собственностью академии обращаешься? Эту парту на заказ делали, а книга, да таких больше не выпускают. Будешь сам искать информацию, и только поробуй мне что-то наскребсти из первой попавшейся книжонки!
— Мисс Глория, простите, мне нужно кое-что у вас спросить. — Прервав ее, не без страха, сказала Мари. — Это касается, — она специально искала ночью тот момент в истории, чтобы узнать, — второго вторжения драконов, когда они захватили в плен внука величайшего драконоборца.
— Не думаю, что вы сможете что-то понять, не изучая всей истории, но мне приятно слышать, что студенты сами интересуются. Продолжай.
Ее тон стал немного похож на тот снисходительный, каким одаривала свою любимицу Йоханна. Возможно, Глория была не такой бездушной фурией, какой ее считали все учащиеся, просто очень любила свой предмет, и когда кто-то приходил, чтобы получить оценку и забыть, ее это выводило из себя.
— Внук легендарного воина предал всех, рассказав о уязвимых местах Предвестников Золотой Зари, но это было не совсем предательство. Всего в паре книг, но есть такое упоминание, якобы его напоили каким-то зельем, так как нам трактовать подобный поступок?
— Сложный вопрос. Вы правы: мальчишку драконы опоили зельем альрихтреден, ну или "скажи-всю-правду" если расшифровать абравиатуру. Историки так и не пришли к общему мнению, как относится к таким словам. Сейчас юристы Штимдейла как раз разбираются с этим — они используют подобное зелье, чтобы брать показания с преступников, но так и не разобрались, насколько им стоит доверять. Говорят, будут проводить тест партии, прежде чем давать ее провинившемуся, так как если не сработает, то и показания ложные. Пока что об этом никто не пишет в новых изданиях, вот как урегулируют все эти бюрократы, так и напишут, но лично мое мнение — не должны творить таких извращений с нашей историей.
— А можно ли как-то это зелье обмануть?
— До сих пор только одному удалось, и то дракону. Если хотите узнать больше, поищите в библиотеке — старые книги, там об этом написано, но вам придется прочитать много предыстории.
— Ей значит можно в библиотеке? — Запищал из-за спины Франческо.
— Год четвертого бунта в Штерсене? — Снова заледенел ее голос.
— Что… каого именно… я не…
— Год черветого бунта раз, год четвертого бунта два… Остаешься на пересдачу!
Мари не стала им мешать. Поразмыслив немного она поняла, что Моника — далеко не дракон, и не какой-то там выдающийся преступник, чтобы обмануть такое зелье. Рецепт его доставал Мортон — родственники друга работали в Штимдейле, так что через три дня необходимый свиток был у них.
Чтобы сварить его, магу требовалось поменять артефакт из магнетита — они направляли внутреннюю сиу человека на что-то конкретное. Его артефакты были в основном на целительство и растения, а тут сложное зелье…
Правду мог вытягивать кошачий глаз зеленый или серый — их Мари достала два, на всякий случай. Для зельеварения хорошо подходил лазурит, и как раз не конфликтовал с ними. Развернув свой набор мастера артефактов, девушка принялась за работу.
Сначала сковала заготовку, похожую на цветок с сердцевиной и четырмя лепестками. Затем вставила в них кошачьи глаза, чередуя с лазуритом, и под конец вытащила из бесценного талисманчика Мортона (с первого курса его носил) главный камень, чтобы завершить творение.
Даже Ванесса наблюдала за ней с замиранием сердца. Как быстро и безошибочно подруга брала тот или иной инструмент, а ее движения были почти что на автомате! В воздухе запахло железом — и гарью, когда включили паяльник.
— Опять эти артефактщики что-то чудят. — Пробурчал драконоборец, проходивший под окнами.
Далее пришел черед мага творить чудеса. Да, подруги изучали зельеварение, и он им помагал, вроде как неплохо получалось… Но даже отличница Мари не могла сварить нечто настолько сложное — ты его охлаждай, и чтоб само остывало, а не льда набросать, и снова грей, тогда снимай пену, что-то сыпь, охлаждай и опять кипяти! Со стороны выглядело как непонятный клубок бессмысленный действий, только вот любая ошибка могла испортить зелье.
Проверяли его на соседе Мортона — как раз нужно было. Наглый парень — спер конспект, списал, и получил пятерку, тютелька в тютельку достаточно, чтобы проходной бал набрать. И ниак не хотел признаваться, хотя все доказательства на него показывали. После вечернего кофе рассказал все как на духу. Говорил ясно и прямо, а как ответил так сразу закрыл рот руками.
— Что и требовалось доказать. — Довольный толи разоблачением, толи результатом, подытожил кучерявый.
Монику ловила уже Ванесса. На уроке фехтования (во втором семестре это была последняя пара, с которой все мечтали свалить) под самый конец, рыженькая разбежалась как могла, чтобы догнать знаную любительницу стройных фигур и пробежек по утрам. Делая вид, что собирается выпить воды, девушка повалилась на волшебницу, облив ее с ног до головы.
— Дура неуклюжая, корова на лапках, посмотри, что ты наделала! — Завопила колдунья.
— Извиняться не собираюсь, нечего у меня под ногами путаться.
— Да я… да ты… Джером тебя прибьет, но сперва мне надо в душ.
Мортон посчитал, что застать ее там — самая лушчая идея, за что получил недовольные взгляды обеих подруг.
— Ну нет, подождем, пока она грязь отмоет и переоденется, мы же не чудовища, да и кто тебя в женскую душевую пустит, герой? — Еще на этапе планирования решила Мари.
Так, пока все прохлаждались после пары в столовой, звезда факультета стояла под душем. Как только она вышла Мортон кинулся на перехват, распылив в лицо то самое зелье в виде спрея (и этому они на своих практических магиях учились). Не теряя времени, Мари тут же поставила вопрос.
— Зачем ты пригласила Рауля на бал, и почему он согласился?
Лицо Моники исказилось в отвратительной торжествующей улыбке. "Значит, ты его ревнуешь, ну тогда я скажу тебе, что он сам меня пригласил, а я от нечего делать согласилась" говорило это выражение лица. Но сказала студентка совершенно другое.
— Мне Джеральд сказал. Ему нужно было выманить этого червя из комнаты, чтобы там что-то найти. Он сказал, что Рауль согласиться, если пригрозить ему раскрытием тайны. Лучше быть странным студентом, который сам пришел в академию, и сам из нее ушел, чем оказатся драконом, на которого вся стража охотиться будет.
— А откуда Джеральд знает, что Рауль дракон?
— Не твое собачье дело.
Зелье это работало, но не очень долго — все же не настоялось. Вырвавшись из их рук, Моника побежала прочь. Догонять ее не было смысла, все равно второй раз не повезет, но Мортону, похоже, больше не нужны были никакие Моники.
— Джеральд и
