Так на одной из «теоретических летучек» в отрогах Теректинского хребта был прямо поставлен вопрос: «Мужики, надо что-то делать, чертовщина какая-то лезет; определенные формы самосветящихся образований не подчиняются никаким закономерностям, ни планетным, ни инопланетным, это прямо-таки генератор случайных чисел, хотя в начале все вроде было нормально». Такое вступление на нашей летучке, за ведром чая из горного разнотравья, сделал ведущий геофизик Володя Скавинский. «Мужики» возбудились и каждый, в срезе своих вопросов, подтвердил «факт нашествия неудач». Пили чай, ежились от холода со спины и жара от костра, что сильно напоминало и обстановку результативности наших исследований: жар от лавины сильных фактов и скрытый сквозняк от сознательно запущенного «генератора шумов». Поскольку к моменту общего разговора мне уже приходилось сталкиваться с этим «генератором», то многое прояснилось. И вот, желая уточнить свои предположения и углубить понимание целевой установки помех, я посоветовал коллегам: «Давайте изучим файл с максимальным эффектом шума, откартируем область своих неудач, вдруг эти неудачи общесоюзные или мировые». На том и порешили. И уже к ноябрю прояснилось, что исследовательские неудачи максимизируются в области «сухого остатка», т. е. в структуре данных «иноаппараты». Это совокупность наблюдений, которые касаются класса объектов целевого поведения, по своим функциональным возможностям оказавшимся достаточно широким. Заостряя внимание к этому классу объектов, удалось легко выйти к ожидаемому выводу – «генератор шума мирового масштаба». Технология лжи оказалась весьма непростой и столь же эффективной; вскрыть эту технологию, видимо, труднее, чем заполучить инопланетян в качестве спонсоров.
Как и всякий хорошо отлаженный механизм скрытого назначения, он не лез в глаза, без рекламы и сильного напора делал свое дело – отравлял информационное пространство на ничьей земле, уфологии. Естественно, что этот межгосударственный механизм задуман был давно, с неизбежным эффектом самопреобразования в тех или иных социальных условиях и независимо от устройства государства. Он работал в одну сторону: генерация шумов прямых (инопланетян не было, нет и не будет, человечество одиноко во всей Вселенной, взорвавшейся когда-то, надо полагать, по «чьему-то недосмотру») или косвенных (создание ложных совокупностей «фактов» наблюдения и их интерпретаций).
«Успех» в этом нашем распознавальческом рейде привел наш коллектив в пестроту настроений от: «Против ООН не попрешь, вон так и не приняли международного соглашения по изучению НЛО», до: «Вот гады, что делают, и сам не гам и другим не дам, и чего им бояться, признали бы иноцивилизацию, может, и жили бы по-человечески».
Но «им» бояться было чего: ведь признай более высокую цивилизацию существующей – автоматически потеряешь «полноту власти». Так, неожиданно для себя, нам пришлось отстраиваться, а в терминах томичей «отгребаться», от геополитических проблем уфологии, чтобы «хоть что-то сделать в науке». Надо отдать должное превосходному чутью (в прямом и переносном смысле) мировой цензуры в области уфологии. Долгие годы шла работа с учетом «богом установленной» демаркационной линии. Откуда-то «оттуда», от «параллельных исследователей» временами шла доброкачественная информация планетофизического характера в виде добросовестных отчетов о самосветящихся образованиях геофизического профиля и даже о плазменных образованиях при пуске тяжелых ракет, но ни разу о том, что интерпретировалось как объекты целевого поведения. Мы легко обучились пребывать в этом молчаливом рабочем договоре и внимательно – мы временами, а они постоянно – изучали друг друга на расстоянии. Впоследствии я пришел к выводу, что «инопланетяне», в свою очередь, изучали всех (и их, и нас) – то на расстоянии, а то и вблизи, как вы уже знаете.
Если в отношении научных усилий мы имеем скромные результаты в постижении природы уфологических феноменов, то в попытках раскрытия судьбы проблемы в общечеловеческом массиве планеты Земля результаты еще менее надежные и значимые. И эта слабость результатов во многом вытекает из многофункционального влияния на характер цивилизации мирового института засекречивания, в обязанности которого входит скрытое строительство систем запретов – не афишируемых, но неукоснительно соблюдаемых, своего рода «поправок к конституциям государств».
В каждом государстве, независимо от его строя, формы правления или экономического развития, имеется свой орган производства, хранения и применения секретов. Видимо, эти учреждения вызываются к жизни и стабилизируются какой-то объективной закономерностью самого механизма государственного существования. Есть повод утверждать, что они входят в органический состав государства на полном праве всех прочих его структур. И тут ничего не поделаешь, необходимо считаться с реальностью земного мироустройства. И сами подумайте, дорогие читатели, как вести себя многочисленным звеньям разведок мира в столкновении с явлениями, которые трудно даже сфотографировать, а не то что «допросить их» в спокойной или напряженной тиши кабинетов. Хотя где взять уверенность, что таких допросов и вовсе не было. И как бы выглядели разведки мира в глазах мировой общественности, если бы они честно признали свою беспомощность, неспособность защитить некий покой того или иного «вверенного им» государства «от внешних посягательств»?.. Какую стратегию выбрали бы вы, находясь на их месте?
Не торопитесь, подумайте. Не сомневаюсь, что на их месте вы решили бы так: пока не каплет и время терпит – молчать, маскировать или дезинформировать, а там видно будет. А это «там» все время отодвигается в будущее… Примитивно, неумно? Тогда сформулируйте другой сценарий. Что? Надо говорить правду? А какая она, правда, разве разведки созданы ради выяснения «уфологической» правды? Вот я долго занимаюсь приближениями к уфологическим проблемам, но правду тоже не постиг. Единственное, к чему пришел с годами, так это к тому, что если эта правда свалится на меня, как дар или наказание, я ее могу не выдержать. Не готов ни психически, ни физически. Ведь правда, объясняющая распараллеливание пространств и другие реальности космических и антропокосмических масштабов, превосходит возможности нашей обычной фазы принятия и применения этой правды. Мы ограничены в своих возможностях восприятия и интерпретации, а мир реальных событий на нашей планете далеко превосходит репертуар наших индивидуальных возможностей. Трудно согласиться и признать, но не квартиранты ли мы сами на этой Земле?
Конечно, можно и нужно допустить, что разведывательные службы государств имеют сводную уфологическую картину в гораздо большей полноте, чем ее имеет тот или иной ученый или та или иная организация «на общественных началах». Конечно, эта любая спецслужба может купить первоклассных ученых для получения схемы интерпретаций этой картины. Она может позволить себе то или иное региональное или локальное исследование без экономии средств на приборные регистрации. Но, пусть меня читатель извинит за категоричность, никакая разведка не пойдет в своих выводах дальше решения «в какой дозе давать дезу». Если она пойдет или пошла дальше, то не без помощи, а может быть и требований «с той стороны». Я не имею в виду форму «хоздоговора» с представителями иносознаний по поводу инотехнологий, ведь если он состоится, то это будет общепланетарное явление с далеко идущими эволюционными последствиями для всех живых видов и жизненного процесса на нашей планете.
