— Найди мне их, Дэн, — потребовал я. — И оставь живыми. Я лично откручу им яйца и затолкаю в их же глотки.
Никто не смеет уводить мои драгоценности.
Развернувшись на первом же повороте, я двинулся к хранилищу — туда, где шли ожесточенные поиски. Служба безопасности и полиция допрашивали возможных свидетелей, но результаты мало что дали. Незадолго до похищения в здании прорвало трубы, и офисным клеркам пришлось покинуть рабочие места.
— Вот эти ребята из аварийной службы могут быть причастны, — доложил Дэн. — Весь этот прорыв был неспроста.
Мне оставалось лишь согласиться. Невыносимо было видеть пустые, распахнутые настежь сейфы. Похитители, кем бы они ни были, работали явно второпях — несколько украшений выпали и рассыпались по полу. Никто не стал их поднимать.
— Там могли остаться отпечатки пальцев, — взялся за новую идею Дэн.
— Не думаю, что воры оставили их, — возразил я. — Тут работали профессионалы. Если им удалось провернуть такую авантюру, то уж наверняка хватило ума надеть перчатки.
И все же стоило проверить все версии.
Во всей этой неразберихе я не забывал о главном: о Кристи. Ее сотовый не отвечал, так же, как и телефон Эдика. Мое беспокойство нарастало: прежде секретарь всегда оставался на связи. Он даже в ванную таскал с собой сотовый.
— Отъеду ненадолго, — предупредил я Дэна. — Если что-то обнаружите, звоните.
Дома Кристи не оказалось. В съемной квартире Эдика тоже было пусто. А Влас клялся и божился, что эти двое уехали вместе несколько часов назад.
За нее я беспокоился больше, чем за драгоценности. Был готов потерять весь бизнес, но не мог представить себе жизни без нее, без Кристи. Оттого вначале проигнорировал сообщение Дэна, когда он предложил посмотреть то, что осталось на записях с одной из камер.
— Босс, ты должен это видеть, — предупредил Дэн. — Нечто очень важное.
— Да хрен с ними, с этими драгоценностями, — бросил я. — Забирай ребят, вы нужны мне в другом месте. Кристи пропала. Хотя… Возможно ли, что оба этих дела связаны?
— Думаю, да. Босс, эти ребята, ремонтники, в здание их заходило трое, а вышло десять. Понимаешь, десять человек в спецкостюмах. С чемоданами в руках и… не хочу вас расстраивать. Но они что-то несли. Точнее, кого-то. Эти ребята проштрафились лишь раз, забыв отключить дополнительную камеру небольшой фирмы, расположенной на первом этаже. Допотопная вещичка. Изображение нечеткое, смазанное. Но с основной задачей камера справилась.
Мое сердце пропустило удар, а после болезненно сжалось. Из всего сказанного Дэном мой разум вычленил только одно: кого-то несли… Но кого? Кристину или Эдика? А, главное, куда их повезли?
— Объявите эту машину в розыск! — проорал я в трубку, теряя самообладание от страха за Кристину.
— Уже сделано, босс, — хрипло, словно бы нехотя отчитался Дэн.
Спустя час машину нашли брошенной в лесополосе. А в ней — раненого Эдика. Парнишка был без сознания и почти не дышал. Врачи, проводившие осмотр, сказали, что он родился в рубашке — пуля прошла в нескольких миллиметрах от сердца. И дала ему шанс выжить.
В бессознательном состоянии Эдика доставили в больницу. А о Кристи мы так ничего и не знали. Пожираемый тревогой, я вместе с Дэном просматривал ту самую запись с видеокамеры. И обнаружил любопытную вещь.
— А ну-ка, перекрути назад! — попросил Дэна. — Приблизь вон того дохлого типа.
Все они были в масках, но этого выдали повадки. Привычным жестом он провел по башке, точно собирался пригладить волосы. Рука дернулась, но замерла, вынувшись в исходное положение. Он спохватился, но мне этого хватило.
