Витька Роднин и Юрочка Романов переговариваются.
Роднин. Юр, ты уже все содрал?
Романов. Все.
Роднин. Тогда дай тетрадку мне!
Романов. Какую?
Роднин. Без разницы, лишь бы не было ошибок…
Романов (ворчит). В классе выполняешь, выполняешь, еще и на дом задают.
Подсолнухов, положив голову на парту, спит безмятежным сном. Проснувшись вдруг, говорит громко:
— Ребята! Никогда не забывайте, какими были вы в школьные годы. И если кто станет учителем, будьте добрыми. Не наказывайте шалунов слишком строго…
Слушая "выступление" Димы, класс затих наконец.
— Дома. 12/XI
Маша, Вовка маленький и Галя (8 лет) играют в прятки. Галька залезла под кровать, так что торчат лишь голые пятки. Маша — под стол. Вовка "галит". "Я иду искать", — объявляет он и сразу видит Машу.
— Маша!
Из-под стола появляется голова:
— А ты меня еще бы поискал.
— Иди стукайся! — Вовка ждет, когда Маша подойдет.
Тем временем Галина выбирается из-под кровати, бежит впереди, Вовка за ней. А Матрена Иванна — последняя…
— Школа
На классном собрании был зачитан приказ директора Коробова Василия Евгеньевича: объявить Кулининой выговор с занесением в личное дело за дерзкое поведение.
Приписка, сделанная Юлией.
Выговор объявили, но умолчали, за что конкретно. Сдается мне, нагрубила она кому-то из наших педагогов-мужчин, которые часто бывают в гостях у Кулининых и, не стесняясь, пьянствуют на глазах у своей ученицы. Кому же именно не угодила Роза? Уж не самому ли директору? А может быть, тут кроется что-то более серьезное? Возможно, Коробов, выпив больше нормы, забылся и руки распустил? И схлопотал по физиономии? Вполне такое могло случиться. Роза ведь красивая девушка, а Василий Евгеньевич — известный в районе ловелас. Став директором, решил, наверное, что ему теперь все дозволено. И получил по заслугам. А Розочке нашей за ее смелый поступок не выговор, а благодарность нужно объявить — таково мнение девчат нашего класса. Вслух мы его не выразили, чтобы девушку не подвести.
- * * *
На том же собрании еще одному десятикласснику был объявлен "строгий выговор" за низкие показатели в учебе, да еще с предупреждением, что при повторении подобных фактов данный ученик будет исключен из школы.
Этот ученик — Натан Фридман, которого в прошлом учебном году "изгнали" из мужской школы, а в этом приняли в нашу. За II четверть имеет три двойки и одну единицу (по литературе). Зазнайка. Всякими способами старается доказать свое превосходство над другими.
— Урок истории
Учитель: Унылова! Выйдите из класса!
В чем дело? Унылова и Воробьева не хотят уступить место Фридману. Среди урока ему захотелось вдруг пересесть. Петр Николаевич почему-то поддержал нарушителя дисциплины, вместо того, чтобы призвать его к порядку.
Унылова молча встает, направляется к двери.
Воробьева (обращаясь к учителю): Можно мне вместе с Любой? Что она там, в коридоре, одна будет делать?
Учитель: Выходите, только без разрешения классного руководителя сюда не являйтесь.
Унылова и Воробьева выходят. Фридман занимает их парту.
Через некоторое время стук в дверь. Дверь открывается. На пороге, преисполненные чувством собственного достоинства, Люба и Таня.
Люба и Таня (вежливо): Петр Николаевич, Роман Федорович разрешил нам занять в классе свои места.
Учитель (как ни в чем не бывало): О Фридмане вы говорили Роману Федоровичу?
Люба и Таня: Говорили.
Учитель: Что ж, Фридман. Придется вам уступить. Пересядьте, пожалуйста, на свое место.
Фридман наклоняется, шарит под партой — ищет сумку. Оскорблен до глубины души. Цвет его лица — красный, как у вареного рака. Найдя свою сумку, высоко поднимает голову (то бишь нос) и, хлопнув дверью, покидает класс.
Не знаю, чего опасаются наши педагоги, беря под защиту нахала этого. Один Коротаев не считает нужным угождать сыночку "институтской шишки". Отец Натана заведует кафедрой философии в пединституте.
— Урок литературы 15/XII
Учитель, не проверив, вернул Фридману его сочинение.
Ученик (возмущенно): За что?
Учитель (спокойно): Работа выполнена неправильно.
Ученик: И что же в ней не так?
Учитель: Поля не с той стороны, чернила не те, грязь.
Ученик: Так предыдущую я этими же чернилами писал.
Учитель: Но в той работе поля были там, где требуется.
