он, привлекая внимание к нашей гордо идущей четверке.
Так мы и вошли в обеденный зал огромных размеров. С одной стороны меня держал отец правителей, с другой — Рагнар. Аксель шел рядом с братом, бросая недовольные взгляды на слишком любопытных оборотней, которые внимательно наблюдали за нашим шествием.
— Ты сядешь между мной и Аксом, — донесся до меня взволнованный голос Рагнара.
— Да где угодно, — хмыкнула я. — Главное, что не на полу!
Передо мной отодвинул кресло сам Аксель, не обращая внимания на сопение брата. По всей видимости, это хотел сделать именно он. Корнуэл то и дело давился смехом, поднимая мое настроение до небывалых высот.
— А где же сядет папа? — возмутилась я, пристально смотря на парней.
— Спасибо, дочка! — приобнял меня старик. — Хоть кто-то решил обо мне позаботиться. Но я заметил в толпе старину Редворда, вот к нему и подсяду. А вы здесь втроем уж как-нибудь без меня.
— Садись за наш стол, — начал Рагнар, но старик отмахнулся от него:
— Пойду к народу. Да и не рассчитан этот стол для четверых.
Корнуэл словно из воздуха вынул бутылку с вином, в которой находилась двойная порция моего зелья и, откупорив крышку, разлил его по бокалам.
— К сожалению, — печально начал он. — Девушкам нельзя пить этот напиток. Так что, парни, он только для нас. Ваше здоровье, — Корнуэл пригубил вино и, увидев мои расширяющиеся глаза, подмигнул.
Сразу поняла, что он не собирается его пить, иначе у старика выдалась бы непростая ночка. Правители последовали за отцом и отпили по глотку. Немного распробовав, они допили содержимое бокалов и, отпустив бывшего правителя, уселись на свои места. Никак не отпускало чувство пристального взгляда, причем не одного. Их точно было несколько. Откинув дурные мысли подальше, начала думать о том, что буквально через пятнадцать минут двух очень самоуверенных волков накроет такое сильное желание, что я им даже немного сочувствую. Хотели стоящий член — получайте!
48. Возвращение силы
Аксель
Смотрел на улыбающегося отца и готов был расцеловать нашу ведьмочку, что она смогла вытащить его из скорлупы, в которой он просидел около десяти лет. Как бы мы с Рагнаром не пытались задействовать его в дела государства, хотя помощи нам совершенно не требовалось, но папа отказывался. Он ссылался на то, что мы и сами все можем.
Наш отец имел немного необычный дар. Я бы даже сказал, очень редкий. Он умеет читать души. Иногда может определить: лгут ему или нет. Правда, для него это трудно, но при желании он способен распознать правду. Скорее всего, именно поэтому Дарию он невзлюбил с первого взгляда. Хотя наши чувства с отцом к этой волчице полностью совпадали. Уж слишком хитрой она была, подлизываясь к Рагнару и каждый раз добиваясь своего. Единственное, что показалось мне странным, она не могла находиться рядом с папой. Пусть он и не так часто баловал нас своим вниманием, но даже и в эти столь редкие разы, она избегала его общества.
Кроме нас с Рагнаром, никто не знал про дар отца, что очень много раз выручало в опасных ситуациях. И вот сейчас, глядя на то, как он ласково разговаривает с Киарой, я делал свои выводы. А они были очевидны. Ведь это могло значить лишь одно: ведьмочка не желает нам зла. Просто немного шкодит. Хотя то, что она сотворила со мной и братом, шкодничеством назвать очень сложно.
Не скажу, что был обделен вниманием. Я всегда чувствовал на себе заинтересованные взгляды и получаю приглашения, чтобы поразвлечься. Но то, что происходило сейчас, такого со мной еще ни разу не было. Столько внимательных глаз. Шепотки, обсуждающие нашу ведьмочку, которой было совершенно наплевать, что ее оголенные участки кожи жадно разглядывают.
— Я сейчас всех выгоню к чертям! — прорычал Рагнар, приподнимаясь с кресла.
— Ну что ты? Не стоит! Сегодня праздник, — мурлыкнула Киара, хватая его за руку и усаживая обратно. — Лучше выпей вина!
— Акс, а налей мне еще отцовского, — злобно рыкнул брат, сверкая глазами по сторонам.
— Э-э-э, — протянула ведьмочка. — А может, не стоит? Ну, мало ли, вдруг оно сильно крепкое?
— Боишься, что наш самоконтроль уступит место желаниям? — прошептал я, склоняясь к ее шее и опаляя кожу горячим дыханием.
— А чего ей бояться? — ухмыльнулся брат. — Зелье нам она так и не отдала. А ведь обещала!
— Я всегда сдерживаю свои обещания, — прошептала она чуть хриплым голосом.
Не удалось сдержать улыбки. Она вспыхивала, словно спичка, только от одного моего дыхания. Видимо, зов пары все же берет свое. И неважно: оборотень она или ведьма.
— И это несказанно радует, — кивнул Рагнар, разливая остатки отцовского вина по бокалам.
В течение пяти минут все гости расселись по своим местам и стали ждать появления слуг с подносами. Я хлопнул в ладоши, и оборотень, стоявший возле дверей, поспешил скорее их распахнуть. Множество слуг в белых рубахах и темно-синих фартуках наполнили зал. И чего только не было у них на подносах. Запеченные до хрустящей корочки поросята, тушеные утки, жареные куры и перепелки. Копченое мясо, запеченная рыба. Множество овощей и фруктов. И, конечно же, вино. Много вина. Сегодня праздник, а значит, не стоит отказывать себе в удовольствии немного расслабиться. Оборотни мгновенно заводили носами в предчувствии вкуснейших яств. Потянулся к бокалу с вином и шумно сглотнул. Под кожей как будто разлилась огненная лава. Дыхание участилось. Стало настолько жарко, что я поспешил отпить вина. Осушив бокал до дна, облегчение не пришло.
— Да твою же мать! — рыкнул брат. — Киара, что было в этом вине?! — взмолился он.
— Ну-у-у, — виновато протянула она. — Я же говорила, что не стоит больше его пить.
— Что в нем? — выдохнул я, чувствуя, как каждое слово дается с трудом.
В данный момент я напоминал дракона, который плевался огнем.
— То, чего вы так сильно хотели, — непринужденно хмыкнула она, срывая виноградинку и раскусывая ее зубами.
Сок ягоды брызнул на пышную грудь, и я едва поборол свое желание, чтобы не слизнуть эту каплю языком.
— Ну, теперь молись, ведьмочка, — прошипел брат, скрепя зубами. — После бала тебе точно сбежать не получится!
— Ага! — хмыкнула она, слизывая с губ остатки виноградинки. — Вы для начала выдержите этот бал, а там будет видно!
Только хотел открыть рот, чтобы подтвердить слова брата, но к нашему столу подошли слуги, расставляя на нем еще пышущие жаром блюда.
— Ой, какая прелесть! — воскликнула Киара, приподнимаясь с кресла, пытаясь оторвать ножку от курицы, которую поставили на другой край стола.
— Да ты издеваешься! —
