Делла бросила взгляд на Камерона, и у нее упало сердце. Он смотрел на Сильвану, сощурившись, плотно сжав губы, но ни единый мускул не дрогнул на его лице. По мнению Деллы, именно такая женщина подходила Камерону.
Музыка стихла, и наступившая тишина показалась тягостной. Сильвана остановилась, юбки обвили ее ноги. Губы ее были приоткрыты, черные глаза пылали. Тоненькая струйка пота стекала с шеи к затемненной ложбинке между грудей. Она посмотрела на Камерона, вскинув одну бровь.
Делла задохнулась от ревности. Сейчас Камерон уведет Сильвану за кибитки, в темноту. Делла этого не вынесет.
Но вместо этого – слава небесам! – Камерон зевнул. Он повернулся к Делле, кивнул в сторону их лагеря и прошептал:
– Скоро?
– Сейчас, – ответила Делла, и сердце ее подпрыгнуло от радости.
Оба поднялись. Пока Камерон прощался и выказывал всяческое почтение хозяевам, не забыв заодно заплатить пошлину барону Бернарду, Делла поблагодарила женщин за гостеприимство. И почувствовала ярость Сильваны.
Она подошла к костру и встретила темный взгляд цыганской красавицы.
– Это был чудесный танец. – Она заставила себя улыбнуться. – Мне очень понравилось.
– Тебе не удержать такого мужчину, – злобно прошипела Сильвана и бросилась к одной из кибиток.
– Как замечательно, что мы встретились, – проговорила подошедшая сзади Мари.
– Я рада, что мы снова встретились. Желаю тебе удачи на ранчо в Мексике.
– А я желаю тебе того, что, как мне кажется, у тебя уже есть, – сказала Мари, сверкнув глазами в сторону Камерона.
Цыганская музыка все еще горячила Делле кровь, и она торжествовала, что Камерон остался с ней, а не ушел с Сильваной. Она не заметила, как они добрались до своего лагеря.
– Костер почти погас, – заметил Камерон, стоя над углями. – Разжечь его, или вы собираетесь спать?
– Думаю, пора отдохнуть. Если захотите вернуться в цыганский лагерь, я справлюсь одна, не беспокойтесь.
Он замер как громом пораженный.
– Я устал. Сегодня был долгий день, завтра будет не легче. – Он расправил плечи и потер шею. – Я тоже с удовольствием лягу спать.
– Сильвана танцевала для вас, – тихо проговорила Делла, желая увидеть его реакцию. – Неужели она нисколько не привлекает вас?
– Черт побери, нет! Сильвана обшарит карманы так искусно, что вы никогда не узнаете об этом. А в складках широкой юбки унесет бесчисленное количество драгоценностей. Полагаю, законнику она не пара. – Он улыбнулся. – А танцевала она вовсе не для меня. Глупец, увлекшийся Сильваной, не заметит, как Рауль пырнет его ножом в спину. Весь этот маскарад и был затеян, чтобы вызвать ревность Рауля.
«И мою», – подумала Делла, удивившись, как по собственнически относится к Камерону. Раньше она этого не осознавала.
Они стояли у тлеющего костра и вдруг оказались так близко друг к другу, что Делла ощутила исходящий от Камерона запах мыла, дыма и аромат цыганского вина.
– Я все еще слышу музыку. Дикую, сладкую, соблазняющую. Она струится по моим жилам.
Он провел пальцами по ее щеке, и на нее нахлынула волна желания. Дыхание ее участилось.
Камерон не сводил с нее глаз, потом обнял за талию и прижал к себе. Страсть заглушала голос рассудка, и Делла прильнула к Камерону.
Проведя руками по его груди, она обхватила Камерона за шею. У него были густые мягкие волосы. Она чувствовала его дыхание на своей щеке.
Когда он накрыл ее губы своими губами, у Деллы подкосились колени. Наконец-то! Казалось, этого поцелуя она ждала всю свою жизнь.
Камерон оторвался от ее губ.
– Делла… – Голос его звучал хрипло.
Она приложила палец к его губам и покачала головой:
– Спокойной ночи!
Если она не справится с собой, обратного пути не будет. Они только что перешагнули запретную грань. Ей надо поразмыслить о случившемся.
Спотыкаясь в темноте, она нащупала наконец свою постель и устало опустилась на землю. Кончиками пальцев коснулась дрожащих губ.
В ту ночь ей приснился катафалк, и Делла проснулась вся дрожа, со слезами на глазах.
Глава 13
Дорога Техас – Нью-Мексико достигала берегов реки Пекос к северо-западу от Форт-Самнер и, следуя вдоль долины реки, углублялась в горы Сангре-де-Кристо.
– Путешествовать вдоль реки оказалось гораздо легче, чем я ожидала, – проговорила Делла. – Я думала, будут то подъемы, то спуски. – Приподняв поля шляпы, она посмотрела на вершины гор впереди, потом снова на реку. – Здесь полно воды и травы.
И почтовых станций, и небольших глинобитных укрепленных пунктов, которых Камерон старательно избегал. Потому что считал эти места неподходящими для леди.
– Думаю, еще неделя, и мы доберемся до Санта-Фе.
– Когда мы двинулись в путь, вы говорили, что доберемся, за три недели. – Она откинулась в седле. – А мы тут уже недель семь-восемь? Или больше?
– А вы согласились бы поехать, зная, что придется провести верхом на лошади больше двух месяцев?
– Может быть, и нет, – поразмыслив, ответила Делла.
Камерон скрыл правду, но не солгал. Если ехать без остановок галопом, этот путь можно проделать за три недели. Камерон убедился в этом на собственном опыте.
– Впрочем, это единственный шанс для меня увидеться с дочерью. – Она повернулась лицом к реке. – Мои тыквы скоро созреют. Если, конечно, мистер Хейз их поливает. Только вряд ли.
– Вы тоскуете по дому?
– Бог мой, конечно же, нет! – Когда Делла снова повернулась к Камерону, коса описала полукруг за ее спиной. – Вспоминая людей, с которыми повстречалась, и о том, сколько всего узнала, я хочу, чтобы это путешествие никогда не кончалось. – На ее губах играла лучезарная улыбка. – Не знаю, смогу ли когда-нибудь отблагодарить вас за то, что вы для меня сделали.
Пришпорив Отважного, Камерон поехал вперед, высматривая подходящее местечко для лагеря. Дни становились все короче, поэтому они останавливались на ночлег гораздо раньше. Немного времени удавалось сэкономить днем, поесть прямо в седле, но, по правде говоря, Камерон вовсе не торопился доехать до Санта-Фе и положить, таким образом, конец этой поездке наедине с Деллой Уорд.
Всегда оставалась вероятность того, что она снова позволит ему поцеловать себя. Но время шло, и вероятность эта постепенно сходила на нет. Несмотря на это, Камерон ни на минуту не забывал тот вечер, с трудом преодолевая растущее день ото дня желание.
Напрасно он ждал, что Делла заговорит о том случае.
Как она может делать вид, что ничего не изменилось? – думал он с раздражением. Тот поцелуй накалил воздух между ними, и не важно, о чем они говорят или чем занимаются. Глядя на Деллу, он думал лишь о том, чтобы снова ее поцеловать. Она говорила, а ему вспоминался ее шепот, когда она пожелала ему спокойной ночи. Она ходила по лагерю, а Камерон будто снова чувствовал, как ее бедра прижимаются к его ногам. Сон всего в нескольких футах от нее превратился в настоящую пытку.
