В марте 1905 г. Селборн вышел в отставку и уехал в Южную Африку. Морским министром стал лорд Каудор — маленький человек с мягкими манерами джентльмена, умный и работоспособный, имевший репутацию хорошего бизнесмена. Узнав, кто станет преемником Селборна, Фишер, по его собственным словам, "перерадовался". Граф Каудор пришел в Адмиралтейство "будучи предпринимателем, который не имел ни малейшего понятия о проблемах военного флота и никогда ими не интересовался…"[241]. Впрочем, Каудор пробыл морским министром всего несколько месяцев — с апреля по декабрь 1905 г. Этого времени Каудору оказалось недостаточно, чтобы как-то проявить себя на своем первом министерском посту или хотя бы изучить новую сферу деятельности. К тому же у графа было слабое здоровье. Каудор в еще большей степени, чем его предшественник, полагался на усмотрение и опыт Фишера.
С падением консервативного кабинета в декабре 1905 г. на смену Каудору в Адмиралтейство пришел барон Туидмаут. "На пост морского министра он подходил с таким же успехом, как и на должность королевского астронома"[242]. Туидмаут был совершенно бесцветной фигурой, начисто лишенной каких бы то ни было талантов. Терзаемый двумя противоборствующими группировками в Адмиралтействе — сторонниками и противниками Фишера, — он так и не решил для себя окончательно, к какой из них примкнуть, У Туидмаута не было ни решительности, ни силы воли, которые так необходимы хорошему администратору. Не имея никаких знаний о военном флоте, он не имел и собственных суждений и крайне редко вмешивался в дела и решения морских лордоз. Окончательно свой авторитет Туидмаут утратил после того, как раскрылось его участие в афере по снабжению флота несвежим пивом. Морской министр был держателем солидного пакета акций фирмы по производству алкогольных напитков и добился для нее контрактов по снабжению военно-морского ведомства. Туидмаут также стремился особо не напрягаться на службе по причине слабости здоровья, и в течение двух с половиной лет его министерства Фишер был полностью предоставлен сам себе.
После того, как в апреле 1908 г. в кресле главы либерального кабинета Кемпбелл-Баннермана сменил Герберт Асквит, Туидмаута убрали из Адмиралтейства, подыскав ему менее хлопотную должность. В Адмиралтействе его уход "оплакивали" немногие. Преемником Туидмаута стал Реджинальд Маккенна — один из самых способных морских министров "эры Фишера". Когда Маккенна готовился возглавить военно-морское ведомство, ему еще не было 45. Высокий, стройный, с сухощавой фигурой атлета, Маккенна был крепок, как стальной прут. В студенческие годы морской министр занимался греблей и даже входил в сборную команду Кембриджа. До прихода в Адмиралтейство Маккенна возглавлял отдел образования в 1907–1908 гг., проявив себя первоклассным администратором. Новый морской министр имел ясный и холодный математический ум, его суждения всегда были взвешенными, четкими и хорошо сформулированными. Маккенна приучил себя к строгой самодисциплине и был требовательным к подчиненным. Он никогда не откладывал в долгий ящик работу с. деловыми бумагами и усаживался за них почти всегда сразу по мере их поступления. В палате общин Маккенна чувствовал себя как рыба в воде и прекрасно знал всю "парламентскую кухню". Он обладал незаурядными способностями адвоката в аргументировании своей точки зрения и отстаивании позиций Адмиралтейства в парламенте[243].
Самое удивительное, что при всех своих талантах Маккенна так никогда и не стал ни авторитетным морским министром, ни популярным политиком. Его "превосходительная манера" общения, высокомерная церемонность во время ответов на вопросы и участия в прениях раздражали депутатов парламента. Либеральные политики не любили Маккенну за то, что он, по их мнению, слишком легко менял свои убеждения. Работая в министерстве финансов в 1905 г., Маккенна прославился как приверженец строгой экономии и сокращения военных расходов. Став спустя три года морским, министром, Маккенна повел борьбу за увеличение военно-морского бюджета в связи с растущей "германской угрозой". Это раздражало представителей группировки "экономистов" в либеральной партии, возглавляемой Ллойд Джорджем и Черчиллем, и они не уставали твердить, что Маккенна стал игрушкой в руках адмиралов и, прежде всего, Фишера.
Если отношения Фишера с Селборном, Каудором и Туидмаутом носили в большей степени формальный характер, то с Маккенной старый морской волк сошелся прекрасно[244]. Они отлично сработались, и вскоре, их, отношения стали дружескими и сердечными. Со временем они стали близкими друзьями и продолжали поддерживать контакты после того, как их пути разошлись.
В том же 1908 г., когда Маккенна пришел в Адмиралтейство, в его жизни произошло другое важное событие — он женился. Жениху уже исполнилось 45, а его невесте — Памеле Джекилл — только 19. Фишер завязал переписку с юной супругой морского министра. Адмирал приобрел привычку делиться переживаниями по поводу своих неудач или успехов с молодой женщиной. Сохранилось немало писем Фишера к ней, часть из которых была опубликована в уже цитированном трехтомном сборнике под редакцией Артура Мардера..
Таковы были первый морской лорд и люди, от которых непосредственно зависело проведение в жизнь его программы реформ британского военного флота.
Люди и корабли
Первой в списке преобразований Фишера стоит реформа обучения и подготовки морских офицеров. Критики адмирала часто упрекали его в чрезмерном увлечении чисто техническими вопросами и пренебрежении к проблемам личного состава флота. Между тем, Фишер всегда был убежден, что "люди важнее машин". Еще будучи командующим Средиземноморским флотом, Фишер активно взялся за изучение проблемы отбора, обучения и подготовки макросов и офицеров флота. Поиск наилучших форм системы военно-морского образования был весьма актуален для британского флота на протяжении многих лет. Многочисленные комиссии, которые занимались изучением данного вопроса еще с 70-х гг. прошлого века, были единодушны в том, что существующее положение вещей надо менять. Однако все рекомендации этих комиссий имели совершенно ничтожный практический результат.
Идея унифицированного обучения морских офицеров не была единоличной заслугой Фишера. Известный английский военно-морской теоретик Джон Коломб почти 20 лет пропагандировал этот принцип[245]. Заслуга Фишера состояла в том, что он претворил идею в жизнь.
Реформа подготовки морских офицеров началась с опубликования в конце декабря 1902 г. так называемой "схемы Селборна", которая предусматривала новые правила приема и новую программу обучения морских офицеров. Несмотря на то, что проект был назван по имени морского министра, "…в действительности он был детищем адмирала Фишера…который и являлся реальной движущей силой в Адмиралтействе того времени"[246].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
