Читаем без скачивания От аншлага до «Аншлага» - Евгений Крыжановский

Кстати, непревзойденное умение Анатолия фокусировать всеобщее внимание на себе знают все, кто с ним общается. Я тоже не раз испытывал это на своей «шкуре». Например, на банкете по случаю моего 45–летия только первые два тоста еще успели сказать в честь меня, а потом попросили спеть Анатолия — и все забыли, зачем они собрались. Когда под утро мы разъезжались по домам, то многие, по-моему, были уверены, что побывали на дне рождения Длусского.

Аналогичная история произошла в начале 90–х и на приеме, в связи с приездом в Минск Павла Глобы. Собрался весь бомонд, были приглашены министры, депутаты, пришла даже жена Кебича (тогда он еще был самым самым). Предполагалось, что выступят многие известные артисты, но когда Анатолий спел пару своих песен, его стали просить спеть еще и еще, и в результате он стал «гвоздем» программы, до некоторых участников концерта из-за него очередь просто не дошла, а самого Глобу даже забыли отправить обратно в Москву.

Если говорить о личной жизни Анатолия, то он 17 лет скитался по частным квартирам, будучи прописанным в общежитии филармонии на Белинского, где некогда жил и я, и надежд на получение своей квартиры у него не было. Хотя, при желании, он мог бы найти жену и с квартирой, и с машиной, и с прочими материальными благами. Но Толя — максималист, и он просто искал ту, идеал, который нарисовал в своих мечтах, а на меньшее был не согласен. И даже не искал, а просто ждал, когда она придет. И дождался.

И просто женился он поздновато, но зато теперь у него есть все, о чем только можно мечтать. Жена Вика, двое сыновей Егор и Глеб, свой дом (не квартира, а дом), «Мерседес», множество друзей и поклонников, клипы, диски и многочисленные приглашения. Толя является постоянным членом, по другому и не назовешь, многих белорусских команд — биатлонисты, футболисты, теннисисты считают за честь взять Толю с собой на соревнования в группу поддержки. С нашими спортсменами он побывал и на зимней Олимпиаде в Лейк-Плесиде в США, и на всех Мировых первенствах и чемпионатах.

Родные Анатолия сейчас живут в поселке Руденск Пуховичского района. Когда я однажды приехал к ним в гости, и за стол вместе с Анатолием сели трое его братьев во главе с родителями, то сразу вспомнил фильм «Крестный отец».

Хотя Анатолий родился и вырос в Беларуси, и все его предки в обозримом прошлом тоже были из этих мест, внешностью он отличается от среднестатистического белоруса — и довольно сильно. Это дало нам повод придумать и запустить на радио, телевидении и в газетах «утку» о том, что он, дескать, сын француза и итальянки. Почему на самом деле и он, и его братья такие смуглые и кучерявые, никто не знает, чтобы ответить на этот вопрос, надо забраться в глубь истории, может быть, аж до времен войны с Наполеоном, а то и дальше. По нашей же легенде, родители Анатолия приехали порознь в Беларусь после войны восстанавливать СССР и разрушенное народное хозяйство. Обвиненные в шпионаже, они попали в сталинские лагеря, там познакомились, прошли через все ужасы ГУЛАГа, а, освободившись, поженились и вернулись в полюбившуюся им Беларусь. Все выглядело очень солидно и правдоподобно, и хотя Анатолий в финале легенды уступал величиной состояния графу Монте-Кристо, зато явно превосходил происхождением Эдиту Пьеху.

Когда слухи об этом дошли до Руденска, бабки, которые знали мать Анатолия с пеленок (она на их глазах родилась и выросла), стали обиженно ее упрекать: «Что же ты, Марья, скрывала от нас, что ты итальянка?» А она долго не могла понять, в чем дело, пока сын ей все не объяснил.

