на лечение и проживание. Ну вы понимаете, для маскировки, денег-то у нее много уже было. После она попросила политического убежища, подала на развод и потребовала стоимость половины имущества. Наш герой горюет и побухивает, изображает спивающегося депрессивного типа, но все выполняет. Через год он получает разрешение выехать в одну из стран ближнего зарубежья, откуда сваливает за кордон. Там его приютили соплеменники из научного сообщества… через какое-то время он на первых полосах ведущих научных и новостных изданий как реальный изобретатель метода чтения мыслей. Впрочем, сам метод только и раскрывается полностью публике. Этот господин Рембрандт открывает частную клинику, но почему-то не ведет прием. Со спецслужбами тоже старается не контактировать. Оказывается, фирме Илона он продал часть технологий в рамках акционерной компании, с блокирующим пакетом акций в свою пользу. Он блокирует одну за другой новаторские проекты фирмы по созданию и вживлению в тело человека приемопередающей установки мысленных сигналов. Назревает конфликт. В итоге стартаперы из компании Neuralink пытаются сами воспроизвести технологию… и выясняется странная особенность технологии. Оказывается, вся система может полноценно работать только в коммутации с центральным программным модулем, в котором главный парольный ключ. До этого коммутация производилась в демонстративном режиме с применением временного сертификата электронного ключа. Не буду вам рассказывать подробно, что это такое, в общем, на этом работают все системы защиты информации и системы кибербезопасности. В нашем случае гениальность идеи нашего героя, неспроста же я дал ему такое кодовое имя, была в том, что он разместил этот модуль у себя… – я вздохнул, – в мозге. Он его вживил и, соединив со своей технологией, закоммутировал дистанционно с программой управления системой расшифровки мысленных импульсов мозга.
– Гениально!
Я промолчал, понял причину восклицания собеседника.
– Она же его и погубила.
– О да. И увы. Нам тоже так показалось. Сперва.
– Не пугайте меня. Скажите нечто еще более шокирующее.
– Скажу.
– И что это? – настороженно спросил я.
– На самом деле многим из нас не раз приходилось непредумышленно входить в телепатический контакт.
– Да-а?
– Да, представьте. Однако большую часть такого рода эпизодов в нашей жизни мы просто не замечаем.
– Интересно. Слушаю.
– Не замечаем, – повторил он как констатацию, – у нас нет природного механизма распознавания такого явления. Вспомните случаи, когда в вашей голове из ниоткуда появлялась какая-либо мысль, а через мгновение ее озвучил находящийся рядом человек. Все это относится к случаям непреднамеренной телепатии, когда сознания двух людей соединяются, вибрации и тонкие психические ритмы сонастраиваются друг с другом, происходит процесс частичной синхронизации двух людей, двух разумов. Так как мыслительный процесс быстро и разнообразно ветвится, то достаточно трудно за ним уследить, тем боле расшифровать и фильтровать. Поэтому в процессе эволюции и выработался тот метод взаимопередачи информации, который является уже на определенной стадии отфильтрованным и сложенным в целое логическое заключение. В перебранных вариантах, что дает нам мыслительный процесс, мы формируем свою речь, например. И уже в речь вкладываем законченную, сформированную мысль. И то – не всегда. Даже если мы передаем информацию друг другу с помощью речи, написанного текста, жестов – даже в этих случаях не гарантируется полное взаимопонимание. В контексте достоверной передачи именно вашего представления сути сформированной мысли. Да что уж говорить, если и мысли-то мы часто не можем сложить в цепь умозаключений с гарантированным результатом, нужным нам. Ведь все ссоры и даже войны начинаются с мыслей. Мы ведь подумали о какой-либо ситуации и пришли к выводу: без войны тут никак. Вот такой парадокс. А теперь представьте, если наши мысли были бы «слышны» друг другу. Представляете, какая чехарда была бы в эфире? Наглядно это можно представить на примере радио. Ваш приемник одновременно транслирует все, что происходит на всех частотах. Представили это вавилонское столпотворение?
– Замечу, подобное и с голосовой связью можно обозначить как нечто проблематичное. Например, шум толпы, да и просто гомон на какой-либо вечеринке, собрании… вы меня поняли же?
– Абсолютно. Будем считать, что я улыбнулся… Доступность мыслей ой как надежно предотвращала бы многие конфликты. До них попросту не дошло бы. Подумайте, если люди, начиная от рядовых коммерсантов и заканчивая мировыми державами, все время пытаются узнать намерения друг друга, чтобы вычислить на перспективу, к чему готовиться, то разве не ради своей безопасности такое делается в первую очередь?
– Мое мнение такое: а как скоро это самое «в первую очередь» превратится во вторую? Не станут ли люди… нет, я скажу вот так: разве соблазна не будет в первую очередь узнать намерения партнера для полной его нейтрализации?
– Так и он ведь будет обладать такими способностями. Получается, постоянный конфликт. Я сомневаюсь, что люди не стали бы разрабатывать корыстные мысли, пытаясь как-то скрыть свои. Раз они в таком состоянии мира скрывают свои намерения путем сокрытия слов, действий, то почему же от доступности мыслей должна сильно измениться человеческая природа?
– Получается, тупик.
– И все же из-за недомолвок больше непонимания и конфликтов. Знание мыслей все же сдерживало бы враждебное проявление.
– Возможно. Я даже соглашусь. Сокрытие – это всегда сокрытие. Будь то мысли, будь то нож за спиной, будь то подводная лодка с ядерными ракетами в глубинах вод.
Глава отдела клонирования компании «ЗАСЛОН» сделал непонятный жест с трубкой в руке.
– Давайте уже посмотрим практическую часть. Как происходит этот процесс вживления чипа, переноса сознания, считывания мыслей?
– Пожалуйста. Свою часть я покажу и все расскажу.
– Что значит – вашу часть?
– Блок, в котором он работал, открывается только ему известным кодом. Он изменил всю кодировку. Специалисты кибербезопасности работают над этим. Думаю, как вскроют, так без вас и, возможно, понятых туда не войдут. У нас есть подозрение.… Хм, – он замялся. – Есть предположение. Зная его натуру, мы предполагаем и такой вариант: он связал блокировку входа с блокировкой информации на носителях. Как только кто-то вскроет без ключа, электронного кода, интегрированного с биометрическими параметрами, – сразу же сотрется вся информация.
– Вот так новости. Ладно, давайте посмотрим то, что вы мне можете показать.
– Поверьте, в общих чертах идентично. А вот его тайные махинации, возможно, у него и скрыты.
– Махинации?
– Ну, извините. Вы сами такое рассказали…
– А-а, – я улыбнулся, а он скромно поджал губы.
– Технология вживления чипа была до гениальности проста. По сути, это коммутатор связи мозга и внешней серверной станции, с возможностью записи информации. Объем памяти огромен. Вживлялся – это громко сказано. Его
