Читаем без скачивания Крестный. Путь наверх (сборник) - Сергей Зверев

– Вот что я скажу, братва. Сегодня мы нового человека коронуем. Дело это правильное и нужное, уходят старики, приходят молодые, кто-то же должен традиции и понятия сохранять. Не будет этого, бардак кровавый начнется и беспредел круговой. Но я, собственно, не об этом сейчас речь веду. Я говорю о том, что времена изменились, а новые времена заставляют и новые песни петь. А это значит, что и люди должны прийти новые, с другим укладом в голове. Сережа из таких и будет. Это благодаря ему наш город не стал ссученным, под ментов полностью не ушел. Будь таких побольше в наших рядах, глядишь, и крови меньше бы лилось в разборках между братвой… Словом, оцениваем мы тебя за реальные заслуги в нашем общем деле. Отныне все будут знать, что ты коронован как вор в законе по кличке Крестный…

Крестный. Политика на крови

Глава 1

– Ты уверена? – задумался Валерий Сергеевич, глядя на слабоосвещенный кирпичный забор, ограждавший территорию машиностроительного завода. – Здесь метров двести глухого перегона. Люди почти не ходят. Проходная завода находится совсем с другой стороны, по улице Хвесина.

– Ну и что из того, – продолжала настаивать на своей идее Юля, молоденькая девушка, недавно включенная в группу агитаторов, – зато здесь оживленная трасса. По ней проходят два автобусных маршрута и один троллейбусный. И если мы развесим портрет нашего кандидата, тогда за световой день его физиономия сотни раз попадется на глаза проезжающим мимо пассажирам и водителям.

– Если на заборе портреты развесим, администрация завода сдерет все к чертовой матери. В нашем избирательном штабе мне сказали, что директор завода нашего кандидата не жалует, – возразил Валерий Сергеевич.

– А мы не на заборе повесим, – парировала Юля, – а на столбах и деревьях у завода. Столбы – не забор, собственностью завода не являются. Опять же с троллейбусов портрет будет лучше виден – ближе к дороге.

– Ну что ж, – наконец принял решение Валерий Сергеевич. Он был старшим из агитаторов, работающих в этом районе. – Давай действуй. Я думаю, пятнадцать портретов тебе хватит.

Валерий Сергеевич отсчитал необходимое количество отпечатанных типографским способом цветных фотографий и передал их Юле.

– Начинай клеить, – сказал он, – а мы, чтобы время не терять, пойдем в жилой массив. В двух кварталах отсюда по улице Рабочей есть три пятиэтажные «сталинки», мы там будем работать. Надо листовки по почтовым ящикам раскидать и остатки портретов по стенам расклеить.

Валерий Сергеевич повернулся к невысокому толстому парню в очках:

– Толик, пойдем. Юля нас потом догонит.

Куривший Толик бросил сигарету на асфальт, затер ее ногой и нехотя поплелся за старшим группы. Кроме того что Толик был толстый, он нес еще большой рюкзак, набитый агитационными листовками и плакатами, поэтому с трудом успевал за своим хоть и пожилым, но бодрым руководством. Юля недолго провожала коллег взглядом и тут же принялась за работу.

Студентка университета, будущий специалист в области социальной психологии, Юля Королева, едва начались выборы мэра и депутатов городской думы, добровольно отправилась в избирательную кампанию, записавшись в группу поддержки кандидата Леонида Силантьева.

Собственно, по большому счету Юле было все равно, в чьем штабе работать. Главное для нее – попробовать свое умение и приложить знания, полученные за время учебы, в конкретном деле. Очень уж хотелось молодой и шустрой девчонке посмотреть, во что на практике преломляются такие понятия, как «избирательные технологии», «особенности массового сознания», «электоральное мышление»…

Однако свой выбор Королева сделала все же в пользу Силантьева и его «Движения за экономические свободы» (ДЭС). Королевой импонировал сам молодой кандидат и команда, поддерживающая его. Юля знала также, что основную экономическую и интеллектуальную поддержку Силантьеву оказывают предприниматели, преимущественно средние и мелкие. Главным же спонсором «Движения за экономические свободы» и Силантьева как кандидата на пост мэра города от этого движения являлась ассоциация «Корвет», возглавляемая Сергеем Потаповым.

Последний сам избирался в городскую думу по Волжскому району. Предвыборная кампания уже длилась неделю. Юля полностью вошла в работу. Ее включили в группу к Петухову Валерию Сергеевичу, ведущую агитационную работу в Заводском районе города.

