Пошатнулась уверенность в том, что между ними реально существуют какие-то близкие отношения. Не выходил из головы эпизод с тем мелким типом. Она позволяла мальцу себя трогать, вот это-то и бесило. С одной стороны, всё логично, молодая девушка не должна встречаться с таким мудаком, как Соболь. И не в возрасте, бля, заморочки, хотя и в нём тоже. Сам его мир, полный кровавых разборок, борьбы за право власти, больших)грязных) денег… Владе здесь не место.
— Макс, ты где завис? — толкнул его в плечо Рыжий, — слышь, чё я говорю?
Максим с трудом смог вынырнуть из тяжёлых дум о ней.
— С чего ты взял, что Бабай будет на нашей стороне? Лично с ним я незнаком, но слухи до меня доходят. Вроде как за колючкой он держал в кулаке всю шваль, считаются с е го мнением все бродяги.
Бродягами на зоне называли воров старой закалки, к коим и относился упомянутый авторитет. Родом Бабаев был из Санкт-Петербурга, ходок имел аж шесть с времён своей юности, и все за кражу. Не водилось за ним мокрухи и разбоя, он был истинным «медвежатником». И единственным в Союзе, кого «короновали» прямо в тюремном лагере.
— Кое-кто из наших с тобой знакомых живёт с ним в бараке. — Роман наклонился над другом, многозначительно прищурив глаза. — шепнули невзначай, типа, на воле крутые терки из-за беспредела, про Хоттабыча рассказали, намекнули, что бабки воровские в надёжном месте. Ну, и за тебя слово дали, что ты свой, да побазарить с Бабаем хочешь. Короче, числа десятого он будет в Питере, велел передать, что в гости, типа, ждёт.
— Хлебом — солью встретит или сразу молиться, как с самолёта сойду? — невесело пошутил Максим, не испытывая уверенности, что питерский вор сумеет разрулить ситуацию и осадить тех, кто зуб на него, Максима, точит.
— Не беги впереди паровоза, дружище. — поморщился Ромыч, и было ясно, что и ему не по себе. — правда за нами. Да, забыл сказать, мои пацаны засекли, где прячется этот ублюдок Кит.
Вот это была добрая весть. Максим резко встал, вмиг отбросив на задний план все прочие мысли.
— Погнали, побеседовать хочу с парнишкой. — как только он дотянулся до телефона, тот в который раз взорвался звонком от Нелли.
— Чё ей надо? — усмехнулся Рыжий, глядя, как друг натягивает куртку. — может, в натуре, чего стряслось, а? Давай, я узнаю, помогу по возможности решить проблемы.
Максим скривил губы, повернув экран к Роману. Смс гласила: «Не понимаю, почему ты молчишь, Соболев? Как это расценивать?»
— Ни хрена у неё не случилось, уж я-то её знаю. Чё-т тут не так, Ромыч. — задумчиво произнёс, идя к двери номера. — гладко всё больно, складно, как в пьесе. И, главное, смахивает на подставу.
— Ты про мелкую свою, что ли?
Они торопливо двинулись к машине Рыжова, джип Соболя стоял в гараже друга, чтобы лишний раз не светиться, не напороться на ненужные напряги.
— Морда смутно знакомая у мальца.
— Пашка ж за твоей протеже присматривает. — вспомнил вдруг Роман, хлопнув Соболя по плечу, — у него и спроси, чё за перец Владку лапал. Она ж не в курсе, что он негласно рядом. А то, может, и разговор слышал.
— Дело говоришь. — согласился Максим.
— А если начистоту, Макс. — помолчав, продолжал Роман, прибавив в магнитоле звук, и взглянув на спидометр. — подозреваешь, что ли, девчонку, ну, типа, водит за нос, а сама — подсадная утка?
Предположение Рыжего заставило Соболя улыбнуться. Нелепо… Какая с Владки шпионка, она ж врать-то толком не умеет. У неё на лице все эмоции разом отражаются, и в глазах тоже. Внезапно осознав, как ему стало не хватать малышки, её смеха, детских обид, Максим хмуро отрубил:
— Забудь об этом. С неё такая же Мата Хари, как с меня, бля, законопослушный гражданин.
— Хм… Ясен пень. — насмешливо подытожил Ромыч, набросив скорость. — ну, так не парься, брякни ей и все счастливы. А то у меня хандра начинается, когда ты психуешь.
