— Ничего нельзя повторить! Прощай, герой!
Она выскочила из машины, но успела услышать, как Олег сказал ей вслед:
— До свидания. Все наши свидания еще впереди!
Она, не оглядываясь, пошла к зданию библиотеки. Встреча с Олегом ее взволновала, всколыхнула, заставила по-новому взглянуть на себя. С удивлением обнаружила, что помнит, как когда-то была влюблена в Олега, трепетала от его прикосновений. А ведь все эти годы о нем почти не вспоминала. Он ей был так же неприятен и враждебен, как и остальные мужчины. А теперь… поцелуй Олега отнюдь не вызвал ни страха, ни отвращения. Все естественное, что притягивает женщину к мужчине, начинало постепенно возвращаться к ней. Значит, эти десять дней близости с Ярославом излечили ее от странной душевной болезни? Выходит, Ярослав все-таки исправил то зло, которое сам же когда-то причинил?
Вместе с тем — Нина вдруг ясно это осознала — поцелуй Олега и особого подъема в ней не вызвал. Не горько, но и не сладко. Не отталкивает, но и не захватывает дух. А с Ярославом — захватывало… Но нет, она не будет об этом вспоминать. Любовь, замешанная на грязном насилии, только отравила бы ей душу. Как вовремя удалось подавить, задушить это чувство!..
На работе Нина сразу же принялась оформлять отпуск и разыскивать по телефону Лену Филонову.
Сотрудницы поудивлялись, отчего вдруг Нина так скоропалительно все оформляет и куда и с кем решила направиться. Нина оставила их любопытство неудовлетворенным, чем еще больше усилила тайное недоброжелательство Веры и Зины.
Лена Филонова была дома и обиженным тоном откликнулась на звонок:
— Я уже думала, что ты совсем забыла о моем существовании. Даже на свадьбу не пригласила.
— У меня свадьба была настолько малолюдная, что я вообще никого не приглашала. Встретимся — поговорим. У меня к тебе деловое предложение на случай летнего отдыха. Давай поедем куда-нибудь к морю. Папа обещал путевки достать.
— Вдвоем? — удивилась Лена. — Ты же теперь замужняя дама. Муж не против?
— Не против, — резко ответила Нина. — Подробности расскажу при встрече. А сейчас требуется твое принципиальное согласие. Поедешь со мной?
— Когда?
— В ближайшие дни. Путевки по льготной цене и билеты туда и обратно будут обеспечены.
— С чего вдруг такая трогательная забота о старой, забытой подруге?
— Слушай, Ленка, перестань… Обе хороши: не встречались, замкнулись каждая в своей жизни… Согласна?
— Какая же простая девушка не согласится на столь заманчивое предложение?
— Вот и договорились, простая девушка. Как только путевки будут на руках — встречаемся.
Нина вздохнула с облегчением и пошла приводить в порядок служебные дела.
Лена Филонова… Подруга студенческих лет, с которой Нине всегда было немного совестно встречаться. Хоть и не вина Нины была в том, что Олег вошел в жизнь Лены и надломил ее, а какие-то угрызения совести Нина всегда испытывала. Может, потому, что познакомились Лена и Олег через Нину…
Нина отчетливо вспомнила те дни, когда, сама еще не оправившись от страшного потрясения, часами выслушивала излияния Лены, которые с каждым днем становились все печальней. Ленка, совсем еще юная и неопытная, не могла понять, почему Олег относится к ней не так, как она того хочет и заслуживает. Когда Олег от нее отдалился, а Лена почувствовала, что беременна, ее исповеди стали заканчиваться слезами и заламыванием рук. Только Нина знала, чего стоило Ленке, воспитанной в семье с традициями, с моральными устоями, решиться на близость с мужчиной, а потом на аборт.
Уже через время, когда Олег женился, Лена решила начать новую жизнь. Вышла замуж. Однако ее муж оказался мелочным скрягой, упрекавшим ее каждой копейкой, к тому же, параноиком, страдавшим несколькими комплексами. Лена развелась с ним через полгода. Детей не было. Возможно, она сама не хотела. Или это было следствие аборта. Нина не знала, да и не хотела влезать в чужие проблемы.
Так и получилось, что Нину и Лену жизнь развела на долгое время. Может быть, теперь именно Лена окажется самой лучшей и понимающей собеседницей? Нет, даже ей Нина не расскажет все до конца. Тайна преступления, совершенного когда-то Ярославом, навсегда останется тайной, известной только ей и ему…
Телефонный звонок прервал мысли. Василий Федорович сообщал, что уже договорился о путевках в Крым. Отъезд — послезавтра. О билетах позаботится.
— Милый, милый папа! — воскликнула Нина. — Ты никогда меня не подведешь…
— Ну, ладно, ладно… — по голосу чувствовалось, что Василий Федорович растроган. — Не горюй, все обойдется. Отдохнешь, придешь в себя… Решила, с кем поехать?
— С Леной Филоновой. Помнишь, была у меня в университете такая подружка?
— А-а… Та, с которой Олег Хустовский…
— Да, с которой он так подло поступил. Кстати, я его сегодня случайно встретила. Процветает.
— Такие, как он, всегда на плаву. Скользкий тип. И, по-моему, — довольно опасный… Ну, ладно, с Леной, так с Леной. Она вроде хорошая девочка. Поезжай. А я уж тут буду с Катькой разбираться.
— Папа, только ты никому не говори, когда и куда я еду. Хорошо? Особенно — ему. Ты понял?
— Понял, понял. Не выдам и под пыткой, — рассмеялся Гаевой.
Нина, поговорив с отцом, тотчас перезвонила Лене и они условились встретиться вечером у Нины.
Закончив телефонные переговоры, Нина перешла в другую комнату. Там трое сотрудниц обсуждали какую-то статью в газете. Нина, перебирая служебную документацию, невольно прислушалась к разговору. Оказывается, в последнем номере «Вечерки» были описаны подробности жуткой истории, которая потрясла бы город, если бы произошла несколько лет назад. Но теперь репортажи о бесконечных военных конфликтах, уголовная хроника, чернуха и фильмы ужасов притупили сознание некогда впечатлительных восточных славян, а потому леденящая душу история отнюдь не казалась чем-то из ряда вон выходящим. Легкомысленная девица вечером пошла с незнакомыми парнями в какой-то автопарк, там оказалось еще несколько их дружков, и они «всем колхозом» насиловали девушку вечером и ночью, а к утру жестоко убили ее.
Сотрудницы охали, ахали, возмущались «этими подонками», которые еще, скорей всего, и особого наказания не понесут. «Четвертовать их, гадов!», «Отдать в руки родителей той девушки!» — предлагали сотрудницы зрелого возраста. А молоденькая Оля откликнулась:
— У девушки родители — алкаши. Там же написано. И сама не совсем нормальная была. Или пьяная. Как можно было пойти на ночь глядя с незнакомыми типами?
Нина слушала этот разговор, думая о своих проблемах. И внезапно одна мысль, словно вспышка, заставила ее вздрогнуть: радоваться надо, а не печалиться, что тем давним насильником оказался Ярослав! Да, да, как это ни парадоксально, но надо радоваться такому открытию! Разве плохо узнать, что тебя не коснулись грязные лапы неизвестного подонка, что ты принадлежала — хоть и насильственно — человеку, который…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