— Сука, это же Леон Нодэ! — выдал я, чуть ли не вжимаясь лицом в проектор. — Фигура похожа и этот жест…
— Быть не может, — охнул Дэн рядом. — Босс, мы и представить не могли. Столько раз пересматривали эту запись и ничего…
— Ты не был знаком с этой мразью лично. Это он, Дэн! — у меня руки чесались прикончить этого дрища. — Наводи справки, немедленно. Он наверняка сейчас пытается покинуть страну. Вместе с моей самой дорогой жемчужиной Кристиной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 50
Кристина
Он не собирался спать со мной на виду у подельников. Гребаный эстет Леон Нодэ лишь издевался, наслаждаясь моими мучениями. Мял мою грудь, забирался в трусы, выставляя всю напоказ и на потеху. Но когда я осталась лишь в нижнем белье, остановился.
— Поедешь со мной! — объявил он. — Не люблю ничего делать в спешке. Но учти, пикнешь — и тебе конец.
Это я понимала и без дополнительных указаний. Тому, кто решился на похищение, уже ничего не страшно. Леон чувствовал себя абсолютно безнаказанным и всесильным.
В соседней комнате кто-то глухо застонал.
Я обернулась на звук. Эдик, ну, конечно же, кто еще мог находиться там. Ему было плохо, но он был жив — в тот миг это было для меня самым главным. Черт бы побрал эту забытую папку с документами. Мы оба, и я, и Эдик, оказались заложниками ситуации. Не войди мы в здание так поздно вечером, сейчас были бы уже в особняке Алекса. Ужинали и понятия не имели, каким подонком оказался известный коллекционер.
— Грохнуть его, шеф? — уточнил один из громил Леона.
Тот раздраженно поморщился.
— Не надо здесь мокрухи. Просто заткните его и упакуйте как следует, выбросим где-нибудь по дороге.
По моей щеке скатилась слеза. Я не хотела, не должна была плакать перед этими людьми. Но жалость к себе, Эдику и к моему ребенку превзошла все остальные чувства. Успеет ли Алекс нас спасти? Догадается ли, где искать?
— На вот, оденься, — в меня швырнули оранжевую спецовку. Следом полетели грубые ботинки огромного размера. — И не ной, тупая овца, слезы тебе не помогут.
Леон Нодэ прекрасно разговаривал по-русски, совершенно без акцента. И я стала подозревать, что он никакой не коллекционер. Да и имя наверняка ненастоящее.
Он и его сообщники тоже переодевались, но постоянно присматривали за мной, не давая даже шанса на бегство. А спустя несколько минут в офис вошли еще люди, в таких же спецовках и с чемоданами. В них бандиты выгрузили то, что прежде стояло в углу в матерчатых банковских мешках. Драгоценности! Коллекция Алекса Орлова, и колье с редким синим алмазом среди них.
— Чего вылупилась?! — прикрикнул Леон и наотмашь ударил меня по лицу. Я едва устояла на месте. — Все это мое по праву. Знаешь, как долго и тщательно мы готовились к этому? Три гребаных года я вживался в роль. Заключал сделки, вращался в нужных кругах и заслуживал репутацию. Это моя заслуженная награда.
— Так вот для чего ты снял офис в том же здании, где находится хранилище, — бросила я, тщетно пытаясь закрепить на ноге огромные мужские ботинки. — Втерся в доверие к Алексу и думаешь, что он ничего не поймет?
— Я слишком умен и не вызываю подозрений, — фыркнули в ответ. — Все спланировано идеально.
Я распрямилась. И пусть сердце ушло в пятки, а страх сковал все мышцы. Но я не показывала, что боюсь эту мразь. Такие, как он, питаются чужим страхом, наслаждаются им. Не хотелось доставлять ему это удовольствие.
— Я вам зачем?
Вот главное, что меня интересовало в тот момент.
Схватив меня за волосы, Леон заставил посмотреть ему в лицо:
— Предпочитаешь сдохнуть, блядь? Ты, подстилка Орлова, возомнила себя царицей? Так я спущу тебя на землю. И покажу, как обходятся с бабами настоящие мужики.
Он грубо оттолкнул, и я чуть не отлетела к противоположной стене. И все это под гогот подельников. Так вот в чем дело, этому вору было мало заполучить драгоценности Алекса. Он хотел иметь все, что было у него — в том числе меня, его женщину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Эта сволочь не понимала, что между ним и Алексом огромная пропасть. А тот, кто ударил женщину, не может даже отдалено считаться мужиком.
Меня и бессознательного Эдика погрузили в машину вместе с драгоценностями. Мы ехали долго, я успела потерять счет времени и напридумывать себе кучу вариантов развития событий.
