Читаем без скачивания Любить всю жизнь лишь одного - Валентина Немова

— Вы по мою душу? А по какому делу?

Вместо ответа я спросила, учится ли в этой школе, в одном из десятых Малышев Анатолий.

— Малышев? Толик? Что он натворил? — Завуч так заволновалась, что мне сразу ясно стало: учится и хорошо. Я подумала: наверное, это тот самый парень, которого ищу. и сказала Маргарите Леонидовне:

— Мне хотелось бы поговорить с Вами, но при закрытых дверях.

Мы прошли с завучем в ее кабинет. Она предложила мне сесть на диван (он оказался очень жестким), сама устроилась на своем рабочем месте и, посмотрев на меня испытующе поверх очков, приготовилась слушать. Я сначала представилась ей, потом произнесла недлинную речь. Пересказала наш с Ивановой разговор, окончившийся заключением пари, умолчав о нем, конечно, как и о том, что фамилию дружка Инны узнала я не от нее самой, а от одной из паспортисток, обойдя чуть ли не все жилищные конторы в городе. О Малышеве, учитывая, что завуч симпатизирует ему, не сказала я ни одного плохого слова, чем отвечающая за его поведение Маргарита Леонидовна осталась очень довольна и, понимая, что я явилась в мужскую школу, чтобы встретиться с Анатолием, вызвалась организовать эту встречу. Выбравшись из-за стола, она, цокая каблучками, подошла к двери и, раскрыв ее, поманила кого-то пальцем. Затем приказала тому, кто приблизился к ней:

— Малышева из 10а срочно ко мне! У них первый урок химия.

Распахнув дверь, юноша остановился на пороге. Невысокий, светловолосый, с чубчиком, зачесанным на левую сторону, и смеющимися глазами. Одежда на нем была недорогая. Но непоношенная. Однобортный, без единой морщинки пиджак коричневого цвета, тщательно отутюженный, со стрелками брюки. Одного взгляда на этого опрятного паренька было достаточно, чтобы понять: к Инне Ивановой не имеет он никакого отношения. Невозможно было даже представить рядом с ним, таким аккуратным и подтянутым, эту неуклюжую замарашку Инку.

Не предложив вызванному "на ковер" десятикласснику сесть, завуч молчала, то на парня, то на меня исподлобья, пытливо посматривая. Наконец она приняла решение и обратилась к Малышеву, назвав его по имени:

— Эта девушка из средней школы, что на правом берегу. Зовут Юлией. У нее есть несколько вопросов к тебе. Я уж знаю, что это за вопросы, и не буду присутствовать при вашем разговоре. а вы найдите какой-нибудь кабинет и побеседуйте с глазу на глаз. После этого вернетесь сюда и доложите, до чего договоритесь.

Искать свободный класс мы с Толиком не стали. Подошли к широкому окну, освещенному ярким весенним солнцем, и я вынула из кармана куртки, надетой поверх школьной формы, и положила на мраморный подоконник маленькую, 3Х4, фотографию Инны, которую дала мне "на прокат" одна из моих болельщиц.

Мельком взглянув на физиономию Ивановой, Анатолий, не раздумывая, заявил:

— Первый раз в жизни лицезрю эту рожицу, — и добавил то, чего никак я не ожидала услышать. — А вот твое лицо мне доводилось видеть. Я даже фамилию твою знаю.

— Откуда? — своим ушам не поверила я.

— Оттуда, — улыбнулся мне Малышев по-свойски. — я же бываю на вечерах в женской школе. Там, в вестибюле, на доске почета висит твоя фотка. А под ней все твои паспортные данные.

— Да… — сообразила я наконец, в чем секрет. — 8 классов я окончила в той школе. "Висела" тогда на этой самой доске. Потом перешла в другую, а карточку мою почему-то с той доски не снимают.

— Надеются, наверное, что ты к ним еще вернешься. Школа ведь хорошая.

— Отличная, но я уже погрязла в этой, где теперь учусь.

— Выбрали в какой-нибудь орган?

— В том-то и дело. И вот теперь хлопочу о других, о себе забывая. — И я поведала своему новому знакомому со всеми подробностями, ничего не утаив, все об Инке, о том, как мы с нею поспорили, на что поспорили, как я его, Толика, искала. Когда закончила, он сказал:

— Как это здорово! Ты просто молодец! Ведь нашла же, не зная фамилии! И хоть вовсе не я дружок твоей глупой Инки, ты все равно молодец! Уверяю тебя: я таких интересных, как ты, девчонок, еще не встречал! — глаза Анатолия горели. Он улыбался. Немного помолчав, продолжил. — В вашей, в смешанной, школе, наверное, очень интересно учиться.

— Да, — подтвердила я, — так интересно, что и учиться некогда.

