к тому же сон побеждал. Но звуковая аранжировка продолжалась.
– Эти парни просто издеваются надо мной? Их никто не учил заглушки ставить или как?– пришлось топать за новой дозой снотворного. Спать хотелось, но у меня слишком чуткий сон, чтобы уснуть в таких условиях.
Наутро, когда все сидели за обеденным столом и завтракали, Слам решил произвести на меня впечатление:
– Змея, ты чего такая неприветливая или всю ночь уснуть не могла? – с улыбкой поинтересовался парень, сияя, как золотая монета.
– Спала как убитая, а что? Что-то было?
– Но... – замялся он. – Ко мне вчера нимфы приходили, а они такие громкие, боялся, что мы тебе спать ни дадим,– выкрутился из ситуации.
– Да? Не заметила. Как Прэй развлекался, слышала, а вот тебя совершенно нет. Видимо, плохо старался,– не осталась я в долгу. Сбить корону с Его Высочества хотелось сильно.
– Я тебе еще покажу, как надо... – услышала я угрозу от горгульи, но предпочла пропустить ее мимо ушей. Мало ли чего ему там захотелось. Как говорится, хотеть невредно, больно потом за это получать.
***
Я сидела на опушке леса и ела вкусные сладкие ягоды, которые принесли мне нимфы. С девушками было весело, но их разговоры в основном сводились к моим одногруппникам. Мне больше нравилось обсуждать природу и животных, но никак не постельные рекорды парней. Слишком уж тема щекотливая и личная.
– А как вам дроу, темненький и опытный любовник... Я после него едва ходить смогла на следующий день,– прощебетала Энфира, вторая после Униколь, за обе щеки уплетая вкусные сахарные листья. Вкусно, но к ним жуткое привыкание.
– Ага, а этот... горгулья... смешной такой, сначала сказал: «Раздевайся», а потом меня вообще змеей в конце назвал,– пожаловалась Алинара и надула свои пухлые зелено-синие губки. И именно в этот момент я поперхнулась ягодами, которые пошли не в то горло. Мне-то было ясно кого Слам имел в виду, вот только легче мне от этого нисколько не стало.
– Ава, ты в порядке? – разволновалась самая примерная из всех моих знакомых нимф Никитра. Скромная, застенчивая и заботливая.
– Ага. Слушайте, озабоченные вы мои, а давайте тему сменим. Я себя как-то некомфортно чувствую, мне все-таки с ними еще работать в дальнейшем... а тут вы со своими впечатлениями и восторгами.
– Слушай, а ты чего медлишь. Чего с кем-нибудь из них не переспишь? Ты девушка красивая.
– Да, ты, наверное, из-за недостатка счастья в теле такая хмурая?
Причем нимфы говорили все это исключительно из-за беспокойства за мое душевное и физическое здоровье. Заботливые, блин.
– Эм… знаете, мне, итак неплохо. Но вы продолжайте в том же духе,– я благословила девушек и они заливисто рассмеялись.
– Кстати, а кто у нас следующий на очереди? – спросила Энфира, развалившись на траве и распуская свои длинные волосы с примесью веток и цветов. Теперь, когда мы с нимфами подружились, девушки не стеснялись показываться мне в истинном или полу – истинном виде. Это было проявлением доверия с их стороны и я ценила этот добрый жест.
– М-м-м… – промычала Алинара. – Предлагаю запрыгнуть на тифлинга. Он такой лапочка… или нет, на сородича Авы. Тоже красивый чертяка.
И что-то щелкнуло в моей голове, когда нимфы заговорили о Хадоре. Странное и влекущее притяжение, которое проявлялось между мной и тифлингом я так и не смогла разгадать. Но мне было неприятно от мысли, что сегодняшней ночью его в секс-рабы запишут местные нимфы.
Почему я вдруг почувствовала эту необычную душевную тяжесть, а мое сердце начало биться чаще, ускоряя свой и без того быстрый темп? Неужели это ревность? Да нет, быть такого не может. Мы с Хадором совершенно разные. К тому же у нас с ним ничего общего и вообще он какой-то странный.
«Ага, прямо мастерски себя убедила»,– фыркнуло подсознание, и я мысленно закатила глаза.
Даже моя собственная голова была против меня и моих доводов.
Но ведь это правда. Нет, Хадор, разумеется, интересный тифлинг, красивый и мужественный, временами слишком язвительный, но я такая же. Но я ведь и сама такая же бывала. К тому же меня немного смущал тот факт, что отец Хадора оставался неизвестной величиной, которая могла выйти многим боком и стать настоящей проблемой.
Тифлинги по своей смешанной природе несколько агрессивный народец, а если один из твоих родителей еще и демон, то это двойные проблемы. Правда, если это и дракон, то тоже малоприятного. Кажется почему? Просто у полукровок проявляется невозможность контролировать собственное пламя, которое в итоге могло спалить целую деревню. Самому ребенку ничего не будет, в его венах тек древний огонь, а вот остальные могли быть в страшной опасности.
Но я никогда не видела, чтобы Хадор применял что-нибудь из драконьего арсенала во время тренировок. Либо он не в курсе собственных возможностей, либо он все-таки отчасти василиск, нежели дракон. Ничего исключать нельзя, ведь тифлинг и сам не в курсе, кто же его настоящий отец.
– Ава? Ты с нами? Очнись, мыслитель?– Алинара пощелкала пальцами у меня перед лицом.
– Что? Ты что-то сказала?– выплыла я из собственных раздумий и несколько раз быстро моргнула.
– Ты будто в дебрях мыслей потерялась. Мы уже несколько минут решаем, кого выбрать на роль жертвы, хотели и твое мнение узнать, а ты ни на что не реагировала.
– Делайте что хотите, главное, предупредите своего партнера заглушку поставить, а то спать невозможно. Встретимся позже,– довольно резко произнесла я и поднялась с травы. Отряхнув штаны, я пошла в чащу, чтобы немного проветрить мозги и выкинуть из головы дурацкие размышления о тифлинге.
И какого дьявола я так зациклилась на этом парне? Да пусть хоть со всеми нимфами на Лакмэ переспит, мне-то какое дело? И еще эта неясно откуда взявшаяся ревность… сдавалась она мне сейчас. У нас дел навалом, мне просто некогда думать о Хадоре и беситься по поводу его постельных развлечений.
Однако, в груди все равно сердце неприятно сжалось и я от злости на саму себя, мир и парней в целом пнула первый попавшийся пень.
– Как же бесит! – ругнулась я, зарываясь пальцами в распущенные волосы. – Проваливай из моей головы, достал!
Я еще несколько минут побесилась, попрыгала по тропе и немного успокоилась.
– Это все нервное, мне просто нужно выспаться. А теперь еще надо вернуться, а то скоро ужин.
Тяжело вздохнув, я
