Джоэл поцеловал ее в шею, и Марли почувствовала, что узнает себя с новой стороны. Его пальцы ласкали ее грудь через махровую ткань полотенца. Внезапно лишние складки ее тела перестали быть чем-то, чего нужно стыдиться, и превратились в дополнительные прелести, которые можно ласкать и которыми можно любоваться.
Ну и что, если она не худая как щепка? Джоэлу-то она все равно нравится.
Сейчас Марли и самой нравилось ее тело, нравилось то, что Джоэл делал с ней. Нравилось то, как уютно она устроилась в углубление его локтя. Незабываемый аромат Джоэла дразнил ее и будил в ней первобытные инстинкты. Она вспомнила фразу, которую как-то сказала ее мать: «Я поняла, что твой отец – это он, как только почувствовала его запах».
Тогда Марли показалось, что это звучит несколько странно, но теперь она поняла. Ни один запах на земле не привлекал ее так, как запах Джоэла.
Эта мысль возбуждала ее.
Марли задумалась. То, что ей нравился его запах, еще не значило, что это был человек, выбранный ей судьбой. Любовь к этому человеку подразумевала огромные лишения и боль. Хватит ли у нее смелости и сил для этого?
Нужно было остановиться. Сию же минуту. Вот только Анджелина была против.
Нет, сестренка, не надо. Мне это нравится.
Именно в это мгновение Марли со всей очевидностью поняла, насколько ей самой это нравилось. Даже несмотря на опасность, неуверенность, страх. Она получала огромное удовольствие от того, что наконец-то сама жила теми приключениями, которые столько лет придумывала.
Она больше не была пухленькой девочкой на детской площадке, которая разговаривает сама с собой. Не была и замкнутой девушкой, у которой не было друзей, потому что ее отца обвинили в предательстве своей страны. Она была сильной и способной на все. Она ухватила жизнь за горло и теперь была намерена выжать из нее весь возможный опыт.
Джоэл сдвинул полотенце немного вниз, и она не стала этому противиться. Он поменял положение тела, и теперь она лежала на спине, глядя на него снизу вверх.
Неужели он был готов заниматься с ней любовью после такого ранения? Энергия Джоэла и восхищала, и пугала ее. Она не чувствовала себя в достаточной мере женщиной, чтобы удовлетворить такого мужчину.
Ну же, смелее, если ты оплошаешь, я всегда могу прийти тебе на помощь. Голос Анджелины вселял уверенность.
– Ты такая сексуальная, – тихо сказал Джоэл и провел языком по ее губам. Ей стало так щекотно, что она вжалась в матрас и смотрела ему в глаза, не в силах противостоять его притяжению.
Марли застонала от удовольствия, а он целовал ее все сильнее и требовательнее. Она обвила шею Джоэла руками, крепче прижав его к себе. В голове у нее звенело.
Каково это – заниматься любовью с таким великолепным экземпляром? Провести руками по его ягодицам, сжать эти гладкие упругие мускулы, напрягавшиеся при каждом его движении.
– Мы не должны этого делать, – прошептала она. – Пережив опасность, приключения и жар погони, люди часто принимают это волнение за нечто большее.
– Верно, – сказал он, нежно проводя большим пальцем по ее напряженному соску.
– Нужно остановиться.
– Угу. – Но останавливаться Джоэл и не подумал. Ей было так хорошо. Слишком хорошо. А такое хорошее просто обязано было быть плохим.
Марли попыталась сесть и разобраться в происходящем. Она чувствовала себя канатом, который тянут в разные стороны с одинаковой силой. Ее одолевали сомнения, мешая получать удовольствие от того, что происходило в настоящий момент.
В то же время, возможно, эти сомнения не давали ей совершить смертельную ошибку.
В конце концов, сомнения победили. Марли положила ладонь Джоэл у на грудь и оттолкнула его.
– Нет, – сказала она. – Хватит.
Выпрямившись, она запахнула полотенце, тряхнула головой и отвернулась от Джоэла, не в силах взглянуть ему в глаза.
За окном промелькнула тень, заслонив собой луч лунного света, падающий в комнату через неплотно закрытые шторы. Марли подняла взгляд на окно и увидела лицо мужчины, прижавшееся коконному стеклу.
Она закричала.
В ту же секунду Джоэл вскочил на ноги и выхватил пистолет. Его тело пронзила боль, скручивая его нервные окончания, как пучок соломы. Но вместо того чтобы замедлить его движения, боль послужила катализатором, приготовившим его к битве.
Он был воином, и единственной его задачей сейчас была защита Марли.
Она замерла на месте, вытянув руку в сторону окна. Джоэл схватил ее за плечо и ужаснулся, почувствовав, что кожа у нее просто раскаленная.
– Что случилось?
– Лицо в окне. Там был мужчина.
– Тебе удалось его рассмотреть? Это был тот же самый, кто пытался тебя убить?
– Нет. – Она потрясла головой. – По крайне мере мне показалось, что это не он. Этот старше.
Джоэл почувствовал, как его мозг начинает полностью контролировать ситуацию. Откровенно говоря, его даже пугала собственная способность мгновенно каменеть, перекрывая все эмоции. Эта способность не раз выручала его, когда он служил в спецназе, но вот мужу и любовнику она была ни к чему. Впервые в жизни ему захотелось избавиться от этой способности. Внезапно Джоэл позавидовал тем людям, которые могут себе позволить идти на поводу у эмоций. Быть непоследовательными, нелогичными, слабыми. В настоящий момент единственной эмоцией, которую он мог испытывать, была злость.
Ну не обидно ли?
– Так. – Он схватил Марли за руку и втащил в ванную. – Запри дверь. Не открывай ее никому, кроме меня. Поняла?
Она кивнула.
– Умеешь пользоваться пистолетом?
– Я стреляла один раз, когда готовила материал к комиксам.
– Этого достаточно. – Он нагнулся, сжав зубы отболи в боку, задрал штанину джинсов и вытащил малокалиберный пистолет, закрепленный у щиколотки. – Если кто-то ворвется к тебе, стреляй. Сможешь?
– Да.
Глаза Марли блестели от страха, но она решительно взяла пистолет. Джоэлу пришлось побороть желание схватить ее, перекинуть через плечо и взять с собой. Возможно, с ним она была бы в большей безопасности, чем здесь, в темноте и полной неизвестности.
Джоэл закрыл дверь ванной и подождал, пока Марли запрет ее изнутри. Теперь нужно найти того, кто за ними шпионил.
Сжимая пистолет двумя руками, и не замечая боли, точившей его измученную плоть, он плечом открыл заднюю дверь и проскользнул наружу, готовый к любым неожиданностям.
Но, кроме теней, он ничего не обнаружил.
Джоэл склонил голову, прислушиваясь и пытаясь услышать что-то необычное. Вокруг было тихо, слишком тихо. Куда делись все привычные звуки? Сверчки, лягушки, шепот ветра, блуждающего в песчаных дюнах. Даже неизменный размеренный шум океанских волн, разбивающихся о берег, казалось, затих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
