Казалось бы, Вернадскому логично было прежде всего исследовать роль живых существ в судьбе химических элементов Земли, минералов, горных пород. К нашему веку эта роль была достаточно ясна, геологи хорошо знали о создании биогенных осадков, продуктов жизни; о захоронении и подземных превращениях живых организмов; о драгоценных жемчужинах и перламутре.
Правда, роль живых существ во взаимодействии планеты с космосом в те годы еще не была понята. А вот о производстве металлов, о добыче полезных ископаемых имелись количественные данные. На этой основе появилась возможность научно (оперируя фактами, а не только рассуждая) исследовать геологическую деятельность людей.
Количественные показатели хозяйственной (технической) деятельности отдельных государств и всего человечества оставались в соответствующих статистических справочниках, экономических трудах. Геологи не привлекали эти материалы для своих исследований. Жизнь человека, общества, государства — это одно, а жизнь природы и, тем более земной коры, горных пород, минералов — совсем другое. Никому не приходило в голову объединить столь разнообразные, несопоставимые понятия: деятельность человека и геологический процесс.
Вернадский сумел увидеть то, что давно было у всех перед глазами, объединил, казалось бы, несоединимое. В том и заключается великая простота и неожиданность крупных научных открытий. Ученый стал исследовать геологическую деятельность человечества в ее сходстве и различиях с другими природными геологическими силами.
Надо, однако, помнить: сама по себе идея, что человечество — часть природы и входит как составной элемент в «механизм Земли», к началу нашего века успела стать популярной в среде ученых.
В конце прошлого века ей были посвящены известные книги Э. Реклю, Л. И. Мечникова (брата знаменитого физиолога), Ф. Ратцеля. Еще раньше, в середине века, вышла замечательная работа Г. Марша «Человек и природа». В ней приведено немало примеров конфликта между обществом и окружающей средой и особо подчеркивался неявный, но подчас наиболее серьезный, а то и катастрофический эффект от непреднамеренных, непредвиденных воздействий человека на природу. Некоторые идеи Г. Марша сохраняют и поныне свое научное значение.
И все-таки геологическая роль человека недооценивалась учеными, Вернадский первым вывел некоторые геохимические и общегеологические закономерности деятельности человека на планете. Он совершенно справедливо связывал геологическую мощь человечества с техническим и промышленным прогрессом: «Вся история техники показывает нам, как постепенно человек научился видеть источник силы в природных предметах, казавшихся ему мертвыми, инертными, не нужными». Развивая эти идеи, Ферсман в своем четырехтомном труде «Геохимия» обстоятельно описал геологическую деятельность промышленного человека и дал ей точное наименование — техногенез.
В 1922 году вышла в свет книга английского ученого Р. Шерлока «Человек как геологический агент». Там было сказано, между прочим, что человек своими руками, своим трудом, своими научными достижениями приспосабливает окружающую природу к своим нуждам.
Для Вернадского было особенно важно выделить роль знаний, науки в преобразовании планеты. Мысль освещает и направляет действия человека! Мысль — пусть порой ошибочная — пронизывает все создания человека. Именно эта особенность представлялась ученому наиболее важной.
Большое впечатление на Вернадского произвела опубликованная в 1928 году работа Э. Ле Руа «Происхождения человеческого рода и эволюция разума». Размышляя над причинами и механизмами необычайной власти человека над окружающей его природой, Ле Руа провозгласил необходимость глубокого философского анализа деятельности человека и, главное, выяснения роли разума на Земле. Ле Руа отмечал, с одной стороны, значение труда, созидания в перестройке планеты, с другой — силу человеческого интеллекта, способствующую превращению биосферы в ноосферу, сферу разума.
Идеи Ле Руа оформились в 1923–1924 годах, когда он вместе со своим другом (впоследствии крупным антропологом и философом) Тейяром де Шарденом слушал в Сорбонне лекции Вернадского. Не удивительно, что Вернадскому пришлась по душе идея Ле Руа и Тейяра де Шардена о ноосфере (идею разрабатывали и Ле Руа и Шарден, но последнему, так как он был иезуитом, церковное начальство не разрешало публиковать свои философские труды).
В 1938 году Вернадский писал:
«Мы присутствуем и жизненно участвуем в создании в биосфере нового геологического фактора, небывалого в ней по мощности…
Закончен после многих сотен тысяч лет неуклонных стихийных стремлений охват всей поверхности биосферы единым социальным видом животного царства — человеком. Нет на Земле уголка, для него недоступного. Нет пределов возможному его размножению, научной мыслью и государственно организованной, ею направляемой техникой, своей жизнью человек создает в биосфере новую биогенную силу. Жизнь человечества, при всей ее разнородности, стала неделимой, единой. Событие, происшедшее в захолустном уголке любой точки любого континента или океана, отражается и имеет следствия — большие и малые — в ряде других мест, всюду на поверхности Земли. Телеграф, телефон, радио, аэропланы, аэростаты охватили весь земной шар.
… Создание ноосферы из биосферы есть природное явление, более глубокое и мощное в своей основе, чем человеческая история…
Это новая стадия в истории планеты, которая не позволяет пользоваться для сравнения, без поправок, историческим ее прошлым. Ибо эта стадия создает по существу новое в истории Земли, а не только в истории человечества».
Итак, сфера разума, область господства человеческой мысли; особая стадия в истории Земли. Казалось бы, все ясно. Однако Вернадского не вполне удовлетворяли подобные формулировки. Он продолжал размышлять о ноосфере и в последний год своей жизни испытывал не только удовлетворение от сознания верности своих идей, но и серьезные сомнения. В его статье «Несколько слов о ноосфере» есть такие слова: «Мысль не есть форма энергии. Как же может она изменять материальные процессы? Вопрос этот до сих пор научно не разрешен».
Действительно, ноосфера обладает странным свойством: оставаясь областью мысли, разума, она одновременно активно участвует в перестройке планеты.
«Научная мысль человечества работает только в биосфере и в ходе своего проявления в конце концов превращает ее в ноосферу, геологически охватывает ее разумом».
Вернадский писал о необходимости выделять в биосфере царство разума, которое со временем охватывает всю область жизни и выходит в космос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
