— Что ж, Бен, начнем с тебя. Где ты был, когда все случилось?
— Я? Я был с собаками. Надо же их кормить перед тем, как спустить. Ждал, когда Осия принесет кормежку.
Стивен не знал, что псов кормили перед тем, как спускать. Странно, ведь тогда они менее злы. А ведь в округе ходят просто легенды об этих чудовищах Робсартов.
— Осия тогда еще не пришел, и я сидел у клеток. Вот и увидел, как этот чернявый джентльмен несет леди Рэйчел.
— Чего-нибудь странного не заметил?
— Ничего. Ну, если не считать криков из парка. Я тогда еще подумал, не стряслось бы чего. Но ведь псы еще были в клетке.
Стивен кивнул:
— А ты, Осия?
Мальчик-подросток жался к Джеку Мэрроту, которым явно восхищался. Он вздрогнул, когда Стивен назвал его по имени, взглянул на Джека, словно ища поддержки, и втянул голову в плечи.
— Ну же, Осия.
Лицо мальчика было хмурым, как у маленького старичка.
— Не приставайте к нему, мистер, — вступилась толсту-ха Сабина, не прекращая орудовать скалкой. — Он находился в кухне, и я сама подогревала ему похлебку для псов. Да он только вышел, когда начался переполох.
Почему-то у Стивена сложилось впечатление, что от него что-то скрывают, как это принято в Сент-Прайори, в чем особенно упорствовал именно погибший управляющий. И теперь все словно объединились, чтобы следовать прежней традиции. Для себя Стивен решил, что попозже все же поговорит с мальчиком.
Он окинул всех пристальным взглядом:
— Вы должны понять, что я не просто так расспрашиваю вас. Мне и дела нет до всяких историй о призраках. Особенно о призраках, сталкивающих стариков с восьмиярдовой высоты. Поэтому я считаю, что Патрика Линча попросту убили. И моя обязанность как помощника шерифа выяснить, кем было совершено убийство.
Он осекся, поняв, что вряд ли поднимет свой и без того невысокий престиж, если начнет вдаваться в объяснения перед прислугой. Одновременно он отметил, что его слова не удивили челядь. Последовало какое-то удрученное молчание, словно они были согласны с ним, но предпочитали по-прежнему хранить мысли при себе. Что ж, если разговора не выйдет, он будет говорить с ними тем языком, который они понимают, — языком официального лица, требующего подчинения.
Допрос мало чем помог. Оказалось, что большинство из них, как часто бывает в таких домах, попросту собрались здесь после отхода хозяев ко сну, чтобы выпить рюмку перед затухающим камином и потолковать о своих делах. Здесь был Джек Мэррот, служанки Кэтти и Долл и ныне отсутствующий второй охранник Томас Легг, супруги Шепстон — Мэтью и Ребекка. А вот их сын Ральф отсутствовал, так как находился в это время у Энтони Робсарта, ибо того мучила бессонница, и он вел с юношей богоспасительные речи. Сейчас длинный как жердь Ральф невольно хихикнул с явной издевкой. Что ж, преподобного Энтони, родившегося в Сент-Прайори, но долго жившего вне стен замка и поселившегося здесь, по сути, недавно, слуги не жаловали, как и остальных чужаков. По крайней мере, это вычеркивало из круга подозреваемых и сэра Энтони, и Ральфа. Не было в кухне в тот злополучный час и горничной леди Евы, так как Нэнси уже спала.
Стивен тяжело вздохнул. Все они выбежали из кухни лишь на шум, узнать, что же произошло. Тогда они все были напуганы, но сейчас удивительно спокойны, даже едины в этом спокойствии. Стивен понял, что ничего не добьется, и решил поступить иначе. Он оставил их, но, поднявшись по лестнице, попридержал шпагу, чтобы не стучала по ступенькам, и осторожно вернулся, замерев у дверей.
— Неужели это и в самом деле призрак? — раздался взволнованный голос служанки Долл.
— Все может быть, — сказал Мэтью Шепстон. — Я уже много лет живу в Сент-Прайори, и хоть считаю, что каждый замок должен иметь в себе нечто этакое, но, клянусь Богом, сам-то ничего подобного не видывал. А ведь я знаю замок, как никто. С закрытыми глазами пройду по всем закоулкам.
— Призрак, призрак, — проворчала кухарка Сабина. — Мы-то ведь все знаем, что это был за призрак.
— Молчи, женщина! — прервал ее охранник Бен. — Я готов ставить голову на отсечение, что ты ошибаешься. Кому, как не мне, это знать.
Последовала долгая пауза, а затем Нэнси взволнованно произнесла:
— Может, нам стоит ему сказать? Сколько это будет продолжаться?
— А ты пойди посоветуйся со своей госпожой, — развязно бросил Джек. — Вмиг лишишься места.
Опять последовало молчание.
— Бедный старина Патрик, — со вздохом произнесла Сабина. — Рано или поздно это должно было случиться.
— Говорю, ты не о том толкуешь! — почти гаркнул обычно спокойный Бен. — И я, и Томас можем поручиться в этом. А вот что так напугало мисс Рэйчел, это вопрос. Она ведь ничего не боится — ни призраков, ни гоблинов, ни оборотней. А тут едва не выдала все.
Несколько реплик прозвучало так тихо, что Стивен ничего не разобрал. А потом раздались быстрые шаги, и Осия распахнул дверь прямо перед носом Стивена. Увидев его, мальчик издал сдавленный возглас, и лицо его исказилось таким ужасом, что Стивен испытал даже злость. Он видел, как все замерли, глядя на него, и почувствовал смущение, что его застали за подслушиванием. Но чувство долга вернуло ему уверенность, и он спокойно оглядел присутствующих.
— Вы думаете, я рано или поздно сам не докопаюсь до истины?
Они были растеряны, а потом на Стивена словно повеяло упрямой враждебностью их взглядов. «Эти будут стоять до конца», — понял он и молча удалился.
Теперь он направлялся в летнюю гостиную, где попросил собраться обитателей замка и гостей. Здесь присутствовали почти все. Почти, ибо кресло у большого окна-эркера, где обычно сидела за пяльцами Рэйчел, пустовало. Остальные были в сборе: Элизабет Робсарт разместила рыхлое тело на диванчике у стены и ела леденцы, доставая их из вышитой сумки на поясе; преподобный Энтони с глубокомысленным видом читал; Чарльз Трентон и Ева играли в шахматы, сидя на низких скамеечках по обе стороны прелестного шахматного столика венецианской работы из красного дерева и слоновой кости. Стивен Гаррисон невольно задержал на них взгляд, и сердце невольно кольнуло, когда он увидел, как этим двоим хорошо вместе. Ева, довольно улыбаясь, двинула своего коня и убрала с доски ладью соперника. Она была прелестна в платье темно-серого шелка с тонкой кружевной пелериной на плечах, ее волосы золотились в лучах солнца, обрамляя нежное лицо. На вошедшего она едва взглянула. Она казалась милой и оживленной, похоже, мрачные события минувшей ночи не сильно взволновали ее. Стивен уже успел заметить, что неприятности обитателями Сент-Прайори забываются на удивление легко, видимо, потому, что в замке довольно часто что-то происходило.