В любом из городов мира, где нам доводилось бывать, Анатолий чувствовал себя, как рыба в воде, легко ориентируясь и быстро находя нужное место. Мы убедились в этом, гуляя с ним и в столице Арабских Эмиратов Дубай, и в Париже, и в Амстердаме. Не знаю, чем это объяснить, возможно, он, как птицы, находит дорогу по сигналам из космоса, но для нас это до сих пор загадка. Не могу удержаться, чтобы не рассказать, как он выручил нас в Амстердаме. Попав в столицу Нидерландов, мы, как настоящие советские мужчины, решили посетить улицу «красных фонарей», на которой расположены знаменитые публичные дома. Долго проплутав по городу, мы вышли, куда хотели, но после посещения этого злачного места потеряли не только головы, но и ориентировку на местности. Мы даже не представляли, в какой стороне находится наш автобус, каждый указывал свое направление, не совпадавшее с другими. Кто-то робко предложил обратиться в полицию, кто-то — взять такси, но последнее было страшнее не только полиции, но и тюрьмы, так как за такси, сами понимаете, нужно было платить. Анатолий уверенно сказал: «Идите за мной», — и повел нас, как Данко. Мы пытались сначала как-то оспаривать выбранный им маршрут, но скоро, подавленные его уверенностью, замолчали и только старались не отставать. И он нас вывел! Мы пришли ровно за пять минут до отправления автобуса, когда уже начиналась паника и высказывались предположения одно страшнее другого: нас похитили, убили, мы стали жертвами какой-то жуткой провокации или, что было самое страшное — решили остаться…

В декабре 1994 года одна совместная арабско-белорусская туристическая фирма предложила нам слетать в Объединенные Арабские Эмираты и выступить там, в Новогоднюю ночь перед туристами из стран, входивших ранее в СССР. В качестве платы за работу нам любезно предложили «поехать в Тулу со своим самоваром», то есть взять бесплатно с собой жен. Мы все воспользовались этой возможностью, даже тогда хронический холостяк Длусский пригласил в поездку одну из последних своих подруг.

О том, как нас встретил Дубаи, столица ОАЭ, можно написать отдельную и достаточно грустную байку, но никакие временные трудности и неприятности не смогли испортить нашего праздничного настроения. Ведь в случае успеха, а в этом никто из нас ничуть не сомневался (слава Богу, столько лет на сцене), мы получали возможность регулярно «на халяву» отдыхать на райских пляжах Персидского залива да еще привозить оттуда очень неплохие деньги.

Эмираты встретили нас традиционной предновогодней погодой — 30° жары в тени. Несколько дней мы, как спортсмены для акклиматизации, понежились в небольшой, но роскошной гостинице «Карлтон» на берегу моря, а потом нас повезли в огромную 25–этажную гостиницу, на крыше которой и должно было состояться выступление. Основную часть крыши занимал бассейн, по бокам которого располагались столики для зрителей, огромные «шведские» столы со всевозможными закусками и безалкогольными напитками (алкоголь шариатом строжайше запрещен) и площадка для артистов. Аппаратура, которую нам предоставили для выступления, по местным понятиям была, как нам сказали, самой обычной, но в СНГ мы такую видели только в импортных каталогах, у нас подобную роскошь позволить себе может разве что молодая чета Киркоровых.

Начать праздничную программу должен был я в роли Деда Мороза. Опыт у меня огромный, я в этой роли выступаю еще со студенческих лет, она и тогда меня очень неплохо кормила, бывало, за одно выступление получал сумасшедшие деньги — рублей по 25. Можете прикинуть, сколько удавалось иногда «намораживать» за всю новогоднюю кампанию.

Нас предупредили, что многие туристы будут с детьми, поэтому мы выбрали такую тактику проведения праздника: сначала я ублажаю детишек, чем одновременно, располагаю к себе и их родителей, а потом всем составом «Христофора» мы наваливаемся на взрослых и доводим операцию до полной и окончательной победы. Снегурочки в нашем мужском театре не было, но мы решили, что это не такой уж страшный недостаток, тем более что на Западе, например, Санта Клаус вообще всегда управляется в одиночку.

У арабов иное, не такое, как у нас, летосчисление, Новый год они отмечают совсем в другое время, но к нашему мероприятию в гостинице отнеслись с большим вниманием и уважением. Дело в том, что после нефти туризм является второй по уровню доходов отраслью экономики страны, поэтому ради привлечения туристов делается все возможное и невозможное, приезжим порой прощают даже то, что местным могло бы стоить жизни, например, преклонение перед Бахусом.

Примерно за час до наступления Нового года появились руководители туристической фирмы: и белорусы, и арабы. Они сели вместе за один столик, и наши, показывая на нас и поднимая вверх большой палец, рассказывали арабам, какое всех туристов ждет этой ночью шикарное развлечение, что это новый ход в туристическом бизнесе, и как умно поступили арабы, что согласились пригласить нас, тем более что мы обошлись очень дешево, практически даром, а пользу можем принести колоссальную. Арабы согласно кивали головами, приготовившись увидеть нечто невероятное и потрясающее.

Мы, слушая все это, стали даже расти в своих глазах и высказывать опасения по поводу прочности отеля: сможет ли он выдержать бурную реакцию зрителей на наше выступление?