Вместе с тем в сугубо экономических вопросах государство до середины 2003 г. придерживалось линии, выбранной в прошлый период:
? поддерживались процессы концентрации (наиболее яркие примеры — «Русский алюминий», Группа ГАЗ, «Мегафон»);
? продолжалась приватизация в нефтяной отрасли;
? поддерживался новый интерес к России со стороны иностранных инвесторов.
С середины 2003 г. начался качественно новый этап формирования модели доминирования. Наиболее яркими его маркерами стали:
? «дело ЮКОСа»;
? национализация ряда крупных компаний и предприятий;
? формирование ряда крупных государственных холдингов и появление новой формы прямого участия государства в экономике — государственных корпораций.
Все это, на наш взгляд, достаточно убедительно показывает, что государство, во-первых, полностью берет на себя разработку экономической стратегии страны, а частному бизнесу дозволено выступать лишь в роли просителя, а также исполнителя отдельных государственных заданий, во-вторых, оно имеет или по крайней мере формирует представление о «командных высотах» в экономике, т. е. о наборе активов, которые должны находиться в госсобственности.
Вполне естественными элементами сложившейся модели являются также популярные в последнее время формулы «социальной ответственности» бизнеса и «частно-государственного партнерства». Хотя, на наш взгляд, неясно, служат ли они только идеологическим обеспечением или станут основой для реальных проектов и мер экономической политики.
Укажем еще на две второстепенные, но достаточно значимые особенности ситуации, складывающейся с середины 2003 г. Во-первых, еще более сузился круг тем, по которым бизнесу дозволено открыто лоббировать свои интересы. Он ограничен лишь теми вопросами, которые исполнительная власть не считает стратегическими и где не сформировала консолидированной позиции. Во-вторых, существенно снизились возможности использования крупным бизнесом административного ресурса на федеральном уровне [68] или, по крайней мере, увеличились связанные с этим риски.
7.2 Консолидация государственных активов и национализация [69]
Наблюдавшееся в 2000-е гг. усиление прямого присутствия государства в экономике происходило в результате двух разных, хотя и взаимосвязанных процессов. Первый — консолидация государственных активов. Речь идет о формировании неких крупных структур, которым передаются имущество, учреждения, предприятия или пакеты акций, изначально находившиеся в государственной собствен ности.
Второй процесс — национализация. Из существующих многочисленных определений данного понятия мы выберем самое простое и, на наш взгляд, операциональное. Национализация — это переход контроля над любым активом от частной структуры к государству. При этом контроль государства может быть как прямым, так и косвенным, но должен базироваться на праве собственности.
Обоим процессам можно приписать некую общую логику. Она такова: если где-то в экономике есть проблемы, то рецепт их решения заключается в повышении роли государства, концентрации ресурсов на главных направлениях, объединении маленьких с большими, устранении дублирования и отказе от ненужного соперничества. То, что эта логика антирыночная, вполне очевидно. Напомним также, что даже в сверхцентрализованной плановой экономике СССР в наиболее приоритетных отраслях — авиационной, космической и атомной — искусственно создавалась и поддерживалась конкуренция между различными предприятиями, объединениями, проектами и научными школами [70].
Часто национализация и консолидация государственных активов переплетаются. Например, когда государство считает целесообразным включить в формируемую структуру не только свои собственные, но и некоторые частные активы. Или, напротив, национализируемая компания или предприятие становится ядром для формирования некоторого более крупного объединения. Тем не менее различать эти процессы необходимо хотя бы потому, что они совершенно по-разному соотносились в разных отраслях и секторах. В нефтегазовом секторе доминировала, безусловно, национализация. В авиационной промышленности оба процесса были сопоставимы по масштабам. А в атомной промышленности, судостроении и ВПК базовой была консолидация государственных активов, национализация же играла подчиненную роль.
Усиление прямого государственного присутствия уже несколько лет является наиболее заметным процессом в отечественной экономике, и потому сегодня правомерно поставить вопрос о его промежуточных итогах. Привело ли оно к тому, что ситуация в экономике радикальным образом изменилась и мы движемся к «государственному капитализму»? На наш взгляд, ответ пока, к счастью, отрицательный хотя бы потому, что большинство предприятий и компаний в рамках государственного сектора продолжают жить в основном по рыночным правилам.
Официальный старт национализации был дан в декабре 2004 г. — в момент продажи компании «Юганскнефтегаз» «Роснефти». Но можно начать отсчет событий двумя годами раньше. В 2002 г. перед «Газпромом» была поставлена задача — возвращение уведенных активов. Усилиями менеджмента, а также возглавляющего «Газпроминвестхолдинг» А. Усманова в лоно монополии были возвращены «Сибур», «Стройтрансгаз» и основные газодобывающие предприятия «Итеры». Но поскольку одновременно «Газпром», наоборот, передавал другие свои активы в частные руки (тому же А. Усманову продал пакеты акций Оскольского электрометаллургического комбината и Лебединского ГОКа, а банк НРБ — А. Лебедеву), эти события были восприняты как оптимизация корпоративной структуры, поддержанная государством. Тем более что и на государственном уровне процессы приватизации тогда все еще превалировали (напомним хотя бы о продаже в конце 2002 г. компании «Славнефть»). А создание после предварительных консультаций с руководством страны (и публичного одобрения президента) компании ТНК-BP в первой половине 2003 г. и вовсе снимало всякие страхи по поводу национализации. Немногие увидели за произошедшим тогда же арестом совладельца ЮКОСа П. Лебедева смену политики государства по отношению к крупному частному бизнесу.
В середине 2008 г. число национализированных крупных частных компаний и банков приблизилось к двум десяткам [71]. И перспективы не менее масштабны, чем свершения. Продолжаются переговоры о вхождении «Газпрома» в проект разработки Ковыктинского месторождения. Завершается процедура создания холдинга «Атомэнергопром», объединяющего под государственным контролем все гражданские активы этой отрасли, в том числе ранее бывшие частными. Все новые проекты создания отраслевых холдингов выдвигает и госкорпорация «Ростехнологии». При этом частные предприятия, подлежащие включению в них, предполагается национализировать. Кроме того, госкорпорация «Ростехнологии» получила государственное задание на создание самого большого в стране двигателестроительного холдинга на базе НПО «Сатурн», Уфимского моторостроительного производственного объединения, а также профильных предприятий Перми и Самары.
