Марат с детства восхищался дядей, а мама злилась, видя в глазах сына интерес к той жизни, которую вел ее брат. Она всячески старалась оградить его и Стаса от мира жестокости и насилия: в ее доме были запрещены любые разговоры о Мише Червонном и о прочих криминальных авторитетах, какие-либо упоминания о разборках и сходках мгновенно ею пресекались. Чтобы у них не было времени на подобные размышления, жизнь мальчиков жестко контролировали. Учеба, спортивные секции, занятия музыкой, иностранными языками и многое другое, лишь бы не появилось у них желания узнать о тех вещах, на которые было наложено табу. Со Стасом все получилось – мальчик никогда не пытался нарушить запреты, послушно выполняя все предписания матери. Он залихватски играл на гитаре испанские мелодии, прекрасно говорил по-английски и много читал. Мама Марата гордилась племянником, который ничем не походил на своего отца. Она считала Стаса разносторонне развитым человеком и видела в нем лишь мягкость и веселость, не замечая его лени и безынициативности. Все, что его интересовало, было связано с развлечениями. Любые действия, к которым следовало приложить усилия, вызывали у него панику и стоическое нежелание эти действия выполнять. Спектр увлечений Стаса был весьма широк, но Марат всегда считал, что брат распыляется, поэтому ни в чем не достигнет заметных высот. Так и случилось. После школы Стас долго думал, чем ему заняться в дальнейшем, а уже обучаясь в университете, он дважды менял специализацию. В итоге он бросил учебу, посвятив себя тому, что получалось у него лучше всего, – удовольствиям. Как-то Михаил Андреевич с раздражением заметил, что Стасу просто необходимо податься в шоу-бизнес, там он найдет себе в компанию таких же лентяев, как и он сам.
В отличие от своего младшего двоюродного брата, не интересовавшегося тайной жизнью отца, Марат просто бредил авантюрами, погонями и всякого рода опасностями. Он романтизировал жизнь дяди, положение вора в законе казалось ему благородным и ярким. Лишь через много лет к нему пришло понимание того, что нарисованный его воображением мир вовсе не соответствовал реальности. Случилось это, когда дядя после крупной ссоры с матерью Стаса забрал сына и племянника к себе. Сестре он сказал, что вышел из дела и теперь может полностью посвятить себя воспитанию парней, которым необходимо мужское влияние. Марат предвкушал наступление новой жизни. Все пошло не так, как он предполагал. Михаил Андреевич взял на себя функции строгого отца, в один миг обрубив все его романтические «настроения» о непредсказуемой и рискованной жизни вора. Он многое рассказывал племяннику, раскрывал ему глаза на эти ошибочные представления о нем. Слушая его жизненные истории, Марат чувствовал, как страх холодком пробегает по позвоночнику и растворяется во всем теле. В особенности пугали его рассказы о тюрьме и о ситуациях, когда жизнь его дяди буквально висела на волоске. Точку в этом деле поставил Гия Мгеладзе, показав Марату свои шрамы от пулевых ранений и следы ожогов, оставшиеся на его руках и спине после того, как его, раненного в результате неудачного покушения, пытались вытащить из пылавшей машины. Больше Марат не думал о том, как прекрасна жизнь законника, наоборот, теперь она казалась ему мрачной и одинокой. Практически у всех мужчин, с которыми его познакомил дядя, не было семьи. Конечно, у них были любовницы, иногда – дети, но близости и родства с кем-либо не существовало в принципе. Тогда Марат впервые подумал о том, что дядя намеренно отказался от своего положения, лишь бы находиться рядом с сыном и племянником, большую часть жизни которых он пропустил. И дядя жестко расставил свои новые приоритеты: на первое место вышли подрастающие парни, дороже которых не было у него никого в мире.
Видя леность и слабохарактерность сына, Михаил Андреевич все воспитательные моменты перенес на Марата – на него он и сделал ставку, как на будущего главу семьи. Он настоял, чтобы племянник поступил в экономический университет, в котором когда-то и он сам учился, а затем приобщил его к управлению активами семьи. Михаил Андреевич умело вкладывал деньги, приумножая свое и без того немаленькое состояние. Он владел акциями известных нефтяных и сталелитейных компаний, инвестировал деньги в недвижимость, золото и драгоценные камни. Однако никакие изумруды и бриллианты не могли сравниться с розами, занимавшими особое место в его суровом сердце. Учетом всех материальных ценностей и ведением финансовых операций занимался Марат. Конечно, в этом ему помогали высококвалифицированные специалисты, однако считалось, что именно он является главным хранителем ценностей семьи. Михаил Андреевич в шутку назвал племянника Казначеем и, когда пребывал в хорошем настроении, с улыбкой в глазах просил Марата выписать ему небольшую сумму для его личных нужд или для покупки очередного куста, чтобы украсить любимый розарий.
После смерти Стаса их привычная, давно налаженная жизнь стала иной. Марат растерялся, не зная, как утешить дядю, который закрылся в себе, не позволяя своим эмоциям выйти наружу. Сам же Марат хотел кричать, настолько чувства переполняли его. Однако показывать свою слабость в присутствии такого человека, как Михаил Андреевич, недопустимо, поэтому Марат, как и все прочие обитатели поместья, молча переживал утрату и тихо грустил, вспоминая двоюродного брата. У них были действительно близкие отношения. Конечно, как и положено братьям, они дрались в детстве, пытаясь выяснить, кто сильнее, но это были мелочи, не разрушившие крепких уз их родства и дружбы. Сейчас, когда Стас ушел навсегда, Марат с печалью осознавал, что важнейшая глава его жизни закончилась – закрылась навсегда.
Рано утром Марат спустился в столовую, где его уже ожидал Михаил Андреевич. Сегодня старик ничего не сказал по поводу его двухминутного опоздания, лишь мягко поздоровался и налил кофе в его чашку. Черный, сладкий, горячий – как любил племянник. Марат улыбнулся: он и не предполагал, что дядя так хорошо знает его вкусы. Хотя за пятнадцать лет, прожитых ими под одной крышей, они досконально изучили друг друга. Завтрак прошел в тишине, а затем Михаил Андреевич направился во внутренний дворик, к своим розам, а Марат начал собираться в город.
Звонок от Гии Мгеладзе изменил планы обоих. Михаил Андреевич приказал, чтобы ему подали машину, и попросил Марата сопровождать его. Ушел переодеваться, потому что уже успел натянуть на себя робу и подготовиться к работе на земле. Марат ожидал дядю у главного входа. Немного в стороне стояли Борис и Гаврила. Гаврила, как всегда, был в прекрасной форме: не замолкал ни на минуту, правда, говорил тише, чем обычно. Борис, прищурившись, слушал его басни. Наконец он не выдержал и сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
