Он четко сознавал, что историей в его городе даже запахнуть не дадут, а все дома снесут под корень, если им лет сорок исполнится! Вот и получалось, что на Райском острове люди живут 80 лет, а в его городе с кругооборотом домов таких лет жизни только редкие бабушки достигают. Вероятно, постоянство в образе жизни тоже влияет на ее длительность, но об этом любители жилищных перестроек даже не задумываются! Любые переезды здорово бьют по нервной системе людей. Но кто ж им позволит прожить жизнь в одном доме?
Вот и у него вопрос переезда очень болезненно входил в его сознание. Его дом стоял торцом к основной магистрали, вроде некому не мешал, но вокруг сноса его дома было столько толков, слухов, публикаций, что лучше об этом забыть, он ведь не на острове живет. А эти новые дома так быстро станут неказистыми, что стоит ли сносить его торцевой дом? Ладно, проехали, — подумал Тимофей, останавливая машину у дома Лизы.
Лиза яркой красотой Марины не блистала, она была само спокойствие, но и трат не причиняла, что его вполне устраивало. Неожиданно для себя он вздрогнул, вспоминая Марину, и то, как он раньше времени покинул благополучный Райский остров.
Лиза сидела у плоского монитора и самозабвенно читала.
— Лиза, посмотри на меня, — проговорил Тимофей, которому хотелось продемонстрировать свой загар.
— Я тебя и раньше видела, а тут такое пишут!
— Ладно, прочитай мне, и мы обсудим.
— Нет, а чего обсуждать?! Народ умирает от новых ядовитых химикатов!
— А ты чего разволновалась?
— Интересное дело: ты сам говорил, что на острове люди пью вино, и живут чуть не сто лет, а у нас пьют, то, что дешево продают и загибаются от желтой болезни печени.
— Так у нас в стране виноград не растет, а ввоз вина запретили.
— Вот, тот, кто запретил ввоз вина пусть и пьет то, что теперь пьют мужчины в городах с тяжелой жизнью и промышленностью. Работа у них тяжелая, требует элементарного расслабления, а вино продавать запретили, пьют теперь все дезинфицирующие средства.
— Ладно, я понял, но я не нынешнее правительство и не могут запретить уничтожать народ тысячами.
— А ты чего пришел? Тимофей ты мне все уши прожужжал, что на Райском острове женщины красивее меня. Ты мне снился, но почему-то не в нашем веке.
— Не все красивее тебя, а всего одна дама!
— А! Значит, у тебя там была местная дама?
— Я, что не мужчина?
— Отказываюсь от тебя после островитянки!
— Ничего себе загнула! Да, я виноват перед тобой, но только в том, что проболтался, а промолчал, ты бы и не узнала. Так и в Интернете, если бы не писали о том, что мужики умирают, ты бы об этом не узнала. Если бы рабочим предложили на их тяжелых заводах нечто, расслабляющее лучше, чем очистители, может, они бы и не спились и не умерли бы, в молодом возрасте!
— А чего тебе сдались дома, которые сносят?
— Лиза, ты живешь в новом доме, тебя выселили из твоего четырехэтажного дома, тебе лучше стало?
— Здесь квартира новая.
— А сколько нервов стоил твой переезд, забыла?
— Забудем о переезде, но, правда, рабочим в металлической промышленности, трудно выжить без праздника в душе.
— А вино праздник?
— Все, не наша эта тема, нам ее не поднять. Компьютер я выключила. Все деньги на острове оставил?
— Не без этого.
— Что-то мне такая ситуация мало нравится: ты отдыхаешь, а мне тебя кормить…
— Я отдам тебе деньги, когда получу.
— А после отпуска ты их не скоро и получишь, — проворчала Лиза и пошла на кухню.
Тимофей сел в кресло не первой молодости, закинул ногу на ногу, щелкнул переключателем и стал ждать милости от природы, то есть от Лизы продукты ее приготовления. Готовила она добротно без деликатесов, но сытно, и его это на данный момент очень устраивало. Мысли у него невольно вернулись на остров. Хорошо, что обратная дорога была оплачена, он ведь Марине отдал почти все деньги, что она просила, и еще остался ее должником. К нему дважды подходил невысокий, черноволосый мужчина и просил вернуть остальные деньги, или заставлял его, их заработать с богатыми женщинами туристками.
В комнату влетела Лиза:
— Тимофей я придумала праздник для депутатов!
— Какой?
— На следующем банкете пусть все пьют моющие средства для унитазов!
— Сильно сказано, а кто им нальет?
— Жены тех мужчин, которые загнулись из-за отсутствия дешевого вина, не ввезенного в страну с Райского острова! — крикнула Лиза, и ушла на кухню…
…От Мидии Ивановны веяло многолетней нищетой, и однодневными деньгами, ему стало жалко грабить это замученное создание средней полосы страны, по имени Мидия. Нет, пойти на ограбление десятилетиями ограбленной женщины — это кощунство. Мидия Ивановна мельком один раз увидела Тимофея, он ей понравился, но второй раз встретить его ей не довелось. Ей постоянно попадался на глаза другой необыкновенный мужчина, она его имя уже знала через Марину. Встретились Фил и Мидия Ивановна на узкой дороге, ведущей к молу. Дело в том, что Мидия бассейны не понимала там, и там, где есть море, шла купаться только в море.
На дороге к морю и встретил ее красавец Фил. Его непроизвольно передернуло от ее яркого убожества, но он натянуто улыбнулся и пригласил женщину прокатиться на его дивной машине по горам. Фил все же пошел посмотреть на женщину, которую ему рекомендовали для любви и денег. То, что он увидел, превзошло всего его худшие ожидания, видимо, ее уже обработали местные салоны, но это было обычной пародией ужасов. Тощая женщина, с ярко — желтой гривой волос, вишневыми губами, черными бровями, вишневыми, впалыми щеками…
Она согласилась на поездку.
Мидия Ивановна зашла в свой номер, увидев себя при дневном свете, она ужаснулась, ведь косметику она не особо применяла в своей жизни. Женщина решила, что к Марине за советом она больше не пойдет. Она зашла в парикмахерскую при гостинице, и попросила, чтобы из нее сделали нечто не такое яркое. Парикмахерша оказалась понятливой. Она перекрасила волосы Мидии Ивановны в светло-русый цвет, сделала русые брови, посоветовала скромную губную помаду.
Одним словом, через два часа Фил не узнал Мидию Ивановну. Перед ним стояла приятная худощавая женщина, скромно одетая. От нее веяло чем-то непонятным, но ароматным. И ничего в ней его не раздражало! Он с удовольствием открыл женщине дверцу машины. Она села рядом. Ее колени были прикрыты легкой тканью юбки, средней длины. На ней была одета обычная футболка, закрывающая прелести груди. Волосы с красивым оттенком были собраны в большой хвост, и сверху он был перемотан тканью, скорее всего отрезанной от этой футболки, но все смотрелось просто замечательно!
