познали местное радушие. Я же осталась безучастной. Жив — и слава Моране! Подступив ближе, приоткрыла рот командира. Зубы вырваны, дёсны измочалены в кашу, язык откушен под корешок. Кремень! Смогла бы я отгрызть часть собственного тела? Скорее всего, нет, тут нужен особый характер, мой — лишь ковался, до закалки ещё далеко.
Извлёкши коробку с фиалами, принялась один за другим вливать в пересохшее горло мученика. Привычное похрустывание переломанных костей возвестило о том, что регенерация заработала в полную силу. Не дожидаясь результата, смочив губку живой водой, принялась обтирать измождённую плоть.
Полковник пришёл в себя минут через десять — должно быть, внутренние повреждения оказались серьёзней, чем я полагала. Некоторое время бойцу понадобилось для осознания ситуации, и лишь когда он полностью очухался, перерезала цепи клинком. Поддерживать не пришлось, Шорох твёрдо стоял на ногах, лишь слегка покачиваясь из стороны в сторону.
— Я верил, что ты придёшь, княжна! Только чего так долго валандалась? — Глаза вояки округлились, взгляд устремился за плечо Безобразова. — Мне мерещится или я вижу ряженную в «Мародёр» ящерицу?
— Знакомься, старина, это Нова, моя протеже и член семьи. Прошу любить и жаловать. Обижать не моги. Резкая, что тот понос, — на каждый раздражитель в бутылку лезет. Девочка с норовом, но боец уникальный. Что и как — потом расскажу, нет времени, нам ещё соратников вызволять!
— Странная она, вроде бы человек, но не человек. Вылитый демон? Ты её из самой преисподней вытащила? — Шорох неспешно обошёл анчутку по кругу и попытался пощупать рог.
Это он зря, конечно, я же предупреждала: руками не трогать. Объект своенравный, доподлинно не известно, что можно, а что нельзя. Оказалось, что даже попытка касания к рожкам — табу и расценивается как вторжение в личное пространство. Клацнули острые зубы — три пальца полетели на пол.
— Полковник, ты вроде взрослый человек! Не суй руки, куда собака хер не суёт! — Шорох, сцепив зубы, лишь промычал в ответ что-то невнятное. — Нова, этот невоспитанный мужчина отныне твой непосредственный командир, его приказы не обсуждаются! Усвой, наконец, здесь нет врагов, мы единый организм и ты часть его!
Подобрав обрубки, разложила на медицинском столике и выудила из хранилища обе берестянки.
— Давай сюда руку, прилеплю, пока тёпленькие. Да не смотри на меня так, Безобразову конечности приладила, а тут какие-то пальцы, делов на минуту!
Воин, недобро скосившись на анчутку, подошёл ко мне и протянул окровавленную кисть. На этот раз всё сделала по уму, чтобы не пилить потом персты почём зря. Плоть прижилась вмиг, чувствительность воротилась спустя несколько секунд. Шорох недоверчиво поглядел на пальцы, пощёлкал перед носом и зачем-то лизнул.
— Ты ещё в зад засунь! Облачайся в броньку, и двигаем, пока ветер попутный!
Достав комплект снаряжения и два «Скорпиона», передала из рук в руки. Полковник, внимательно осмотрев стволы, обратился ко мне:
— Те самые? Мощь! Сколько бойцов из отряда выжило? Там у пещеры по мне чем-то прошлись, полагаю, что парализатор, ничего сделать не смог! Когда язык откусил, второй раз приложили. Про тебя пытали, ты им нужна, я-то солдат тёртый, многое повидал, отлично понимаю, что сломать можно любого, вот и пошёл на крайние меры!
— Вы с Безобразовым одного поля ягоды. Запомни, полковник, попал в плен — сливай всё, что знаешь и не знаешь! Это приказ! По-настоящему засекреченную информацию ты не выболтаешь никогда, а всё остальное — мусор. Сколько раз я тебя целовала в лоб?
Воин, напружив мозг, покраснел.
— Четыре, если не изменяет память, к чему вопрос?
— Да к тому, что каждый подобный поцелуй запечатывал информационный пакет, вытащить который невозможно в принципе!
— Я думал, это проявление женского участия…
— Ага, держи карман шире, нашёл святую Параскеву! Мой косяк, не донесла до всех причастных о поцелуе Тёмной Богородицы, а теперь оба подошли ко мне! — Княжич и полковник шагнули вперёд, я клюнула лбы мужчин сухим поцелуем. — Отныне вы в курсе, попробуйте об этом поговорить.
Тридцать секунд соратники разевали рты, словно выброшенные на берег рыбы, но так ничего вразумительного изречь не смогли.
— Так-то, ребята! Не подумайте, что я не оценила напрасные жертвы, напротив, лишний раз уверилась в полной лояльности, но не забывайте, вас не раскололи до жопы лишь потому, что сами палачи те ещё рукожопы! Полковник, да ты и так в курсе, а вот Роман только постигает азы военной науки.
— Наследник рода Безобразовых…
— Не продолжай, Рома, я наслышана! Выступаем, время дорого! Ах да, Шорох, семеро — двухсотыми, остальные — триста. Погибшие ратники осваиваются в Нави у Мораны. Отслужив мне здесь, вы продолжите нести службу за гранью. Смерть — это только начало пути!
Пока нам везло, но везение не вечно, в скором времени обнаружат пропажу кучи народа. Исчезновение более чем сотни человек не может долгое время оставаться незамеченным. Ну а дальше понятно: всех в ружьё, план «Перехват» и чего там ещё положено в подобных случаях?
Благодаря карте наметила маршрут в обход гигантского производственного цеха: ширина — пятьсот метров, длина более километра. Как удалось выдолбить в толще скалы непомерно огромное помещение — оставалось только догадываться, без магии явно не обошлось. Судя по всему, народу там видимо-невидимо. Не будь с нами Новы, под мимикрией могли бы пройти незамеченными, но мелкая уж очень непредсказуема, а её ненависть к исконному врагу не имела границ. Засыплемся сразу же, как только войдём в ангар, поэтому приняла непопулярное решение. Лишиться анчутки я не имела права: слишком ценный представитель нового вида, а может статься, что и родоначальник целой расы разумных существ. Дело-то за малым — найти девчонке достойного самца и поглядеть, чего будет.
Нова, будто уловив мысли, резко обернулась и оскалила острые зубки, явно не согласная с моими планами на её будущее, я же предпочла не педалировать ситуацию, не хватало ещё истерик в духе «Маменька, я выйду замуж только по любви». Указав малой на потолок, построила отряд согласно плану: мелкая в качестве внезапного фактора вверху, Буля в статусе утилизатора внизу, полковник в пяти метрах по левой стеночке, Безобразов