— Не переживай, — видя, что я нахмурилась, попытался юноша подбодрить меня. — кто хочет, тот выучится. отстанет — догонит.

— А чем тебе твоя школа не нравится? — спросила я.

— Нас здесь всех здорово зажали после того случая. Помнишь ведь, наверное, что произошло, когда мы были в седьмом.

— Помню, конечно, — вздохнула я. — Такое не забывается. Ведь девочка та в одном классе со мной училась…

Но Анатолий не стал углубляться в прошлое. Его больше занимало настоящее.

— Обрати внимание, — указал он мне на детей, которые прохаживались по коридору, — как по школе ходят ребятишки. только строем. И учитель всегда рядом. И на уроке, и во время перемен. Не развернешься. а тех, кто пытается на свободу вырваться, директор (а он мужик здоровый) выстраивает в шеренгу, заставляет маршировать, поворачиваться направо, налево. Это называется "круг позора"…

— Но мне кажется, — не придала я значение жалобе Анатолия, — у вас преподаватели — первоклассные специалисты.

— К учителям претензий нет, — согласился он со мной.

— Это же самое главное. На уроках у таких педагогов и дисциплину не захочется нарушать, — не удержавшись, я дала Толику совет — не вздумай перейти в нашу школу. Ты ведь на правом живешь?

— Да, переехали недавно.

— Заканчивай 10 классов здесь. Не стоит менять школу за несколько месяцев до окончания курса. в нашей, если ты туда перейдешь, к тебе будут относиться, как к чужаку. До самого последнего дня. и так будет тебе не хватать учителей, к которым ты привык.

— Все равно мне очень хочется побывать в вашей школе…

— Это очень просто осуществить…

Переговорив, вернулись мы с Толиком в кабинет завуча.

— Ну как, что выяснили? — улыбнувшись, задала она вопрос мне.

Я пожала плечами, побуждая Анатолия взять инициативу в свои руки. Он не стал отмалчиваться:

— С Инной Ивановой я не знаком. Понятия не имею, почему она указала на меня… Зато имею предложение — завязать дружбу со школой N 19.

— Дело говоришь, — подхватила Маргарита Леонидовна. она ведь должна была и внеклассные мероприятия проводить. — а что вы, Юлия, на это скажите? Не выгоните наших мальчиков, если они явятся как-нибудь к вам на вечер?

— Будем очень рады встретиться, — пообещала я. — Как раз в ближайшую субботу состоится у нас вечер-концерт, так что… добро пожаловать. Приглашаю всех старшеклассников от имени… членов учкома…

— А как же с тем мальчиком, с которым дружит та девочка? — шутливым тоном заговорила завуч, напомнив мне о том, что привело меня в мужскую школу.

— Ума не приложу, где теперь его искать.

— А мне сдается, — высказал свое предположение Малышев, — этого мальчика в природе вообще не существует. Та девчонка просто выдумала его, приняв желаемое за действительное. Насколько я знаю девочек, такое у них случается…

— Жизнь покажет, так это или нет, — без всякого энтузиазма в голосе заключила я.

В свою школу в этот день, заскочив ненадолго домой, чтобы перекусить и взять портфель с учебниками, явилась я за 15 минут до звонка на первый урок второй смены.

Когда вошла в класс и села на свое место, девчата, которым не терпелось узнать, что дало мне посещение мужской школы, взгромоздясь на парты, соседствующие с моей, чуть ли не на голову мне, засыпали меня вопросами. Получив на них ответы, озадаченные, слезли с парт и разбрелись по классной комнате, но тут же, спохватившись, что не обменялись мнениями, сбились в кучку и начали орать, обсуждая "последние известия". я к ним не присоединилась. Уставившись в одну точку в пространстве, стала думать и гадать, что же мне дальше делать.

Обойдя все паспортные столы в Левобережном и Правобережном районах, я выяснила, что в нашем, пока что малонаселенном городе, за исключением Малышева, не прописан, следовательно, не проживает ни одного юноши по имени Анатолий, примерно Инкиного возраста, который не работал бы на производстве, а учился в 10 классе общеобразовательной, а точнее, 18-ой школы. А что это означает? То, что нет у Ивановой ровесника-друга, которым она хвалилась, в которого якобы без памяти влюблена, что спор наш с ней недействительный и что, проиграв в нем, я ей ничего не должна.

Но покамест все это я доказала лишь себе. А как другим и ей в том числе то же самое доказать, я не знала. Ни в каком учреждении не смогут выдать мне справку, что в городе нашем не числится человек, фамилия которого мне неизвестна.

Да и некогда уже добывать какие-то справки. Время, отведенное мне на поиски Инкиного ухажера, истекает сегодня. Завтра чуть свет она может явиться ко мне домой и потребовать "долг за пари".