— Я не пьян! — воскликнул Сэйнт. — Я не успел сделать и глотка, когда наш добрый друг начал задираться.
О причинах этого он даже не задумывался. Злобность была такой же характерной чертой его друга, как и цвет глаз. Почти всегда Сэйнт восхищался умением Фроста высказываться метко и остро, но не сейчас. Не тогда, когда дело касалось ее. Вот, значит, что любовь делает с мужчинами! Она настолько лишила его рассудка, что он был готов убить близкого друга из-за незначительной обиды.
Хантер решил, что настала пора объяснить друзьям, что происходит.
— Мы говорили о…
— Довольно! — прервал его Сэйнт и весь напружинился, готовясь снова наброситься на Фроста, если тому вздумается открыть всем правду.
— Старый спор, — сказал Фрост и встал на ноги, хоть и покачиваясь. Джудит скользнула ему под руку, чтобы помочь сохранить равновесие. — Который не стоит того, чтобы проливать из-за него вино и тем более кровь. Причем именно мою кровь. Так что нет смысла разбивать Хантеру нос из-за того, что он не может вникнуть в смысл нашей беседы.
Взгляд Хантера переместился с хитрых, немного осоловевших от выпитого глаз Фроста на охваченного яростью Сэйнта.
— Верно, нет смысла разбивать мне нос, — повторил он слова графа.
У Сэйнта немного отлегло от сердца, когда он увидел, что Фрост не расположен ставить всех в известность о причине их ссоры.
— Рейн и Син присоединятся к нам позже?
Вейн отпустил рукав Сэйнта и разгладил на нем складки.
— Нет. Они остались в опере с женщинами. А мы пошли искать тебя.
— Зачем? Что-то случилось?
Вейн посмотрел на Дэра так, будто ждал от него помощи.
— Дэр решил, что ты захочешь узнать о том, что в театре назревает беда.
Фрост рассмеялся:
— Ну что с вас взять! А я думал, что жены уже отучили вас от драк.
— Дело не в нас, — сказал Дэр и, насупив брови, впился взглядом в Сэйнта, видимо, собираясь говорить о серьезных вещах. — Это твоя дама сердца.
— Откуда ты… — Разумеется, его друзья знали о его чувствах к этой женщине. Знали о том, что он часто бывал в «Золотой жемчужине». Справившись с замешательством, Сэйнт подошел к Джудит. — Зачем твоя хозяйка пошла в оперу? — Когда ее губы приоткрылись, он добавил: — Говори правду.
Наверное, в первый раз Джудит было неприятно внимание порочных лордов.
— Из-за Мины. Прошлым вечером двое мужчин напали на нее и избили. Один из них сказал, что знает лорда Малкастера. Когда мадам В узнала, что Малкастер пойдет в театр, она решила…
Сэйнт зло выругался.
— Она хотела только встретиться с ним, — поспешила добавить Джудит на тот случай, если с мужчиной случилось что-то трагическое.
Мадам В всегда защищала своих девочек из «Золотой жемчужины». Если Малкастер был настолько глуп, что обидел кого-то из них, эта упрямая женщина наверняка захочет сама разобраться с ним.
— Мадам В в хороших отношениях с «Ноксом» и порочными лордами, — напомнил всем Хантер. — Если вы заподозрили, что с ней может случиться что-то плохое, почему не вмешались?
Фрост рассмеялся.
— Вот ведь какая незадача! — сказал он Вейну и Дэру. — Хантер, да у наших разлюбезных друзей сил не больше, чем у подагрического девяностолетнего викария.
— Именно так я бы не выразился, но в целом Фрост прав, — решительно произнес Вейн.
Хантер ухмыльнулся.
— Не согласен. Единственные мышцы, которые у Малкастера исправно работают, — это те, что у него между ног. Моя любимая бабушка загнала бы его, если бы была жива.
Если его друг был слишком пьян, чтобы что-либо понять, Сэйнт точно знал, почему остальные не вмешались в происходящее.
— Дело не в силе. Дело в их благоверных. — Он кивнул на Дэра. — Защищать честь шлюхи — все равно что объявить во всеуслышание, что ты близко с ней знаком и большой любитель продажной красоты. Я подозреваю, что дамы осведомлены о вашем прошлом, однако они не заслуживают публичного унижения.
— Значит, ты все понимаешь, — пробормотал Дэр.
— Да. — Сэйнт знал, что, окажись он на их месте, поступил бы точно так же.
— Поэтому мы с Дэром и пришли к вам. Подойдет любой, ведь вы все трое не женаты, — сказал Вейн, но смотрел при этом на Сэйнта. — У Малкастера будет преимущество, потому что его противника никто не станет открыто поддерживать.
— Малкастер — молодец против овец, а против молодца и сам овца, — с отвращением произнес Дэр. — Только трус станет обижать женщину.
— Я пойду, — вызвался Хантер.
Фрост, водя носом по ушку Джудит, обронил:
— Я тоже в деле.
Сэйнта не удивило, что Хантер и Фрост вызвались помочь. Несмотря на сегодняшнее поведение Фроста, он был порядочным, благородным человеком, как и Хантер. Лучших секундантов было не сыскать.
— Если мы всемером окажемся там, все решат, что мы что-то затеваем.
Дэр пренебрежительно пожал плечами.
— Нас и раньше вышвыривали из театра.
— Ты спятил? — воскликнул Вейн. — Хочешь, чтобы моя беременная жена оказалась посреди кровавой драки?
Дэр побледнел.
— Господи, конечно нет!
Реган была бесстрашной женщиной, но еще она была младшей сестрой Фроста.
— Женщинам не нужно ничего об этом знать. — Сэйнт хлопнул Вейна по плечу, он был благодарен друзьям за то, что они предупредили его. — И поэтому будет лучше, если я встречусь с мадам Венной один. Кто знает, может, мне удастся уговорить ее не нападать на Малкастера при всех.
— Мы уже пробовали, — призналась Джудит. На мгновение она перестала быть соблазнительницей и превратилась в обычную взволнованную женщину. — Но она никого и слушать не стала.
— Меня она послушает, — сказал Сэйнт и про себя прибавил: «Дай-то бог!»
Глава 23
Мадам Венне сейчас меньше всего хотелось быть очаровательной или благоразумной.
Но оба эти качества понадобились ей, когда она заняла небольшую частную ложу и стала ждать возможности подойти к лорду Малкастеру. Сейчас он любезничал с леди Гределл и ее спутницами. Жаль, что графиня при ее внешности не в деле. Мадам Венна могла бы сделать ее богатой женщиной. Но, если верить слухам, леди предпочитала предоставлять свои услуги даром.
Внимание мадам Венны снова переключилось на лорда Малкастера. «Подойдет ли он ко мне?» — подумала она. Он знал о том, что она здесь, и был достаточно самонадеян, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение. То, что он раньше подослал в ее дом это животное Холварда, не было для него помехой. И Ройлз. О нем она тоже не забыла.
В театр она ходила редко. Куртизанки использовали свои частные ложи для того, чтобы обзаводиться новыми покровителями, но у нее имелся свой собственный и не менее впечатляющий театр — «Золотая жемчужина», где можно было полюбоваться на изысканные костюмы, прекрасных дам и насладиться отточенным актерским мастерством. Единственная разница заключалась в том, что ее актрисы выступали не на сцене, а в спальнях. Даже полумаска и украшения мадам Венны, которым могли позавидовать дамы из высшего общества, прекрасно вписывались в эту обстановку.
