дабы смягчить грубость своих слов. — Это уж совсем древнее латинское выражение. Поспешай медленно.
Они зашагали прочь от берега и подошли к портовому кафе. Харлоу пригляделся к нему, покачал головой, и они направились к другому кафе, которое также его не устроило. В третье кафе они вошли. В нем было почти пусто. Они сели у занавешенного окна.
— А чем эта забегаловка лучше других? — спросил Рори.
— Хороший вид, — ответил Харлоу, отдергивая занавеску. Отсюда ему был отлично виден «Шевалье».
— Понятно. — Рори равнодушно открыл меню. — Не могу даже думать о еде.
— Давай все-таки попробуем перекусить.
Через пять минут перед ними поставили по огромному блюду рыбы, тушенной в винном соусе. А еще через пять минут Рори уплел свою порцию без остатка. Харлоу улыбнулся при виде пустой тарелки и довольного Рори, и вдруг улыбка сползла с его лица.
— Рори, смотри на меня. Не озирайся по сторонам. Главное, не оборачивайся к бару. Держись и разговаривай как ни в чем не бывало. Сейчас вошел тип, которого я немного знал когда-то. Механик, он убрался из команды через несколько недель после моего прихода. Твой отец выгнал его за воровство. Он водил дружбу с Траккьей, и раз мы встретили его в Бандоле, значит, дружба продолжается.
У стойки бара сидел смуглый человечек в коричневом комбинезоне, до того худой и костлявый, что походил на сушеного кузнечика, перед ним стояла непочатая кружка пива. Он сделал первый глоток и невзначай глянул в зеркало на стене. Его глазам предстало отчетливое отражение Харлоу, увлеченно беседующего с Рори. Он поперхнулся и расплескал пиво. Потом опустил кружку, положил на стойку мелочь и тихонько улизнул.
— Все звали его Сучком. Настоящего имени я не знаю. Думаю, он уверен, что остался незамеченным. Если он заодно с Траккьей, а это наверняка так, значит, тот уже на яхте. Траккья либо отпустил его на берег промочить горло, либо отослал вовсе, чтобы убрать меня без свидетелей, когда я окажусь на борту.
Харлоу раздвинул занавески, и они выглянули в окно. Небольшая лодка с подвесным мотором шла прямым курсом к «Шевалье». Рори посмотрел вопросительно на Харлоу.
Харлоу сказал:
— У нашего Николо Траккьи слишком нетерпеливый, я сказал бы даже, вспыльчивый характер, поэтому из него и не получилось выдающегося гонщика. Через пять минут он притаится поблизости в укромном месте, чтобы подстрелить меня, как только я покажусь в дверях. Рори, сбегай к машине. Принеси мне бечевку и клейкую ленту. Они могут пригодиться нам. Жди меня на набережной, у причальной лестницы.
Харлоу подозвал официанта, чтобы оплатить счет, а Рори нарочито степенным шагом направился к выходу. Однако, едва юркнув за плетеную ширму, служившую дверью, он побежал со всех ног. Прибежав к «феррари», он открыл багажник, сунул в карман бечевку с клейкой лентой, помялся в нерешительности, потом отпер дверцу водителя и вытащил из-под сиденья четыре автоматических пистолета. Выбрал самый маленький, остальные положил на место, хорошенько рассмотрел пистолет, снял его с предохранителя и спрятал во внутренний карман. Потом торопливо зашагал к набережной.
У лестницы, спускающейся к причалу, двухэтажными шеренгами стояли бочки. Харлоу с пистолетом в руке и Рори укрылись в их тени. Они видели и слышали, как подплывает моторная лодка. Мотор затарахтел реже, потом заглох; по деревянным ступеням причальной лестницы затопали ноги, и на набережную поднялись двое: Траккья и Сучок. В руках у Траккьи была винтовка. Харлоу вышел из тени.
— Стоять смирно, — приказал он. — Траккья, брось винтовку. Руки вверх, кругом. Я уже устал повторять, но придется: первый, кто сделает хоть одно подозрительное движение, получит пулю в затылок. Вряд ли я промахнусь с четырех футов. Рори, взгляни, чем запаслись твой бывший друг и его приятель.
Рори обыскал их и нашел два пистолета.
— Выброси в воду. Эй вы, марш за бочки. Лечь лицом вниз, руки за спину. Рори, займись Сучком.
Не прошло и двух минут, как Рори, обогащенный недавним опытом, упаковал Сучка, точно индейку.
— Для чего лента, знаешь? — спросил Харлоу.
Да, Рори знал это. Двумя футами черной изоленты он напрочь лишил Сучка способности издавать звуки.
— Дышать-то он может? — поинтересовался Харлоу.
— Чуть-чуть.
— Ну и ладно. Впрочем, это не так важно. Мы оставим его здесь. Глядишь, утром кто-нибудь найдет. Хотя и это мелочи жизни. Траккья, встать.
— А разве вы…
— Мистер Траккья нам нужен. А вдруг на яхте есть еще один охранник? Уважаемый Траккья — крупный специалист по заложникам, так что понимает, для чего он нам понадобится.
Рори поглядел на небо.
— Что-то медленно эта туча ползет к луне.
— Да, не торопится, — согласился Харлоу. — Но мы рискнем. Траккья прикроет нас.
Моторка заскользила по лунной дорожке. Траккья правил на корме, Харлоу с пистолетом в руке сидел на средней банке лицом к Траккье, Рори, на носу, был впередсмотрящим. До сине-белой яхты оставалась всего сотня ярдов.
Высоченный силач в рубке поднес к глазам бинокль и нахмурился. Он отложил бинокль, достал из ящика пистолет, вышел, вскарабкался по лестнице наверх и распластался на крыше.
Моторка причалила к трапу, и Рори привязал ее к поручню. По знаку Харлоу, державшего Траккью на мушке, тот первым влез на борт и посторонился, чтобы дать дорогу Джонни. Рори взобрался на яхту последним. Харлоу велел ему оставаться на месте, а сам подтолкнул Траккью дулом пистолета в спину и пошел осматривать судно.
Спустя несколько минут Харлоу, Рори и мрачный как туча Траккья собрались в ярко освещенной кают-компании.
— На борту вроде бы никого, — сказал Харлоу. — Миссис Макалпин, как я понимаю, в той запертой каюте внизу. Давай ключ, Траккья.
Раздался густой бас:
— Стоять. Не оглядываться. Брось пистолет.
Харлоу выполнил все команды. Через кормовую дверь в кают-компанию вошел матрос.
— Чистая работа, Паули, — хищно улыбнулся Траккья.
— Рад стараться, синьор Траккья, — ответил матрос. Он шагнул вперед, по дороге небрежно пихнув Рори на диван, и нагнулся за пистолетом Харлоу.
— Теперь ты брось пистолет. Быстро! — срывающимся от волнения голосом прокричал Рори.
Не веря своим ушам, Паули круто обернулся. В трясущихся руках Рори плясал пистолет.
— Ишь ты, как распетушился, малявка, — просиял Паули и вскинул свой пистолет.
Рори трепетал как осиновый лист на студеном ветру. Он сжал губы, зажмурился и спустил курок. В замкнутом помещении кают-компании оглушительно громыхнул выстрел, но и в этом грохоте было слышно, как Паули взвыл от боли. Он с обидой и удивлением уставился на кровь, сочившуюся из-под пальцев, которыми он вцепился в раненое правое плечо. Траккья тоже изумленно взирал на Паули, но Харлоу сильнейшим левым хуком в живот вывел
