопела от подобных его действий - он никогда не отличался сентиментальностью или романтизмом, а здесь… Через несколько секунд я пришла в себя и сделала шаг назад пытаясь вырваться из его объятий.
- Послушай, Паш, - я пыталась поднять его, - я тебя простила, правда. Все, что было, уже не имеет для меня значения. Я никогда к тебе не вернусь, и не из-за своих обид или гордости, или еще чего- то. Я просто не люблю тебя, понимаешь? Я не хочу быть с тобой. Мы упустили наши отношения. Я тоже виновата в разрыве, но прошлое не вернешь, а разбитую чашу не склеишь. В какой-то степени я тебе даже благодарна. Мы бы просто потратили наши жизни впустую, если бы остались вместе. А твой поступок закалил мой характер. Это не убило меня - я стала сильнее.
- Я подумал, раз ты не забрала оставшиеся вещи, возможно, еще не все потеряно.
- Потеряно было уже давным-давно все. А про вещи я просто забыла. Слишком много работы навалилось. На днях я их заберу.
Опустив голову, он закивал. Его вид был жалок. Мне захотелось обнять его, утешить. Он по- прежнему был для меня родным человеком: я знала, как он пахнет, какие у него шершавые ладони на ощупь, как он поет в душе. Но что-то между нами оборвалось. Не знаю, когда именно это произошло, но сейчас я смотрела на него по-другому. Я была другая.
Как только Паша ушел, я подарила букет Тане. Она удивленно посмотрела на меня.
- За хорошую работу и красивые глаза! – я ей улыбнулась. Стало легко на душе от свободы и одновременно печально от одиночества. Странное чувство.
========== Глава 22 ==========
- Что это? – спросил меня Иван, бросая на стол передо мной папку с моим распечатанным отчетом. В кабинете нас было трое, включая Владимира Николаевича. Внезапно было назначено совещание, темой которого являлся мой отчет. Я вопросительно округлила глаза и посмотрела на своего старого руководителя. Владимир Николаевич уже был знаком с моим отчетом, и нареканий у него не было, он, как и я, не понимал, что происходит.
- Кто вас так учил писать отчеты? Он в корне неверен, - Иван передвигался, словно тигр в клетке, буквально рвал и метал на ходу. Я его никогда не видела таким… особенно на работе… Это даже неэтично - позволять в профессиональном плане терять над собой контроль.
- Что не так? – робко спросила я, раскрывая папку и пробегая глазами по хорошо мне известным графикам и диаграммам.
- Выборка определена неверно, из-за округления вы потеряли одну двадцатую процента, что меняет значение доли продукта в сегменте. Все ваши графики не информативны. Восьмиклассница справилась бы с этим лучше, чем вы.
В свой адрес подобных обвинений я еще никогда не слышала - меня, в принципе, еще ни разу не уличали в непрофессионализме, и уж тем более не сравнивали с восьмиклассницей. Сгорая от стыда, я не могла произнести ни слова. Но более всего меня пугала реакция Ивана. Любой отчет можно переделать, исправить, но унижать меня подобным образом… На выручку пришел Владимир Николаевич:
- Иван, давайте не будем горячиться. Аня в ближайшее время все перепроверит и исправит.
Иван остановился перед своим кожаным офисным креслом и вцепился до белизны костяшек в его спинку.
- Даю вам два дня, - проговорил он суровым, обжигающе холодным голосом. Я больше не могла там находиться - раскрасневшаяся, я выбежала из его кабинета.
Быстрым шагом я шла по длинному коридору в направлении своего рабочего стола. В голове все время крутились его обидные слова, его злые темно-синие глаза. На часах было шесть вечера, все сотрудники постепенно стекались в направлении выхода, многие прощались со мной, но я была настолько занята своими мыслями, что даже их не замечала. Словно в тумане я дошла до своего компьютера и села за стол, раскрыв папку. Я тщательно проверяла и перепроверяла все данные, несколько раз сверилась со всеми показателями, данными исследований и прочей информацией, но ничего катастрофически страшного я не могла найти.
Зазвонил мой мобильный телефон, я нажала кнопку «Ответить» и рассеяно проговорила:
- Алло.
- Алло, ты где? Вчерашний поклонник не возвращался? – спросил веселым голосом Борис.
- Привет, я еще на работе, пытаюсь разобраться с отчетом.
- Сейчас восемь вечера… - озадачено протянул Боря. - Давай я тебя заберу.
- Нет, не надо. Я еще не знаю, сколько здесь просижу. Иван меня отчитал сегодня, - сказала я и сцены неприятного вечера снова всплыли в моей памяти. Я устало потерла переносицу и посмотрела на часы в правом нижнем углу экрана.
- По делу? - сочувственно спросил Боря.
