Читаем без скачивания Крестный. Путь наверх (сборник) - Сергей Зверев

– Это все? – спросил он, когда Юля закончила.

– Да, пожалуй, все. Если что-нибудь еще вспомню, то сразу же сообщу вам.

– Добро, – кивнул Иван.

В этот момент из реанимации вышли двое мужчин в белых халатах.

– Ну, что с Петуховым? – бросилась к ним Юля.

– Тяжелая черепно-мозговая травма, состояние стабильное, но в сознание пока не приходил. Мы сделали все, что возможно, – ответил один из врачей, который был постарше.

– Вы можете дать какие-нибудь прогнозы?

– А кто вы ему будете? – спросил врач, оглядывая Потапова.

Сергей представился:

– Моя фамилия Потапов, я из избирательного штаба, в котором работал ваш пациент.

– А-а, кандидаты, депутаты, ну-ну, – проговорил врач и добавил: – Могу точно сказать, что выборы пройдут без участия вашего коллеги.

Потапов не обратил внимания на насмешливый тон врача и спросил:

– Я имею в виду его здоровье: будет он инвалидом или нет?

– Вполне возможно, что инвалидность у него будет, – ответил врач. – Надеюсь, что он застраховался, когда пошел работать на вас.

Врач оглядел не слишком любезным взглядом Потапова, после чего со своим коллегой отправился в соседнюю с реанимацией комнату, на двери которой было написано «Ординаторская». Потапов, Дегтярев и Королева некоторое время стояли в молчании. Наконец тишину прервал Дегтярев. Он спросил, обращаясь к Потапову:

– Ну что будем делать?

Потапов задумчиво посмотрел на Дегтярева:

– Позвони Горчакову, пусть лично займется этим делом вне зависимости от того, кому его поручат. И еще, – продолжил Потапов, – надо бы дать информацию в газеты.

Юля не знала, что Горчаков является майором милиции и служит в должности замначальника уголовного розыска. Не знала она также, что Горчаков уже не один год имеет дружеские отношения с Потаповым, которые подкреплены к тому же материально, поскольку милиционер получал от Потапова круглые суммы к своему невеликому милицейскому жалованью. Всего этого Юля не знала, но по поводу второго предложения Потапова у нее было свое мнение, которое она решила высказать.

– Мне кажется, лучше всего сообщить об этом по телевидению, – сказала она, – и не просто сообщить. Кандидат на пост мэра Силантьев должен сделать это заявление сейчас, из стен больницы. Он должен рассказать о том варварстве и беззаконии, которые были допущены во время избирательной кампании. Именно в этом случае, – добавила она, – из создавшейся ситуации можно извлечь максимум пользы.

Потапов с удивлением выслушал девушку, после чего переглянулся с Дегтяревым.

– Что ж, толково, – одобрил предложение девушки Сергей, – пожалуй, так мы и сделаем. Она права, нам нанесли удар, мы должны ответить. То, что предложено девушкой, является на данный момент лучшим ответом.

Потапов вынул из кармана телефонную трубку и набрал номер. Пока в трубке слышались длинные гудки, он дал распоряжение Дегтяреву:

– Сходи к врачам и договорись насчет ухода за больным и насчет видеосъемки в помещении. Я позвоню Силантьеву и телевизионщикам.

Дегтярев кивнул и пошел в ординаторскую. В этот момент в трубке послышалось:

– Алло.

– Леонид, это Потапов тебя беспокоит, – представился Сергей. – Ты уже в курсе случившегося?.. Я думаю будет правильно, если ты приедешь сейчас в больницу и пообщаешься с прессой. Я и Дегтярев уже здесь.

Из разговора Потапова с Силантьевым Юля поняла, что кандидату в мэры не очень хочется ехать ночью в больницу и общаться с прессой, однако Потапов твердо настоял на своем, и Силантьев дал согласие.

После этого разговора Потапов снова набрал телефонный номер и спросил:

– Алло, это программа новостей? Шатунов сейчас на работе? Дайте, пожалуйста, ему трубку. Алло, Семен, это Потапов звонит. У меня к тебе дело. Надо сделать репортаж об одном событии. Да, я понимаю, время уже позднее и у тебя полно работы. Но времени это много не займет. А поздние часы всегда оплачиваются по повышенной таксе. Да-да, жду тебя. Тебя встретят у входа в клиническую. Достаточно будет тебя и человека с видеокамерой. Хорошо, жду.

Потапов отключил трубку сотового телефона и положил его в карман.

– Ну вот, – сказал он, – сейчас начнется.

В это время Дегтярев в ординаторской выслушивал нелицеприятные высказывания старшего дежурного врача.

– Да вы с ума сошли! – кричал врач. – У нас здесь больница, а не телестудия. И в конце концов, как вам не стыдно. Человек в тяжелом состоянии, а вы будете у его постели интервью давать. Вы хоть немного думаете о больном или нет?

