— Много раз пробовала, пока не получилось. Это ведь новая форма в искусстве. Лишь немногие постигли его.
— И вы лучше всех, конечно, — мрачно заметил Бейли. — Каждый солярианин или лучший или единственный специалист в своём деле, или то или другое вместе.
— Не смейтесь надо мной, иначе я не окончу ваш портрет, — её пальцы снова уверенно забегали по клавишам. Внезапно под её пальцами возник круг серо-стального цвета, который отделил причудливый узор от всего остального.
— Что это? — обратился он к Гладии.
— Как что? Стены, которые вас окружают. То, что держит вас внутри, что не пускает вас никуда. Вы — внутри, разве не так?
Бейли почувствовал грусть. Серый круг как бы отделял его от того, что ему хотелось.
— Эти стены не вечны. Сегодня я вышел за их пределы.
— Ну и как? Очень трудно?
— Не более трудно, чем вам лично встретиться со мной, — он не мог удержаться от того, чтобы не уколоть её, — вам тоже не очень-то по душе моё присутствие?
Она задумчиво поглядела на него.
— Вы хотели бы выйти на воздух сейчас? Со мной? Просто на прогулку?
Бейли еле удержался, чтобы не крикнуть: «Конечно, нет».
— Уверяю вас, я с детства ни разу не гуляла ни с кем вот так, — она указала пальцем на Бейли, — пока ещё светло, и погода хорошая…
Бейли взглянул на свой абстрактный портрет и промолвил:
— Если я пойду, вы уничтожите этот унылый серый круг?
Гладия улыбнулась.
— Это зависит от того, как вы будете себя вести.
Когда они выходили из комнаты, Бейли оглянулся. Его душа была заключена в серый круг… возможно, это были его родные, глубоко погребённые под землёй города!..
Выйдя на воздух, Бейли слегка вздрогнул. Ветерок коснулся его, и ему стало холодно.
— Вы замёрзли? — спросила Гладия.
— Раньше было теплее, — пробормотал Бейли.
— Уже вечереет, но пока ещё не холодно. Может, вам лучше надеть пальто? Робот сейчас же принесёт вам его.
— Нет, не надо.
Они медленно двигались по узкой асфальтированной аллее.
— Вы здесь обычно гуляли с Либигом? — спросил Бейли.
— О нет, мы уходили далеко в поле. А с вами лучше держаться поближе к дому. На случай…
— На случай чего?
— Ну, вдруг вы захотите вернуться.
— Или вы захотите прекратить личный контакт.
— Мне он не мешает, уверяю вас, — беззаботно ответила она.
Над ними покачивались ветви деревьев, неясно шуршали листья. Всё кругом было зелено… кроме ярко-синего неба. В воздухе что-то неумолимо чирикало, верещало, стрекотало, жужжало… тени… О дьявол, какие тени! Бейли внимательно следил за своей. В искусственно освещённых земных городах он не имел возможности познакомиться с собственной тенью. Зато теперь он мог изучить её во всех деталях. Тень подражала своему владельцу, и это вызывало странное ощущение. Бейли старался не обращать внимания на сиявшее над ним солярианское солнце, но это не всегда удавалось. Он знал, что кругом было огромное пространство. И он в этом бесконечном пространстве. Странно, но эта мысль чем-то привлекала его. Его душа рвалась в переполненные людьми города Земли, к его многочисленным соотечественникам. Он пытался мысленно представить себе шумный кипящий город, где он жил, но картина не вставала в его сознании. Вместо этого он со всей силой ощущал спокойное движение воздуха, ветерок, легко обвевающий его, собственные шаги… где? Подумать только, на самой поверхности Солярии. Невольно он придвинулся ближе к Гладии, но, увидев смятение на её лице, отпрянул назад.
— Извините, — пробормотал он.
Она перевела дух.
— Ничего, всё в порядке, — сдавленно проговорила она. — Свернём направо. Там красивые цветочные клумбы.
Гладия указала на тенистую аллею, уводящую их от Солнца. Бейли молча повиновался.
— Не правда ли, здесь восхитительно! — воскликнула она. — Я люблю бегать по полям так быстро, как только могу, а потом свалиться от усталости на траву и лежать там тихо, тихо… Или бегом примчаться на озеро и долго плавать в нём… Но, конечно, не в таком костюме, — она взглянула на себя, — сейчас я могу только медленно, чинно ходить.
— А какой костюм вы бы предпочли? — спросил Бейли.
— Как максимум короткая туника, — вскричала она, поднимая руки и как бы ощущая свободу передвижения в воображаемом ею костюме. — Иногда даже ещё меньше. Только одни сандалии. Вот тогда чувствуешь, ощущаешь воздух каждой клеткой… — Она остановилась. — О, извините, я, наверное, говорю непринятые для вас вещи.
— Нет, нисколько. Скажите, именно в таком костюме вы совершали прогулки с Либигом?
— Как когда. В зависимости от погоды. Иногда на мне почти ничего не было, но это же были телеконтакты. Я надеюсь, вы теперь понимаете разницу.
— Да, конечно. Ну, а Либиг? Он обычно был одет так же легко, как и вы?
— Вы спрашиваете о Джотане? О! — Гладия от души расхохоталась. — Уверяю вас, он всегда очень официален и чопорен.
Она моментально придала своему подвижному лицу выражение унылой торжественности, и даже её правое веко начало нервно подёргиваться.
Бейли не смог удержаться от улыбки. Она очень удачно имитировала роботехника.
— А вот как Джотан рассуждает, — продолжала Гладия. — «Моя дорогая Гладия, учитывая эффект потенциала первого порядка на позитронный поток…»
— Он с вами говорил только о роботехнике?
— Большей частью. Он всегда такой серьёзный, такой умный. Он пытался научить меня разбираться в роботехнике.
— Ну, и вы много усвоили из его уроков?
— Ничего, абсолютно ничего. По-прежнему всё это — учёная галиматья не для меня. Он часто сердился на меня за непонимание. В такие минуты я бросалась в озеро, если мы были поблизости от него, и обрызгивала его с ног до головы.
— Обрызгивали? Но как? Ведь у вас с ним были телеконтакты.
— О, вы неисправимый землянин, — рассмеялась Гладия, — это была только видимость, но всё равно он каждый раз вздрагивал и отшатывался от меня. О, посмотрите, как красиво!
Она указала на большую поляну, в которую упиралась тенистая аллея. В центре поляны был пруд, заросший причудливыми растениями и диковинными цветами. Цветы чем-то напоминали Бейли световые рисунки Гладии. Он осторожно прикоснулся к одному цветку. Кругом преобладали красные и жёлтые цвета. Он мельком взглянул на солнце.
— Как ярко оно светит сейчас, — прошептал он опасливо.
— Идите сюда, — раздался голос Гладии. — Она сидела на краю одной из каменных скамеек, окаймлявших пруд.
Бейли медленно направился к ней.
— Садитесь, — Гладия указала на противоположный конец своей скамьи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