«Ну вот и славно, – произнесла Юля, наклеивая последний из оставленных ей портретов Силантьева, – сейчас мы тебе разгладим морщинки, – Юля ладонями разровняла плохо приклеившийся на столбе бумажный портрет, – и будешь ты здесь висеть аж до самого тридцать первого августа, пока тебя в начале сентября какой-нибудь работник ЖКХ не сдерет вульгарными движениями со столба».

Юля отошла на несколько шагов от столба и поглядела на изображение Силантьева. Претендент на пост мэра города улыбался юношеской улыбкой. Его светлые пушистые волосы были тщательно уложены, строго зачесаны назад. Юля отметила про себя некое несоответствие между задорной улыбкой молодого кандидата и строгостью его прически.

«Наверно, хотели придать Ленечке больше солидности», – подумала она про себя.

В шутку между собой агитаторы называли своего кандидата по имени и уменьшительно-ласкательно. Отчасти оттого, что Силантьев был молодой политик: ему еще не исполнилось и тридцати, но в основном это получалось как бы само собой, в качестве психологической разгрузки. Видимо, невозможно, изо дня в день рекламируя и пропагандируя серьезность и значимость своего кандидата, еще и в беседах между собой упоминать его имя без доли иронии.

«Ладно, – решила про себя Юля, – завтра сообщу начальнику штаба Гусину свои соображения по усилению визуальной значимости Леонидушки. В конце концов должны же они прислушаться к мнению молодых специалистов».

Решив так, Юля свернула трубочкой опустевший пластиковый пакет, в котором она держала портреты кандидата в мэры, и отправилась по освещенной фонарями улице в направлении, в котором не так давно скрылись Петухов и Толик.

Время было уже позднее, около одиннадцати вечера. Уставшей за день Юле хотелось домой, а для этого надо было поскорее помочь Сергеичу и Толику раскидать агитационные листки по подъездам и таким образом «обработать» намеченный на сегодня жилой массив, в котором завтра должна была состояться встреча Силантьева с избирателями.

Отыскать Петухова с Толиком для Юли было несложной задачей, поскольку, как опытные следопыты, бредущие по городским джунглям, они оставляли за собой «насечки» на заборах, столбах, стенах домов в виде наклеенных листовок, содержащих краткое изложение предвыборной программы кандидата в депутаты или в мэры.

Юля, повернув на улицу Хвесина и подойдя к трем «сталинкам», не обнаружила Толика с Сергеичем ни во дворе первой, ни во дворе второй.

«Быстро они работают, – подумала про себя Юля, направляясь во двор третьей пятиэтажки. – Видимо, тоже домой хотят».

Подходя к подворотне последнего дома, Юля посмотрела на часы: ровно одиннадцать тридцать.

«Ну, до двенадцати успею, – подумала она, – значит, полпервого буду дома. Приму душ и спать. А завтра снова полседьмого подъем, в восемь на работу. Нет, что ни говори, а выборы – это все же сумасшествие».

Однако этим планам Юли сбыться было не суждено. Еще входя в подворотню она услышала странные приглушенные удары. В какой-то момент Юле показалось, что кто-то из жильцов вышибает пыль из своего матраса. Но каждый из таких ударов сопровождался человеческим стоном и злобными высказываниями. По инерции войдя в подворотню, Юля остановилась как вкопанная. Зрелище, представшее перед ее глазами, заставило Юлю содрогнуться от ужаса.

Вишневая «восьмерка» петляла по улице, аккуратно объезжая выбоины и ухабы. Дороги в Заводском районе были еще те. Поэтому водитель «Жигулей», мощный коротко стриженный громила, постоянно вертел руль, который почти касался его большого пуза, то влево, то вправо, стараясь сберечь автомобильную подвеску от ям и ухабов.

– Слушай, Баклан, – обратился он к сидевшему рядом с ним пассажиру, – долго мы еще будем колесить по этим закоулкам?

Баклан бросил на обрюзгшее лицо водилы спокойный немигающий взгляд и ровным, без эмоций голосом сказал:

– Сколько надо, столько и будем.

– А с чего ты взял, что они здесь сегодня орудуют?

Баклан отвел взгляд на дорогу и произнес:

– Есть информация из надежных источников, что сегодня они здесь.

– Может, они уже разбросали свои бумажки и по домам отправились.

– Не отправились, – ответил Баклан. – Час назад нам звонили и сказали, что они шустрят в этом районе. Так что информация надежная. А ты, Гиря, давай помалкивай и рули себе.

– Куда рулить-то? – спросил Гиря.

– Поворачивай сейчас на улицу Хвесина, – ответил Баклан, – там есть несколько жилых домов. Пошарим среди них.