В 2000-е гг. наряду с «высшей лигой» стало возможным говорить о формировании в российской экономике «первой лиги» ИБГ. Уступая членам «высшей лиги» по возрасту и масштабу, эти группы тем не менее достигли таких размеров, которые позволяют им оказывать влияние если не на экономику страны в целом, то на отрасли и сектора, в которых они работают. Список ИБГ, относимых нами к «первой лиге», содержится в Приложении 1. Здесь упомянем лишь несколько из них.
Появление ИБГ «Межпромбанк — Объединенная промышленная корпорация» стало, по видимому, результатом капитализации веса и связей хозяина Межпромбанка С. Пугачева. Начиная со второй половины 1990-х гг. он считался одним из наиболее политически влиятельных финансистов, однако о его активах в реальном секторе не было известно. В середине 2000-х гг. родственная банку Объединенная промышленная корпорация в течение трех лет последовательно установила контроль над двумя ключевыми судостроительными предприятиями Санкт-Петербурга: «Северной верфью» и «Балтийским заводом» [63] (а в 2007 г. их удалось уберечь от включения в создаваемую государством Объединенную судостроительную корпорацию). После прорыва в судостроение в соответствии с общими веяниями было заявлено три крупных девелоперских проекта. При этом очевидно, что два из них требовали принятия политических решений на высоком уровне. Это реконструкция Средних торговых рядов на Красной площади и застройка территории «Балтийского завода» (Васильевский остров, Санкт-Петербург) после переноса мощностей завода на «Северную верфь». Да и последнее начинание ИБГ — освоение Элегестского угольного месторождения в Туве — в части транспортного обеспечения будет осуществляться при поддержке Инвестиционного фонда РФ.
ИБГ «Промсвязьбанк — Промсвязькапитал» (создатели и владельцы — братья А. и Д. Ананьевы) интересна тем, что выросла в основном на тех видах деятельности, которые получили развитие в качестве самостоятельных лишь в постсоветский период. Она относится к числу достаточно старых, но первые несколько лет в ее составе были только две значимые структуры — Промсвязьбанк и крупный системный интегратор «ТехноСерв АС».
Затем, главным образом уже в 2000-е гг., последовала широкая диверсификация. В финансовой сфере был сформирован стандартный «джентльменский набор» — в составе группы появились второй банк (Волгапромбанк), негосударственный пенсионный фонд («Промрегионсвязь»), страховая и лизинговая компании («Оранта» [64] и «Промсвязьлизинг», ныне — Independent Leasing). В реальном секторе экспансия была по-настоящему масштабной и ориентированной на быстрорастущие или потенциально высокоприбыльные отрасли — связь и доступ в интернет (компании «Синтера», «Петерстар» и др.), девелопмент и управление недвижимостью («Промсвязьнедвижимость»), агробизнес (60 тыс. га земельных угодий в дальнем Подмосковье).
Кроме того, ИБГ «Промсвязьбанк — Просмвязькапитал» владеет активами в двух секторах, значимость и перспективность которых для нее мы оценить не беремся. Первый — традиционная тяжелая промышленность («Криогенмаш», Карачаровский механический и Волжский абразивный заводы). Второй — печатные СМИ (газета «Труд», Издательский дом «Аргументы и Факты», сети распространения печатной продукции в ряде городов).
Из групп «высшей лиги» рассматриваемая ИБГ более всего сходна с АФК «Система», хотя по масштабам она пока примерно в три раза меньше и создать ее удалось без явного использования административного ресурса. Правда, и здесь говорить о полной аполитичности не приходится. Напомним, в 2006 г. Д. Ананьев стал членом Совета Федерации, представляющим Ямало-Ненецкий АО.
Интересна судьба еще двух ИБГ, некогда бывших в составе «первой лиги», — Группы БИН и «Ист Лайн». Группа БИН сложилась еще в 1990-е гг. и специализировалась на банковском бизнесе, строительстве и операциях с недвижимостью, розничной торговле. В середине 2000-х гг. ее основному собственнику — М. Гуцериеву — удалось реализовать уникальный проект. Из небольших и малоинтересных по отдельности предприятий нефтяной отрасли он создал полноценную вертикально интегрированную компанию «Русснефть» с перспективами добычи и переработки в несколько десятков миллионов тонн. Естественно, что на несколько лет именно «Русснефть» стала центральным элементом данной ИБГ. Однако в 2007 г. М. Гуцериев был вынужден продать «Русснефть» и эмигрировать из России. Тем не менее Группе БИН удалось не просто сохраниться, но и начать новый тур экспансии. Весной 2008 г. она купила многомиллиардный строительный проект «Рублево-Архангельское» в ближнем Подмосковье (проект был приобретен у его инициатора С. Керимова, с которым имелись длительные партнерские отношения). А первым лицом в группе вместо М. Гуцериева стал, по всей видимости, его племянник М. Шишханов.
ИБГ «Ист Лайн» сложилась после того, как владельцы одноименной авиакомпании (выросшей на обслуживании челночного бизнеса с Китаем и базировавшейся в аэропорту «Домодедово») сначала получили в управление сам аэропорт, а затем сформировали холдинг из предприятий железнодорожного машиностроения. Но через относительно непродолжительное время они отказались от идеи диверсификации и сосредоточились на аэропортовом бизнесе, а авиакомпания и машиностроительные заводы были проданы.
Глава 7. Крупный бизнес и государство в 2000 — первой половине 2008 г.
7.1 Изменение модели отношений: от равноправия к подчинению
В 2000-х гг. сложились принципиально новые отношения между крупным бизнесом и государством по сравнению с предыдущим периодом — произошла смена моделей. На наш взгляд, в модели 1990-х гг. ключевыми характеристиками были взаимозависимость и равноправие. В модели 2000-х гг. — доминирование государства [65]. Исполнительная власть (президентская вертикаль), установив контроль над законодательной и судебной, получила возможность выстраивать свои отношения с бизнесом исключительно с позиции силы, не считаясь с его интересами [66].
Новые отношения стали складываться сразу после выборов в Государственную думу в декабре 1999 г. Тогда стало ясно, что победа В. Путина на президентских выборах 2000 г. гарантирована и будет обеспечена двумя факторами: позицией во власти и высокой личной популярностью. Таким образом, поддержка со стороны крупного бизнеса, равно как и любой другой элитной группы, не является для него необходимым ресурсом.
Поэтому уже с 2000 г. власть начала ограничивать чрезмерное, по ее мнению, влияние крупного частного бизнеса. Этот процесс проходил под лозунгами «равноудаления» от власти и выстраивания прозрачных и единых для всех «правил игры». Прежде всего крупный бизнес был жестко отодвинут от процессов принятия политических решений, от федеральных электронных СМИ, а также от естественных монополий. Символами здесь стали вынужденная эмиграция наиболее «громких» предпринимателей — В. Гусинского и Б. Березовского и отставка председателя правления «Газпрома» Р. Вяхирева. Затем был ограничен и введен в новые рамки лоббизм. Во-первых, было сокращено число встреч руководителей государства с предпринимателями. Во-вторых, наиболее влиятельным из них было предложено вступить в Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП), который должен был выступить в качестве единого канала, доводящего консолидированное мнение крупного бизнеса до государства [67].