– Думаю, – хмуро ответил Дегтярев, – уж поверьте мне, мы сделаем все, чтобы он выздоровел. На своих людей мы не жалеем ни денег, ни времени.

Он вынул из кармана бумажник, достал оттуда несколько купюр и, свернув их, положил в нагрудный карман белого халата врача.

– Что касается нашего человека, то вот деньги на лекарства для него. Это на первый случай.

Дегтярев помедлил, потом свернул еще несколько купюр и снова протянул их врачу.

– А это вам, за особое внимание к нашим двум больным.

Врач посмотрел на сложенные купюры, сумма была значительная, и он, поколебавшись секунду-другую, взял деньги и убрал в карман. Дегтярев улыбнулся одними губами, вынул визитку и положил ее на ближайший стол:

– Это мой телефон. Если возникнет необходимость в новой помощи – звоните, а сейчас дайте нам полчаса.

– Хорошо, – согласился медик. – Только чтобы все было тихо.

– Не волнуйтесь, покой больных мы не потревожим.

Силантьев и телевизионщики приехали почти одновременно. К этому времени в больницу уже приехала опергруппа милиции, и следователь брал показания у Юли Королевой.

Когда Потапов позвонил Силантьеву, тот уже спал. Но, несмотря на это, прибыл в больницу в костюме, белой рубашке и модном цветастом галстуке. Буквально через минуту появились три человека с телевидения. Один из них, невысокого роста, средних лет, с мелкими чертами лица и живыми глазами-бусинками, подошел к Потапову и Силантьеву. Это был начальник телевизионной службы информации Семен Шатунов.

– Ну, что у вас тут случилось? – спросил он, глядя на Силантьева и Потапова.

После того как ему объяснили суть происходящего, он сказал:

– Хорошо, давайте снимать, у меня немного времени. Сначала мы сделаем несколько видов реанимационного отделения, затем неплохо бы поговорить с врачами и милицией и в конце дать интервью Силантьева.

Шатунов и его коллеги ушли брать интервью у врачей и милиционеров. Силантьев вынул из кармана пиджака расческу и стал зачесывать свои волосы назад.

– Черт, где бы себя привести в порядок, – произнес он, выйдя на свет и стараясь разглядеть свое отображение в стеклянной коридорной двери.

– Я думаю, что сильно стараться не стоит, – сказала молчавшая все это время Юля.

– Не понял, – Силантьев отвернулся от импровизированного зеркала и посмотрел на Королеву. – Почему это?

– Вы ведь не на митинге, а в больнице. Приехали сюда поздно навестить своего коллегу по предвыборной борьбе, которого постигло несчастье. Людям будет куда понятнее образ народного избранника, который, узнав о несчастье, примчался в больницу, не успев привести свой внешний вид в порядок, нежели человека, который ехал, заранее зная, что предстоит общение с телевидением. Поэтому пусть волосы останутся в естественном убранстве. Галстук тоже надо снять, и расстегните ворот рубашки, – продолжила Юля свои наставления. – И вообще, эта прическа, с которой ваша физиономия расклеена на листовках по городу, вам совершенно не идет, – добавила она в конце.

Теперь пришла очередь Силантьеву недоумевая смотреть то на Юлю, то на Потапова.

Потапов улыбнулся и сказал:

– Ты знаешь, по-моему, она абсолютно права. К тому же, если честно, – он на секунду замолчал, – мне тоже не нравилась эта дурацкая прическа.

Силантьев, выслушав Потапова, пожал плечами, убрал расческу и снял с шеи галстук, спрятав его в карман пиджака.

– Ну вот и отлично, – сказал Потапов, оглядев Силантьева. – Сейчас появится Шатунов, прикинь в голове текст выступления.

– Уже прикинул, – ответил Силантьев.

В телевизоре одна за другой мелькали кадры видеохроники. Сначала был показан Петухов с перебинтованной головой, лежащий в реанимации. Затем немного удивленное и испуганное лицо Толика, лежащего в соседней палате. Потом несколько слов произнесли дежурный врач больницы, принимавший пациентов, молодой лейтенант милиции, оформлявший протокол дознания по факту избиения.

Наконец очередь дошла до Силантьева. На экране появилось молодое, симпатичное, немного уставшее лицо кандидата на пост мэра, который произнес:

– Уважаемые избиратели. Я обращаюсь к вам не как кандидат на пост мэра нашего города и не как лидер «Движения за экономические свободы», а как обыкновенный гражданин и избиратель. Сейчас настал такой момент выборов, когда мы все должны явственно осознать всю полноту ответственности за ход избирательной кампании. Вы должны осознать, как много значат для нас свобода и демократия, потому что именно сегодня вечером случилось то, что подвергает сомнению тот факт, что свобода и демократия пришли в нашу страну навсегда, так как главное завоевание демократии – это право граждан избирать и быть избранными.