Читаем без скачивания Холодная Зима (Агония 2) - Werewolf

– Горин… Да, соединяйте… Слушаю… Сергей? Ты где?… Что?! Ты где сейчас?!

Оставайся там, я сейчас приеду! Понял? Оставайся там!

Генерал швырнул трубку водителю, рывком открыл заднюю дверь Волги.

– Поехали!

Генерал Соболев, когда Горин не вернулся обратно, забеспокоился. Десять минут он ждал, потом вышел на улицу – машины Горина и его самого след простыл.

Нахмурившись, Соболев пошел к КП и узнал, что машина Горина уехала десять минут назад, причем торопились как на пожар. Пожав плечами, Соболев вернулся на рабочее место, недоумевая, что же могло произойти такого срочного, что заставило Горина бросить все и куда-то ехать. О том, что произошло, ему сообщили через пятнадцать минут – один из старших офицеров милиции, выехавших на ЧП, узнал, что это была за квартира, где нашли два трупа, кому она принадлежала – и позвонил генералу Соболеву…

Фрунзенская набережная Черная Волга вынырнула откуда то из дворов, я даже не успел заметить, откуда.

Заслышав за спиной визг тормозов, я дернулся, резко обернулся – Волга стояла у самого тротуара. Открылась передняя дверь, из салона вышел генерал Горин…

– Владимир Владимирович…

– Потом! – резко оборвал он – пистолет где?

Я вытащил из кармана пистолет, отдал ему. Тот достал из кармана платок, завернул в платок пистолет и спрятал его обратно в карман.

– Полезай в машину на заднее сидение. Там сзади плед есть, накройся им. И – ни звука!

Вздохнув, я полез в машину, накрылся плотным покрывалом. Хлопнула дверь. Сухой голос Горина – Миша, давай на объект как можно быстрее. Дворами, чтобы на глаза никому не попадаться.

Взревел двигатель, машина ходко тронулась с места. Я лежал накрытый плотным пледом и ничего не видел. Меня тоже – не видел никто. И только сейчас я понял – что произошло. И горько, почти беззвучно – заплакал…

Место, координаты которого неизвестны

Подмосковье, 40 километров от Москвы 31 августа 1978 года 22.00.

– Давай вставай! Пошли!

Генерал Горин стоял у задней двери Волги, вокруг было так тихо, как бывает только ночью за городом. Мертвящие, ослепительные лучи прожекторов разрезали темноту на объекте…

Когда я выбрался с заднего сидения машины, генерал, не оглядываясь, пошел к зданию, я направился следом. Наши шаги по бетонным плитам гулко отдавались с ночной тишине, словно работал какой-то метроном. Что со мной будет дальше – я не знал. Да и после смерти Наташи мне было – все равно.

Пройдя три стальные двери, поднялись наверх. Как и в прошлый раз, когда я здесь был, в коридорах было светло, безлюдно и тихо. Красная дорожка под ногами, ряды безликих, укрепленных дверей с номерами…

Открыв ключом дверь, Владимир Владимирович быстрым шагом прошел к себе в кабинет, я шел следом. Указав мне на стул, сам генерал скрылся за незаметной дверью в торце кабинета. Через пару минут вернулся, небрежно бросил снятый плащ на приставной столик, накрыв им телефоны, сам сел за стол. Испытующе посмотрел на меня.

– Чай поспеет минут через пять. А пока – давай рассказывай, что произошло.

Только все четко и внятно, ничего не утаивая. Понял?

Москва, Лубянка 31 августа 1978 года, вечер Кабинет председателя КГБ СССР

– Картина пока непонятна, Юрий Владимирович, но вот что нам удалось узнать.

Действительно, в Выхино сегодня произошла перестрелка. В убитом опознан капитан госбезопасности Пугачев Владислав Валерьевич. Причина смерти – два пулевых ранения в шею и в голову, похоже пистолет Макарова, хотя точнее скажет экспертиза. Оба несовместимые с жизнью. В момент смерти он находился в автомобиле и тоже сделал два выстрела из своего табельного оружия – но, судя по всему, ни в кого не попал. Но самое главное – еще два трупа нашли в квартире дома, рядом с которым произошла перестрелка. На четвертом этаже в одной из кварт Ир дверь была открыта, а в ней – два трупа. Но самое главное – кому принадлежит квартира, в которой обнаружили трупы…

– И кому же?

– Квартира принадлежит Соболеву Сергею Владимировичу, следователю Генеральной прокуратуры! Тому самому, который работает вместе с Калининым! – победно проговорил Журавлев Юрий Владимирович Андропов встал из-за стола, в раздумии прошелся по кабинету.

Снова вернулся за стол.

– Продолжайте.

– Один из трупов удалось опознать, он только что объявлен в союзный розыск.

