моряков есть принцесса?
– Что? – хором сказали мы с Локи.
– Принцесса, – повторил старик дрожащим голосом, – так, значит, у нас снова будет маяк?
– Маяк?
– Маяк принцессы, – сказал нам Рори специальным преподавательским голосом, – виден из любой лоции на расстоянии до двадцати морских миль до перехода из лоции к Мосту, в зависимости от погоды и природных преград, например островов. Мостовитянин, увидевший маяк принцессы, может воспользоваться лоцией вне зависимости от ее состояния и зависит только от собственных навигационных умений.
– Ничего себе, боюсь, ты от этого трудоустройства не отвертишься, – хмыкнула Локи.
– А почему Алкеста? – начал было я, но Рори покачал головой:
– Приемная принцесса? Маяк ее не принял. Вы что, не знаете?
Я покачал головой. Стоп. Нет. Я – покачала – головой? Можно, я тоже убегу? Хорошо Вангу.
– Так, отсюда нужно уходить? – спросила Локи старого капитана.
– Еще как, – ответил тот и осторожно выбрался из-за стола, – Локи, накиньте, пожалуйста, тоже плащик и перчатки найдите, у вас, э-э-э-э… принцесса… были?
Я забежал в рабочую комнату – там, на удивление, оставался порядок; прошелся по разгромленной прихожей, нашел две рабочие перчатки от разных пар. Рабочие – это значит без большого и указательного пальцев, для работы в холодном помещении. Ну, будут у Локи торчать наружу четыре прозрачных пальца, издалека сойдет за украшения.
На улице был обычный день, множество людей шли и бежали по своим делам туда и сюда. Рори вел нас по улице, не оглядываясь. А Локи озиралась, прихрамывая.
– Не беспокойтесь, – прогудел ей старый капитан, – если там кто и сидел в засаде, он ждал или молодого капитана, или безрукую женщину. Вы обе не подходите.
Локи оглянулась на меня.
– Слушай, а… у тебя же в доме все равно нет расчески?
– Нет, – растерянно сказал я.
– А что ты вообще обычно делала с волосами?
– Ну, обрезал, если мешали…
Локи хмыкнула.
– Мне… хотя, наверное, нам… срочно нужны расческа и зеркало.
– Зеркало у меня есть, – прогудел Рори, – а расческу, расческу посмотрю в вещах жены… должна быть.
Но расчески мы не дождались, умылись, поели и упали спать, куда показал старый капитан. Я толком даже не скажу, что именно мы ели. Так, что-то жевали, но ни вкуса, ни памяти о том, как выглядело место, где мы ели, не осталось.
Когда я проснулся, было снова утро. Недалеко от меня на стуле сидела Локи в какой-то другой одежде и расчесывала мокрые волосы.
– Тебе бы тоже помыться. Капитан оставил чистую одежду, мне вот это, а тебе балахон, почти как твой старый.
– А сам он где?
– Он, кстати, велел на улицу не соваться. Обещал скоро вернуться.
Капитан Рори вернулся не скоро. Я успел помыться, со внезапно большим огорчением убедившись, что да, я женщина не только на лицо. И, в общем, смутно поняв, что гигиенические привычки вполне тому соответствуют, просто раньше это не удавалось осознать. И Локи меня расчесала. Ох. Пожалуй, я опущу этот эпизод.
Рори выглядел устало.
– Принцесса, Петеан прислал вам книжку, – сказал он и потянулся за пазуху, – и он попросил меня показать вам что-нибудь, что можно будет сломать, или разбить… или сжечь, когда вы ее посмотрите. Вот все, что на подоконнике, – в вашем распоряжении. Да и само окно, ничего страшного, оно во двор.
– Может, мы сами до него дойдем? – осторожно спросила Локи.
– Пока не уберут мертвецов с улиц, никуда вы не пойдете, – твердо ответил Рори, – я сам-то… по чердакам, со своей спиной, но страшно же.
