знаешь о Великой Мученице?
– Вы хотите, чтобы я притворялась ею, принимая гостей вашего заведения? – проходя внутрь и оглядывая помещение, уточняю я без какого-либо любопытства.
– Думаю, ты и так все поняла. Ты не выглядишь ни глупой, ни напуганной.
– Кому я должна буду прислуживать? – продолжаю расспрос как ни в чем не бывало, чем заметно удивляю властную женщину, пусть та и старается скрыть свои чувства.
– Это тебе будут прислуживать. Тебе будут молиться. Кому в здравом уме придет в голову осквернить тело той, что носит лицо Великой Мученицы? – спрашивает она холодным голосом.
Выходит, они оба не врали, говоря о моем безбедном будущем…
И все-таки я не наивна.
– Мы обе прекрасно знаем, что человеческие фантазии порочны. И если сотня гостей будут вести себя пристойно, то сто первый захочет возлежать с Великой Мученицей…
– Я не стану лгать. Наше заведение посещают люди, чьи желания я не всегда могу контролировать. Но за каждый такой визит ты будешь получать в десять раз больше. И, поверь, никто из них не осмелится нанести тебе увечье.
– Итак, меня будут насиловать, но бить не будут… Не боитесь разгневать небеса? – склонив голову, интересуюсь у хозяйки борделя.
Несколько секунд та молчит, а затем прищуривается и тихо спрашивает:
– Кто ты?
– Я уже говорила. Мое имя – Айю.
– Говори правду!
– Я – Высшая Богиня, – отвечаю честно, внимательно наблюдая за ее взглядом.
– Я могу и наказать тебя! – предупреждает женщина, начиная гневаться.
– Лучше расскажите мне о Бездушном императоре и Великой Мученице Айю, – предлагаю я, усаживаясь в удобное кресло, обитое бархатом.
– Наконец-то разумная мысль… – решив не терять лицо, соглашается хозяйка борделя. Она устраивается напротив меня. – А ты не так глупа…
– Мне и впрямь интересно послушать, – растягиваю улыбку на губах.
– Тогда слушай и запоминай. Эту историю ты должна знать наизусть. В мире не было более странной пары, чем эти двое. Они встретились случайно: Великая Мученица едва не попала под копыта лошадей, запряженных в карету императора, когда тот проезжал по окраине захваченного им города… – начинает рассказ хозяйка борделя, а я скептично приподнимаю брови: чтобы я да под копыта попала? Я же не пьяна была, в конце концов! Что за вздор? – Когда карета резко затормозила, само небо едва не раскололось надвое от раската грома! То было знамение самой судьбы! Тогда Бездушный император приказал привести ту, что осмелилась встать на его пути и помешать его путешествию… и с тех пор ни на секунду не отпускал ее от себя! До самого вознесения Великой Мученицы во время восстания дикарей они были неразлучны. И когда небо забрало душу возлюбленной императора, тот вскоре отправился за ней, не выдержав разлуки.
Какая же… сахарная история. Аж на языке сладость ощущаю.
Решаю зацепиться хоть за что-то:
– Вы говорите, что Айю была возлюбленной императора. Но при этом в народе его прозвали Бездушным…
– Все верно. Император считался одним из самых жестоких правителей древнего государства. При его правлении министры творили что хотели, вынуждая простых людей выть от высоких налогов и прочих поборов, но Бездушному императору не было до их нужд никакого дела. И лишь с появлением Великой Мученицы в нем начали просыпаться совесть и ответственность за свой народ. Говорят, Айю была дана правителю для искупления его грехов: они прожили вместе меньше года, но он сумел познать любовь и лишился самого дорогого раньше, чем почувствовал вкус счастья.
Так, в повествовании постепенно начинает появляться мораль. И все же пока что это больше напоминает красивую легенду, нежели реальную историю.
– Почему Айю прозвали Мученицей? – бросаю вопрос наугад.
– Ты из какой деревни, дитя?! – не то хмурится, не то изумляется хозяйка борделя.
– Из самой глухой, – делюсь по секрету.
– Великая Мученица отказалась от всех земных благ, чтобы искупить грехи Бездушного императора вместе с ним! Не знаю, любила ли она его, – сейчас никто не ответит на этот вопрос… Но с тех пор, как правитель приблизил ее к себе, Айю отказалась от еды и воды, питалась лишь солнечными лучами, отдавала всю себя молитвам и пыталась вымолить прощение небес для своего жестокого похитителя.
А вот в это верится легко: моему телу здесь не нужны ни еда, ни вода. Мне даже спать необязательно. Так что это вовсе не аскеза, а просто данность. Зато эту самую «данность» простые смертные могли воспринять как благословение небес.
Выходит, итогом моего шуточного спуска в смертный мир стали храмы, построенные в мою честь?..
Да, Инь Юэ. Ты очень сильно вляпалась.
– Должно быть, именно поэтому Великая Мученица и вознеслась на небо, показав путь своим последователям, – продолжает хозяйка борделя, закинув ногу на ногу.
Судя по всему, в тот момент меня утащило обратно в бессмертное царство мое собственное заклятие… А простые смертные приняли это за «вознесение».
– И много у нее последователей?
Мне и вправду любопытно.
– Храмы ей до сих пор строят, – пожимает плечами женщина, – а те, что достигли бессмертия, следуя ее путем, незаметно правят всем этим миром.
– Неужто кто-то и впрямь смог вознестись?..
Вход в бессмертное царство с незапамятных времен закрыт для смертных. Куда это они вознеслись, мне интересно? В мир демонов?
Нахмурив брови, обдумываю услышанное.
– Как она тебе? – слышу неожиданный вопрос хозяйки борделя и машинально поворачиваюсь.
В углу будуара, в таком же удобном кресле, как и мы, сидит человек – и я руку дам на отсечение, что его там не было, когда я осматривала комнату!
Как он оказался здесь? Это вообще возможно?.. Я хоть и ограничила свои силы, но все еще должна оставаться самой мощной из всех обитателей смертного царства!
Он демон? Присматриваюсь к нему и понимаю, что не ощущаю у него темной ауры.
– Любопытный экземпляр, – отзывается наблюдатель, потерев гладкий подбородок длинным указательным пальцем. – Особенно мне понравилось, как она назвала себя Высшей Богиней.
Его кожа бела, черты лица благородны, но взгляд выдает не сытого повесу и не богатого чиновника, развлекающегося посещением борделей…
Нет, это взгляд человека, знающего свою силу и не спешащего демонстрировать ее остальному миру.
– А вы, должно быть, представитель того самого братства, что из тени управляет всем городом? – припоминаю я слова Циньнян.
– Ты ходишь по тонкому льду, дитя, – негромко предупреждает хозяйка борделя.
– Все в порядке, – останавливает ее взмахом руки незнакомец. – Этой гостье все позволено.
Он знает, кто я!
Глава 16. То, что мы натворили вместе…
Ни одним движением не показываю, насколько напряжена. Внимательно наблюдаю за гостем хозяйки борделя, мягко поглаживая кончики своих волос.
– Кто вы
