- Разве? - Гилл удивлённо посмотрела на Сорокину. - По-моему, ерунда. Людмила, ответь!
- Разумеется ерунда. Во время информ-моделирования иногда возникает необходимость дополнительной, непредвиденной детализации. Что, каждый раз останавливать процесс? Думала, вы доверяете моим знаниям и интуиции. Впрочем, я догадываюсь, что послужило причиной данного выпада в мою сторону.
- И догадываться не нужно, я скажу открытым текстом! Всю жизнь так поступаю, - тряхнул головой Мюррей. - Информ-аналитик внесла в модель изменение, заставившее Уайтакера испытывать влечение к ней.
- Чушь, - Сорокина едва заметно повела плечом. - Для чего бы мне понадобилось влюблять в себя этого мальчика? Я что, нимфоманка? К Люку я отношусь как к младшему брату, почти как к сыну. Что в этом плохого? Не думаете же вы, что я способна нанести ему моральный ущерб? Тем более, физический?
Мюррей плотно сжал губы, отвёл взгляд. А Гилл улыбнулась, примиряя:
- Люк Уайтакер и Людмила вправе строить отношения, как им нравится.
- Не понимаю, почему Пол так озабочен этим, - продолжила Сорокина. - Я думала, в научной лаборатории не место для глупых сплетен.
Пол возмущённо фыркнул. Затем выдавил недовольно:
- Согласен, не место. Пункт четвёртый и последний. Передышка закончена, пора составлять план дальнейшей работы. Принципиальная возможность изменения личности доказана. Теперь надо научиться делать это безопасно и безболезненно. Выявить, что и в каких пределах допустимо исправлять в человеке...
- А вот этим мы заниматься не будем, - неожиданно возразила Ната. - Я не собираюсь дарить Имперскому Правительству инструмент для конструирования послушных человечков. Мы не для того начинали исследования.
- Что же мы напишем в отчёте? - удивлённо посмотрел на неё Мюррей. - Это наш единственный реальный прорыв за шесть лет.
- Мы вообще не будем отчитываться.
- То есть как? Лабораторию закроют, как бесперспективную.
- Ната, - поддержала Ивон, - чем мы будем заниматься, если не этим? Не хочешь же ты сказать, что исследования прекращаются?
Холанд тоже хотела что-то спросить, но не решилась, лишь смотрела настороженно. Ната с наслаждением откинула голову на спинку кресла.
- Мы займёмся конструированием совершенного существа. Не знающего болезней и страданий, не нуждающегося в пище, питье, жилище и одежде, обладающего полной властью над физическим телом, способного лепить свой облик в соответствии с желаниями. Всемогущего и бессмертного.
Она улыбнулась, наблюдая реакцию друзей. Четыре пары глаз смотрели на неё, не отрываясь. Желтоватые, тигриные Пола - подозрительно, с недоверием, изумрудные Ивон - удивлённо, синие Клер - испуганно, тёмно-серые Людмилы - внимательно, с интересом.
Ната продолжила:
- Когда я лежала в камышнике, безоружная, со сломанной ногой, не способная защитить любимую, и смотрела на атаку шлейфокрылов, отчаянная злость на собственное тело переполнила меня. Какое же оно беспомощное, хрупкое, неповоротливое! Пища для безмозглой твари. Мне так хотелось стать лёгкой, неуязвимой! Стать частью тумана.
Она замолчала в ожидании. Поймут?
- Нельзя воссоздать человеческое тело из газа, - напомнил Мюррей. - Мы это уже проходили.
- Проходили. Но туман - не газ. Это мельчайшие частицы жидкости, воды.
- Человек и так большей частью состоит из воды, - Мюррей пожал плечами. - Не понимаю, к чему ты клонишь.
- Именно "большей частью", а не полностью. Твёрдые примеси, формирующие структуру организма - помеха. Должна остаться только вода в двух агрегатных состояниях: газ и жидкость. Если увеличить поверхностное натяжение, то достаточно плёнки в несколько молекулярных слоёв, чтобы лепить структуру любой сложности. Да, для этого понадобится огромное количество энергии, но мы же получили к ней доступ? К тому же тело значительно упростится - большинство "подарков" эволюции не понадобятся. Сложная клеточная структура, ДНК, механизмы пищеварения, кровообращения, репродукции, гормональный аппарат, дыхательная система... Почти всё можно выбросить! Оставим каркас-скелет, мышцы, кожный покров, органы чувств и нервную систему. Их, наоборот, усовершенствуем. Вместо вербального общения, например, - прямой ментальный обмен.
Она замолчала. Минута шла за минутой, никто не осмеливался заговорить. Ещё бы, непросто переварить такое!
Первым нарушил молчание Мюррей:
- Усилить поверхностное натяжение... Как ты предлагаешь поддерживать постоянный уровень напряжённости поля? Из-за неизбежной утечки энергии такое тело нельзя поддерживать долго. Оно распадётся!
- Пусть распадается. Его можно воссоздать заново в любом месте с достаточной влажностью. И там, где есть вода. Тонкие тела способны перемещаться со скоростью электромагнитной волны - это власть над пространством.
- В пределах магнито-гравитационного поля планеты! Твои существа будут намертво привязаны к своей альма-матер. О межзвёздных, даже межпланетных полётах придётся забыть.
- Не велика потеря! Разве от хорошей жизни человечество рвануло в космос? Галактическая экспансия - это последствие мужской агрессивности. После того, как мы устраним гендерную дифференциацию, агрессивность исчезнет сама собой. Соответственно, отпадёт надобность в экспансии.
- Стоп-стоп-стоп! - Мюррей вскинул руки. - Что значит "устраним гендерную дифференциацию"? Ты собираешься конструировать бесполых существ?
- Однозначно. Гендерные различия - наследие эволюции, необходимое условие полового размножения. Отказавшись от них, мы освободим человечество от целого вороха проблем.
- Ну знаешь ли... - Бигли покачала головой. - Это как-то... неправильно.
- Почему? Хочешь сказать, что ты любишь Пола за то, что он мужчина, а не за то, что он Пол?
- Нет, но...
Она искала и никак не могла найти подходящие аргументы. И Ната поспешила закрепить победу:
- Конечно, вопросов предстоит решить много. В том числе философских, мировоззренческих. На них не ответить за день. И за год не ответить. Но если получится, если мы преобразуем физическое тело - в запасе у нас будет целая вечность!
- Впечатляет, - Людмила отложила в сторону ридер. - Но у меня тоже есть несколько вопросов. Первый - то, о чём сейчас было сказано, раз и навсегда изменит не только историю, но и эволюцию. Не слишком ли в узком кругу мы берёмся решать за всё человечество?
- Мы не решаем за человечество. Наоборот, впервые человечество получит выбор. Мы никому не навязываем бессмертние.
- Ладно, второй вопрос, технический. Каким способом ты собираешься отделять тонкие тела от физической оболочки? Мне известен один.
- Именно этим, другого и я не знаю, - Гилл пожала плечами. - Физические тела придётся умерщвлять. Они нам больше не потребуются.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