Ученик: Тогда только за поля?
Учитель: Да, за неправильные поля.
Ученик: Вот это да!
Стихотворение, посвященное Фридману.
Автор предпочел остаться неизвестным.
Самоуверен, нагл безмерно,
И совести ни капли нет.
Вы догадались уж, наверно,
Что это Фридмана портрет.
Его просили: "Дайте слово
По всем предметам успевать".
Он отвечает: "Слово? Что вы!"
"Придется ведь его сдержать!"
"Я не о том. К чему болтать?
Могу я делом доказать
Мне это ничего не стоит!
Пожалуйста, поверьте, что я
Могу учиться лишь на "пять"!"
И у него за четверть пять,
Но только "двоек", не "пятерок"!
Их можно больше ожидать
И, видимо, довольно скоро…
Сейчас, по глупости своей,
Он просто мелкий разгильдяй.
А вот как станет повзрослей,
Он будет крупный негодяй!
- * * *
Человек, который влюбляется в самого себя, неизбежно оказывается, как Лара в легенде Горького, никому не нужным, изолированным, одиноким.
- * * *
Сегодня школу посетил папочка Натана. Он вошел во время перемены в наш класс, и сразу же в глаза ему бросился Дима Подсолнухов. Фридман-старший подошел к пареньку, панибратски похлопал его по плечу и, покровительственно поглядев на Димочку сверху вниз не то удивленно, не то восхищенно, воскликнул:
— Ой, какой он у вас маленький! — затем спросил у нас строго, тоном защитника, готового прийти на помощь слабому. — И не обижаете вы его?
— Его мы уважаем, а не обижаем, — ответило сразу несколько человек, давая понять папаше Натана, что к маленькому Подсолнухову относимся мы куда лучше, чем к его верзиле-сыну.
Однако верзила этот в последние дни января 1951 года совершенно неожиданно для нас, своих одноклассников, начал исправляться. Получил четверку по физике, тройку по немецкому языку. Роман Федорович, узнав про эти его подвиги, пообещал поставить Фридману-младшему за контрольную работу не "2", а "3". "Придется поощрить парня, раз он таким героем оказался".
Много у нас, десятиклассников, недостатков, частенько допускаем ошибки, промахи, тем не менее наш класс считается в школе самым активным, так как "везет" всю общественную работу. А без нее была бы тоска. Лично я, Антонина Мудрецова, особой активностью не отличаюсь, и мне порою бывает очень стыдно за себя. В прошлом году была я активной. Занималась с двоечником Топорковым. Но это ему не помогло. Теперь ко мне никого из отстающих не прикрепляют, в том числе и самого запущенного из них — Натана Фридмана. Но с ним я ни за что не стала бы заниматься: очень неприятный тип…
Мы любим петь. С песней спорится работа. От хорошей песни веселей становится на сердце. Песня объединяет нас.
Чаще всего мы поем песенку про Николу. Ее сочинила я. И слова, и музыку к ним.
Вот еще одно мое стихотворение.
Окончим скоро школу мы,
Поступим в институт,
И в разные нас стороны
Дороги поведут.
В Свердловск, а может, в Молотов
Уеду скоро я,
А здесь, в Уральском городе,
Останутся друзья.
— Любимые песни 10 класса шк. N 19, 1950-51 уч. год
Шахтерский вальс
Над туманами, над туманами
Холмы терриконов стоят.
Над курганами, над курганами
Горит догорая закат
То не зарево, то не зарево —
Закат золотистый погас.
В этом зареве, в этом мареве
Огнями блистает Донбасс.
Хорошо, хорошо
В родимой сторонке у нас!
Ой, Донбасс, ой, Донбасс,
Огнями блистает Донбасс.
Поздним вечером, поздним вечером
Шахтеры из шахты идут.
Поздним вечером, поздним вечером
Заветные песни поют.
Эх, приволье, эх, раздолье,
Огнями ты радуешь глаз.
Весь пылающий, расцветающий,
Цвети, наш любимый Донбасс.
Хорошо, хорошо
В родимой сторонке у нас!
Эх, Донбасс, эх, Донбасс!
Цвети, наш любимый Донбасс!
Приписка моя (Юлии).
Как жаль, что еще не написана песня о нашем родном городе. Надеюсь: кто-то из моих товарищей и подруг когда-нибудь сочинит ее.
Песня о дружбе
Не только в радости, но и в печали
Мы верных нам друзей повсюду узнавали.
Нас школьная скамья недаром породнила,
Мы школьные друзья и в этом наша сила.
Кто в дружбу верит горячо,
Кто рядом чувствует плечо,
Тот никогда не упадет,
В любой беде не пропадет.
А если и споткнется вдруг,