— За дорогой следи. — буркнул Максим, прервав щекотливую тему, и пытаясь отгородиться от навязчивых мыслей о девчонке.
Впрочем, решимость его иссякла очень быстро. Поддев коленом Романа, он посмотрел в боковое стекло, и выудил из кармана мобильный:
— Притормози вон у той пиццерии, дело есть. Свяжись с пацанами, пусть ждут нашего приезда. Мудак Кит уже никуда не денется, дадим ему чуток упиться превосходством.
Рыжий и без пояснений понял, что за таинственное дело неожиданно возникло у Макса, и, пряча ухмылку, свернул в указанное направлении. Война войной, а любовь, конечно, вне расписания.
* * *
Что такого важного понадобилось от неё Нелли, Владка не догадывалась, но тревога всё же грызла. Возможно, несостоявшаяся работодатель хочет поговорить о Соболе, упрекнуть её в том, что она влезла в их отношения? Наверное, ещё несколько дней назад, до своего бегства и последующей ночи в доме Хоттабыча Влада отступила бы. Ведь поступила, по сути, нехорошо, отняла у Нелли её мужчину, в общем, стала разлучницей. Однако теперь решительно настроилась на борьбу за право быть счастливой, и сдаваться без боя не собиралась.
Нелли опаздывала, а ждать девушка не любила. С нетерпением посмотрев на дисплей телефона, она огляделась. Битых полчаса тут торчит, а могла бы уже быть дома! Завтра с утра нужно купить медицинскую книжку, пройти медосмотр, и выходить на работу. Эта мысль грела. Больше не придётся голодать, пора начинать самостоятельно жить, не завися вообще ни от кого.
Когда минул час, а потом ещё двадцать минут, Влада набрала номер женщины. Но, к её удивлению, мобильный Нелли оказался отключён. Домой вернулась в плохом настроении, теряясь в предположениях, что же такого хотела сообщить ей бывшая любовница Максима, и почему не приехала на встречу.
Едва вывернула из-за угла, как ощутила бешеное сердцебиение. У калитки стоял знакомый джип, и Влада припустила бегом. Ромыча мог отправить Соболь, может быть, за тем, чтобы что-то ей передать! Конечно, она бы предпочла увидеть самого Макса, а не его друга. Но появление Романа говорило о том, что любимый о ней не забыл. Наряду с этим неприятно кольнула другая мысль — вдруг с ним случилась беда, раз Рыжий здесь!
Она рванула калитку, и обомлела. От крыльца шагнул Соболь, взгляд его был странно изучающим, цепким, как в день их необычного знакомства. Ноги перестали повиноваться, и каждый шаг давался с трудом, словно она шла против набегающих волн, или тонула в рыхлом снегу. Пусть весь мир подождёт, главное, он приехал, и можно его обнять.
Влада счастливо выдохнула, прильнув к Максиму, припала к нему так, что никакая сила сейчас не заставила бы её от него отлепиться. Нахлынули разом облегчение, радость, шквал таких эмоций, что сбилось дыхание.
— А как же запрет видеться? — улыбаясь, подняла голову, ища в его глазах хоть чуточку тех же чувств, что одолевали её.
Тёплые руки Соболя легли на её талию, скользнули ниже, и сжали ягодицы. Он был хмур, и Владка похолодела.
— Что-то… произошло?
— Послушай, маленькая… — он умолк, вглядываясь в её лицо, и не ослабляя объятий. — на днях мне надо будет уехать в Питер. Я щас не хочу тебя пугать, просто хочу, чтобы ты знала. Ну, если вдруг случится так, что я не вернусь…
Она замерла, мгновенно подумав, что никуда его не отпустит. Поедет с ним. Да неважно, как, но заставит взять её с собой, ибо суеверно верила, что только так убережёт его.
— Тебе угрожают? — голос дрогнул, Влада вцепилась в его плечи, не в силах отстраниться. — скажи правду! Это из-за общака? Они обвинили тебя в убийстве дедушки?
— Да не, пока всё тихо. — успокоил Соболь, чуть улыбнувшись. — я чё приехал-то… Сказать тебе хочу кое-что. Потом, может статься, уже не смогу, хрен знает, чё там, в Питере… Живи, девочка. Обо мне не думай, и не из таких пакостей вылезал. Короче, всё у тебя сложится, ты умница, я сразу это просёк. Характер держи, не давай никому себя сломить.
Она совершенно не понимала, о чём он говорил. Чего Макс от неё требует, забыть его? То есть, она ему не нужна?
