должен был уменьшиться аппарат местных Советов. 5 августа Совнарком УССР принял постановление о мобилизации в Красную армию мужчин в возрасте до 45 лет[331]. В сентябре 1919 г. в Красную армию было направлено 20 тыс. коммунистов, что составляло примерно 60 % всего состава КП(б)У. Значительная часть руководящих партийных работников, в том числе Г. Л. Пятаков, А. С. Бубнов, В. П. Затонский, С. В. Косиор, Н. А. Скрыпник и другие, были направлены на ответственную работу в Красную армию. Мобилизация проводилась не только в городах, но и в селах. На настроения крестьян существенно влияла политика А. И. Деникина, который восстанавливал господство помещиков и их собственность на землю. Крестьянство осознало опасность, угрожавшую ему в случае победы белогвардейщины, и стало активнее помогать советской власти. Это нашло свое выражение в прекращении дезертирства, которое в середине 1919 г. достигло угрожающих масштабов. Начался обратный процесс – добровольное возвращение дезертиров в Красную армию. Объявленная советским правительством мобилизация встретила поддержку крестьянства Украины. В трех военных округах к июлю 1919 г. было принято более 155 тыс. мобилизованных, из них на Южный фронт отправлено около 31 тыс. рабочих, а остальные были приняты в части, сформированные в соответствующих военных округах[332]. С мест поступали сообщения не только об успешном ходе мобилизации, но и о массовом движении за добровольное вступление в ряды Красной армии[333].
Большевистское и советское руководство пыталось переломить ситуацию, подготовить контрнаступление на Южном фронте. Сюда перебрасывались войсковые части с Восточного фронта, принимались меры по усилению партийно-политической работы среди войск. С этой целью были мобилизованы руководящие партийные и советские работники. В действующие войска были направлены сотни политработников. В конце июля войска Южного фронта насчитывали около 172 тыс. штыков и сабель против 152 тыс. штыков и сабель противника[334]. Контрнаступление советских войск должно было начаться 1 августа 1919 г.
Однако военную операцию не удалось подготовить должным образом, началась она с опозданием, велась недостаточно организованно и успеха не имела. Более того, 30 августа пришлось отступать из Киева. Вблизи Одессы в окружение попала Южная группа войск (бывшие 45-я, 47-я и 58-я дивизии) под командованием И. Э. Якира (члены РВС В. П. Затонский и Л. И. Картвелишвили).
Южная группа (свыше 20 тыс. бойцов с большим количеством имущества в обозе) прошла походным порядком более 600 км по деникинским и петлюровским тылам и почти ежедневно вела бои[335]. После окончания похода командование докладывало: «В течение почти трех недель войска Южной группы рассеяли все встречные банды, разбили в районе Умани две петлюровские дивизии, затем разбили значительные петлюровские силы при переходе через железную дорогу Киев – Казатин, в районе ст. Каменка»[336]. Успех этого похода стал возможным потому, что население местностей, через которые проходили советские войска, оказывало им поддержку и помощь.
Совершив чрезвычайно тяжелый рейд, части 45-й и 58-й дивизий освободили Житомир и развернули наступление на Киев, 14 октября прорвались уже на его западные окраины. Однако через три дня упорных, кровопролитных боев белогвардейцы, подтянувшие серьезные подкрепления, оттеснили красноармейцев к г. Ирпень.
Захваченные в Украине территории стали основным достижением Добровольческой армии и плацдармом для развертывания дальнейшего наступления на Москву. А. И. Деникин перенес в Екатеринослав свою резиденцию и создал в августе правительство – Особое совещание. Именно здесь он, приняв на себя командование Вооруженными силами Юга России, объявил цели и задачи белого движения: реставрацию монархического строя и возрождение великой империи в довоенных границах; установление дисциплины и порядка; защиту православной веры; введение диктатуры; восстановление смертной казни – за участие в бунтах, большевистских и других подрывных организациях, дезертирство в армии; объединение казачества; разработку законов о земле, кооперативах, земствах, профсоюзах и т. д.
В ряде законодательных актов А. И. Деникин детализировал основные направления своей политики. Так, «Временное положение о гражданском правлении» устанавливало схему территориально-административного деления. Согласно этому документу, были образованы Киевская, Харьковская, Новороссийская области, Терско-Дагестанский край, во главе которых назначались главноначальствующие – должностные лица наподобие генерал-губернаторов с диктаторскими полномочиями. Им подчинялись губернаторы, начальники уездов и волостей.
Декларируя стремление к установлению гражданского мира, деникинская власть на самом деле провела целый ряд непопулярных акций. Прежде всего, это – жестокие репрессии по отношению ко всем, кто подозревался в оппозиции к режиму. В Юзовке по обвинению в сотрудничестве с большевиками белогвардейцы вешали местных рабочих. Без суда и следствия в Одессе расстреляли более 3 тыс. человек, в Харькове – около 2 тыс., в Екатеринославе – 3 тыс. человек. К середине сентября 1919 г. в Киеве по политическим мотивам было арестовано 1 700 человек. И хотя в годы Гражданской войны подобные репрессивные акции сопровождали установление любой власти, население воспринимало меры белогвардейцев особенно болезненно, так как они имели не только партийный, но и национальный подтекст.
Руководители Белой гвардии принципиально не воспринимали любых сепаратистских проявлений, не признавали государственных образований, возникших на обломках империи. Гонения на украинскую культуру проявились в закрытии украинских газет и журналов, изъятии книг на украинском языке из книжных магазинов Киева. Восстановление дореволюционного законодательства в области образования лишало учебные заведения с «малороссийским языком обучения» финансовой поддержки государства. Подобные указания были даны земствам. Отменялось преподавание украиноведческих предметов (истории, географии, литературы, языка) как вредоносных и ненужных. Специальным распоряжением было приказано снять во всех учреждениях портреты Т. Г. Шевченко. Черносотенцы сбросили с пьедестала бюст Кобзаря и разбили его.
Еще одним неотъемлемым признаком режима стало попустительство черносотенству, разжигание антисемитизма. В этом усматривалось стремление к мести, ведь в составе социалистических партий, в частности большевистской, было много евреев. Белогвардейцы инспирировали около 400 еврейских погромов, направляя гнев шовинистически настроенных маргиналов, люмпенов не только на состоятельные слои еврейства, но и на ремесленников, торговцев, мелких собственников. Попытки еврейской буржуазии Екатеринослава, Киева, Харькова войти в контакт с деникинской властью (с целью прекращения погромов) существенных результатов не дали.
На занятых деникинцами территориях реставрировались старые, дореволюционные порядки[337], восстанавливалась частная собственность на средства производства. Возвращая утраченные предприятия, их бывшие владельцы ликвидировали 8-часовой рабочий день, который теперь длился 11–12 часов, а заработок не обеспечивал прожиточного минимума.
Еще более тяжелым стало положение и трудящегося крестьянства. Возобновив помещичью собственность на землю, деникинцы обязали крестьян сдать помещику половину собранного на его землях сена, треть урожая хлеба, одну шестую – картофеля и овощей. Кроме того, каждый крестьянин должен был внести до 1 сентября 1919 г. как единовременный налог на нужды белогвардейской армии 5 пудов зерна с каждой десятины земли из собранного в этом году урожая. В случае несвоевременной сдачи налога хлеб отбирали в принудительном порядке, но уже в двойном размере. Возвращаясь в свои экономии, помещики с помощью карательных отрядов заставляли крестьян сносить обратно имущество, изъятое в свое время комбедами, или платить за него непомерно огромные суммы.
Наезды карательных отрядов сопровождались