Тимофеев Петр Спиридонович, уголовная кличка Бриллиант. Вор в законе союзного масштаба. Только на днях бежал из СИХО N 2 при странных обстоятельствах.

Объявлен в союзный розыск, только вчера. Но самое главное – следствие по факту побега почему-то ведет не МВД, а Генеральная Прокуратура и конкретно – Калинин!

– Вот оно как… Дальше…

– Калинин на месте происшествия был, причем очень нервничал. Вообще, туда сразу очень много из милиции приехали, из главка. Нас они не заметили…

Вообще то на месте происшествия работал Кондратьев, его вообще нигде никто и никогда не замечал, да и милицейские документы прикрытия у него были. А в суете, неизбежно образующейся на месте любого крупного ЧП сам черт ногу сломит.

Присутствие незнакомого милиционера, когда приехало столько народа из главка никого не насторожило. Генерал Журавлев отсиживался в машине в соседнем дворе.

Однако, Журавлев искренне считал, что он рисковал наравне с Кондратьевым…

– Тимофеев, судя по всему, скончался от огнестрельного ранения в сердце. Рядом с ним обнаружили нож, выпал из его руки. И третий труп – девушка, молодая, пока не опознали. Скончалась от множественных ножевых ранений в область живота. Больше ничего узнать не удалось.

Андропов помолчал, раздумывая. Дело было странным и непонятным. Вообще от всей этой истории пахло очень и очень нехорошо. Но каким то сверхъестественным чутьем Андропов понял, что эта история – и есть шанс на его спасение.

– Продолжайте работать по этому делу. Всех кто занимается расследованием – под контроль, с привлечением любых ресурсов. И если завалитесь…

Место, координаты которого неизвестны

Подмосковье, 40 километров от Москвы 31 августа 1978 года 23.00

– Вот это ты наделал делов, Сережа… – генерал Горин отхлебнул из стакана горячий, ароматный чай – вот это ты наделал делов… Ты даже сам не представляешь, в какую мясорубку ты попал…

– И что будет… – спросил я – Не знаю, что будет. Но… короче то дело, которое вы расследовали. Дело Внешэкономбанка (я даже не удивился, откуда Горин про него знает, просто принял как должное)… Дело Пугачева. От него ниточки на самый верх вели, вы с Калининым даже представить не могли, какую паутину затронули. И теперь твоим делом попытаются воспользоваться для того, чтобы развалить дело Внешэкономбанка.

Тут – без вариантов, давить будут так что…

На столе мелодично звякнул телефон. Звякнул один раз и умолк. Спецсвязь…

– Да. Да он у меня. Приезжай…

Положив трубку, генерал посмотрел на меня.

– Твой отец сюда едет. Будет здесь через полчаса. Что будем делать?

– Я готов ответить за все, что совершил – глухо сказал я, пялясь в дубовый паркет пола – Да готов то ты готов… – задумчиво проговорил Горин – только твоя ответственность не нужна никому… Понимаешь? Важен не сам Соболев и то, что он сделал – или не сделал. Важно дело Соболева. Оно жизненно нужно Андропову как инструмент давления и торга. Раздувая это дело. Он будет давить на Калинина, на Руденко, на твоего отца… В связи с делом Внешэкономбанка у него земля под ногами горит – поэтому он будет биться до конца. А на суд тебя не выведут – потому что суд никому не нужен. Более того – суд над тобой просто опасен.

Смекаешь?

– И что теперь?

– А вот что! – генерал Горин, кажется, пришел к какому то решению – ты должен исчезнуть. Да не смотри на меня так. Соболев Сергей Владимирович исчезает без вести, по весне в лесу под Москвой находят полуразложившееся тело, пистолет рядом с ним, вот этот самый, который ты мне дал. А вместо Соболева вдруг появляется Иванов Иван Иванович. Или Петров Петр Петрович. Или… в общем неважно. Главное – другой человек, ни в чем не замешанный. Этот случай наименее выгоден Андропову, так у него выбиваются некоторые козыри. Не все конечно, но пока ты жив – Андропов может манипулировать тобой как хочет.

– И как вы себе это представляете, Владимир Владимирович? Мои отпечатки пальцев есть в картотеке. Меня знают многие в Москве. Думаете, меня не опознают?

– Ну, варианты разные могут быть… – протянул Горин – хотя в чем-то ты прав.

Тебе надо уехать из страны. На несколько лет. Куда то, где ты будешь не на виду, и где о тебе все забудут. А отпечатки пальцев – а что у тебя отец не генерал милиции? Отпечатки пальцев – сегодня они одни, а завтра другие. Да и после того, как по весне твой "труп" найдут – дальше искать не будут. Согласен?

– Согласен… – протянул я – А насчет уехать… – генерал Горин перелистнул лежавший на столе справочник с номерами Генштаба и министерства обороны, снял трубку с одного из аппаратов, набрал телефонный номер.