Мы переглянулись.
– Что происходит? – тихо спросила Локи.
– Уже, насколько я понимаю, все произошло. Ночью с позавчера на вчера был убит король. Наследник забаррикадировался где-то во дворце, ясли захвачены, еще несколько человек то ли в плену, то ли погибли. Вчера утром наследник и его люди как-то вынырнули на Южном съезде, подняли береговую охрану. Войско Моста и маги заодно, но с гильдией что-то очень неладно… Фактически здания больше нет. Моряки поддержали наследника. Адмиралтейство горит, квартал офицеров горел, но затушили, на рейде половина кораблей сгорела. Ваш мальчик… мичман… чудом вытащил Петеана из офицерского квартала, они сначала ушли к Грюнеру, но у него тоже опасно, мичман провел их обоих в какую-то нору и сегодня утром прибежал ко мне. Вы спали, я сходил к ним один. В этом районе уже тихо, и люди говорят, затихло везде – но чем именно дело кончилось, я не знаю. Надо ждать.
Старик вытащил тоненькую книжечку, почти тетрадку, заложенную обрывком писчей бумаги.
– А гильдию не ты разгромила, кстати? – невинным голосом спросила Локи.
– Не разгромила, а поплавила, и не я, а наследник через гемму, – сказал я и завис с протянутой к тетрадке рукой. Отделившийся поток. Гемма. Вот он, значит, как ушел из осады. Если королевские геммы – непосредственная связь с Мостом, то я дал Мосту сил подключить их, а дальше наследник уже воспользовался нечаянной помощью.
Может, и не такой уж нечаянной, он же был в курсе насчет нашей экспедиции.
Догадывался ли он, какие появятся возможности, или заговорившая гемма его вначале испугала? Этого я не знал. Да и того, что только что сказал, вроде не знал… Издержки большого подключения.
Хорошо. Вопрос в числе того, о чем я спрошу наследника… Короля, когда мы снова встретимся. Если он на прямом контакте с Мостом, у мятежа нет шансов. Я взял книжечку. На закладке чернилами нарисована стрелка, «туда смотри», видимо.
Называлась книжечка «Методические указания для обеспечения соответствующей вассализации при подготовке потенциального бонефикуса к рукоположению». Я едва ее не выронил. Руки потом вымою. Петеан не зря мне ее прислал, не для того же, чтоб меня на нее вырвало.
– Где он это взял? – спросил я с ужасом.
– А вот это отдельный разговор. Петеан говорит, что он ее украл. Совсем вот недавно, и что мичман ему помогал, и что он потом расскажет.
– Чувствую, Жур тут без нас не скучал, – прокомментировала Локи.
Я развернул книжечку на заложенной бумажкой странице. Один абзац был обведен чернилами.
В случае, когда магическая емкость вассализируемого существенно превышает таковую у вассализирующего, предписывается тщательнейшим образом изучить душевные качества вассализируемого. Если возможности вассализирующего позволяют выработать однозначные эмоционально-деятельностные реакции вассализируемого, добиться их безвариантного ответа на предъявляемую стимуляцию, только в таком случае можно переходить к закреплению вассализации и групповым формам работы. Без достижения убедительной достаточной управляемости реакциями вассализируемого дальнейшая работа с этим вассализатором строго запрещается.
Я успел поднять взгляд, книжечка не вспыхнула, а только затлела; окно вылетело вместе с рамой, взрывающиеся в воздухе горшки медленно переворачивались, лопались, дымились. Мгновение, и мир снова обрел обычную скорость из вязкого сиропа. За окном загремело, раздался чей-то возмущенный крик.
– Кхе, – сказал Рори, – соседское белье, забыл про него.
– У тебя же должно было отшибить магию, – хладнокровно уточнила Локи.
– Немножко осталось, на донышке, – сказал я каменным голосом. Лиэм, твое величество, так ты расплавил
