отношении к ГКЧП и условиям передачи президентских полномочий Янаеву. Сессию Верховного Совета СССР Лукьянов назначил на 26 августа. Многие авторитетные политики, эксперты считали, что Союзный парламент и можно, и должно было собрать раньше.
Из показаний мэра Санкт-Петербурга А. Собчака
Заявление Лукьянова по Союзному договору недопустимо ни с моральной, ни с правовой точки зрения, так как при обсуждении этого вопроса в Верховном Совете СССР он вместе со всеми поддерживал проект Союзного договора, а затем неожиданно выступил против него. Его заявление неслучайно было опубликовано вместе с другими документами ГКЧП и предваряло их. Это заявление я расцениваю как попытку придать видимость законности действиям ГКЧП. Причем использовался авторитет Лукьянова и как государственного деятеля, и как известного в стране юриста.
Фактическую поддержку ГКЧП Лукьянов обеспечил и тем, что не созвал немедленно заседание Верховного Совета СССР, как обязан был сделать.
Из показаний президента Украины Л. Кравчука
С Лукьяновым по телефону я говорил круто и очень грубо. Потребовал немедленно созвать сессию Верховного Совета СССР, сказал, что Украина требует действий, и мы выступим всем Верховным Советом. Он заверил меня, что все понимает, со мной согласен, и мы сейчас будем предпринимать какие-то шаги. Такой был мне ответ. Но после этого никаких действий не предпринималось.
По-моему, Янаев нужен был только на то время, пока соберется съезд. Это была очень простая схема. Собрал Верховный Совет, а съезд избрал Лукьянова президентом. На этом все и закончилось бы.
Из показаний главного редактора редакции программы «600 секунд» Санкт-Петербургского ТВ А. Невзорова
Утром 19 августа часов в 11 утра я позвонил Лукьянову, чтобы узнать его отношение к случившемуся. Ответ Лукьянова сводился к тому, что, поскольку он не является прямым участником происходящего, то не хотел бы давать интервью, так как сам еще до конца не разобрался.
На вопрос, не инсценировка ли это, Лукьянов ответил, что ничего не может сказать.
Что касается «Заявления Председателя Верховного Совета СССР», то я его воспринял тогда просто как его мнение по Союзному договору. Связи с документами я не увидел. Сейчас же я считаю, что если бы это было как «проторивание» путей для ГКЧП, то тогда могу сказать, что Лукьянов молодец, что тем самым способствовал такому положительному документу, каким, с моей точки зрения, является «Обращение к советскому народу».
Второй раз я позвонил Лукьянову в 22.30. Хотел поделиться с ним своими впечатлениями от всего происходящего и, главным образом, от выступления мэра Санкт-Петербурга А. Собчака. На мой взгляд, это выступление провоцировало на столкновение народ и войска. На это Лукьянов сказал, что все в порядке. Это меня разозлило: как это можно так легкомысленно оценивать речь Собчака. Я спросил, что он собирается делать. Лукьянов ответил, что планирует поехать на дачу. Я просто был этим шокирован. Спросил его, что делают члены ГКЧП, на что он ответил, что тоже отдыхают.
Из обвинительного заключения
Свидетель Шаймиев М. Ш., председатель Верховного Совета Татарстана, показал, что 19 августа 1991 г. он, прибыв в Москву для участия в процедуре подписания Союзного договора, услышал по радио об отстранении М.С. Горбачева от обязанностей Президента СССР и возложения его обязанностей на вице-президента СССР Янаева Г.И., а также о создании ГКЧП. Не дозвонившись до Ельцина, он с группой представителей автономных республик пошел к Лукьянову А.И. Ему были заданы вопросы о том, что означает нынешняя ситуация, что это за ГКЧП, где Горбачев, что означает его заявление по Союзному договору, переданное вместе с документами ГКЧП? Лукьянов ответил, что сам недавно прилетел в Москву, свое заявление писал раньше и что через несколько дней Верховный Совет рассмотрит вопрос о придании ГКЧП конституционного статуса. Сказал, что Горбачев болен. Кроме этого, Лукьянов заявил, что сам не в состоянии объяснить детали происходящих в стране событий и рекомендовал обратиться к Янаеву, чтобы уяснить обстановку. Лукьянов сказал, что в 12 часов Янаев готов их принять.
Председатель Верховного совета Чувашии Леонтьев А.М. пояснил, что на вопрос, в связи с чем создан ГКЧП и объявлено чрезвычайное положение, Лукьянов ответил, что обстановка очень тяжелая, экономика разваливается, порядок разрушается, дисциплина падает. Показалось, что Лукьянов более рассуждал, чем высказывался. Спросили о состоянии здоровья Президента СССР. Лукьянов ответил, что Горбачев болеет, но не настолько, чтобы было можно опасаться за его жизнь. Выполнять же свои обязанности на сегодня он не может. Сомнений в правдивости слов Лукьянова у него не возникло, но он все-таки заявил, что в таком случае нужно заключение врачей и заявление самого Горбачева, чтобы объяснить народу. Из ответа Лукьянова мы поняли, что это будет сделано, а на предстоящей сессии Верховного Совета СССР будут подтверждены и полномочия ГКЧП, и вице-президента Янаева. У нас создалось впечатление, что все, что сделано ГКЧП — законно, руководство страны едино и в курсе всех дел.
Из показаний председателя Верховного Совета Якутской-Саха АССР М. Николаева
Лукьянов сказал, что президент поехал в отпуск больным, что знает его лет сорок, что Михаил Сергеевич — честный человек. Со слов Лукьянова, Горбачев в последние годы работал очень много, устал и тяжело болен. Лукьянов сказал именно так. Лукьянов сказал и о том, что происходящее совершается в интересах самого Горбачева и что суда над президентом не допустят. Также проинформировал нас, что займет нейтральную позицию в происходящих событиях, так как является законодателем.
Из показаний председателя Совета национальностей Верховного Совета СССР Р. Нишанова
Я убежден, что, учитывая чрезвычайный характер событий, сессию Верховного Совета СССР можно и нужно было созвать в течение двух-трех дней, то есть не 26 августа, а не позднее 21. Техническая возможность для этого была. Многие депутаты уже находились в Москве. Другие готовы были немедленно вылететь. Событие волновало всех. Но дата была определена Лукьяновым лично. Вероятно, это было связано с выжидательной позицией Лукьянова. Он наблюдал за тем, кто возьмет верх, и, как я полагаю, занял бы сторону победителя.
ДОСЬЕ СЛЕДСТВИЯ
документ без комментария
В СЛУЧАЕ БОЛЕЗНИ ПРЕЗИДЕНТА НУЖНЫ ВРАЧИ, А НЕ ТАНКИ НА УЛИЦАХ…
(Из обращения председателя Европарламента Барона Креспо к Анатолию Лукьянову)[3]
Господин Председатель, уважаемый коллега, в момент, когда я писал Вам письмо с благодарностью за оказанное мне чудесное гостеприимство и интересные беседы, я узнал о государственном перевороте в СССР. Затем до меня дошла, хотя несколько необычным путем, информация о ключевой роли, которую, как представляется, Вы играете в настоящий момент.
Учитывая всю сложность происходящих событий, позволю себе поделиться с Вами информацией и высказать Вам один совет. Прежде всего, сообщаю, что мною
