Но чем обусловлена эта выгода? На ум приходят разные возможности. Например:
· «Спят в своей кровати» и «едят домашнюю еду».
· Лучше знакомы со своим полем.
· Имеют поддержку толпы.
Все это звучит не бессмысленно, правда? Московиц и Вертхейм собрали массу данных, чтобы проверить целый ряд популярных теорий. Возможно, вас удивит (или даже разочарует) их вывод.
Когда спортсмены играют дома, они не становятся лучшими бейсболистами или лучшими футболистами. И не похоже, чтобы болельщики помогали «своим» и вредили гостям. Мы проверяли сведения о неудобствах, связанных с поездками. График может быть неудобным для гостей, и это частично объясняет преимущества игры на своем поле, особенно в университетском спорте, но во многих видах спорта он не имеет значения.
Но если эти расхожие теории не объясняют, почему играть на своем поле выгоднее, как же обстоит дело в действительности?
Если коротко: Московиц и Вертхейм выяснили, что хозяева поля пользуются небольшими преференциями со стороны официальных лиц. В бейсболе это может быть третий страйк, а в соккере — пенальти за нарушение правил. (Кстати, в соккере у судьи больше возможностей влиять на исход матча, чем у его коллег в других видах спорта. Это помогает понять, почему хозяева поля имеют большее преимущество именно в соккере, чем в других видах профессионального спорта.)
Впрочем, Московиц и Вертхейм делают важную оговорку: скорее всего, эти преференции осуществляются бессознательно.
Как это — бессознательно? Дело не в том, что официальные лица сознательно решают помогать «своим». Но все же люди есть люди: как и все социальные существа, как и все мы, они впитывают эмоции болельщиков и от случая к случаю принимают решения, которые очень радуют всю эту шумную толпу.
Одно из самых умных и убедительных обоснований данной теории содержится в исследовании Томаса Домена, посвященном преимуществу хозяев поля в матчах Немецкой футбольной бундеслиги.
Домен обнаружил, что преимущество родного стадиона уменьшалось в тех случаях, когда на этих стадионах футбольное поле было окружено беговой дорожкой, и увеличивалось в тех случаях, когда такой дорожки не было.
Почему?
Судя по всему, когда болельщики сидят ближе к игрокам, судьи сильнее пропитываются их эмоциями. По словам Домена:
Атмосфера на стадионе, создаваемая болельщиками, склоняет судей к предпочтению одной из команд — даже несмотря на то, что для повторного назначения на эту должность им выгоднее быть беспристрастными.
Стало быть, поддержка толпы имеет значение, — но не то, о каком вы думали. Вспомните об этом в следующий раз, когда будете надрываться на стадионе. А то как бы эффект не оказался контрпродуктивным.
Десять причин любить Pittsburgh Steelers (Стивен Дабнер)После теракта 11 сентября в Нью-Йорке многие люди писали и звонили мне, чтобы убедиться, что с моей семьей и со мной все в порядке. Некоторые из них — случайные знакомые, но для многих я был единственным, кого они знали в Нью-Йорке. Их беспокойство было очень трогательным, хотя поначалу немного удивительным.
Почему я об этом вспомнил? В последние пару недель на меня обрушился поток писем и звонков от людей, поздравивших меня с возвращением команды Pittsburgh Steelers в Суперкубок. Опять же, надо полагать, для многих из них я единственный болельщик Steelers, которого они знают.
Мне неловко принимать поздравления по столь незначительному поводу, как успехи футбольной команды. Да и моей заслуги здесь никакой нет. Да, я возил своего младшего сына, заядлого болельщика, в Питтсбург на одну из игр каждого из предыдущих трех сезонов, но Steelers проиграли все три раза! Если учесть, что в тот период их общий успех в играх на своем поле составил 13:6, меня явно нельзя считать талисманом команды.
Но с удачей приходит ответственность, и, раз фортуна в итоге оказалась благосклонна, считаю своим долгом изложить несколько причин, по которым мне нравятся Steelers. Я никого не пытаюсь переубедить. Это написано скорее для тех, кто еще не определился в своем выборе.
1. Хотя Steelers пытаются выиграть свой шестой Суперкубок, в первые 40 лет существования они играли хуже некуда. Стало быть, по душе ли вам победители или лузеры, Steelers — ваша команда. В 1930-х годах клуб заплатил большие деньги, чтобы завлечь Байрона Уайта, молодую звезду, но он остался лишь на сезон, а потом перешел на несколько более перспективную работу в Верховный суд.
2. Командой Steelers с самого ее возникновения в 1933 году преимущественно владеет одна и та же семья — Руни. Считается, что Арт Руни купил команду за $2,500, полученных от выигрыша на Саратогском ипподроме (он был азартным игроком и изрядным шельмой), но вряд ли это достоверно. Сейчас этот семейный менеджмент представлен уже третьим поколением, причем Руни зарекомендовали себя с лучшей стороны: ведут себя достойно, великодушно и скромно. (Кстати, если вам по душе Барак Обама, у вас есть еще одна причина симпатизировать Руни: семидесятишестилетний Дэн Руни, председатель клуба Steelers и ярый республиканец, в прошлом году поддержал Обаму и вел активную кампанию в Пенсильвании. Было бы преувеличением сказать, что Обама обязан ему победой, но Steelers имеют колоссальное влияние в данном штате. И это сыграло свою роль.) Вообще Руни гордятся тем, что команда отражает их ценности. Поэтому у Steelers есть свое лицо. И любопытно, что происходит, когда какой-либо спортсмен показывает себя не с лучшей стороны. Скажем, недавно, когда Сантонио Холмс, принимающий игрок, был оштрафован полицией за марихуану (как выясняется, он в юности продавал наркотики), команда на неделю отстранила его от игры. А ведь никто не заставлял это делать: Холмс даже не был арестован. Но важно было занять принципиальную позицию.
Для сравнения: Винсента Джексона, принимающего игрока из San Diego Chargers, задержали по подозрению в управлении автомобилем в пьяном виде. Дело было за несколько дней до того, как команда Chargers приехала в Питтсбург для плей-оффа. Представители Chargers заявили, что будут «отслеживать ситуацию», выпустили пресс-релизы, но Джексон продолжал играть.
3. Майрон Коуп. Он был талантливым журналистом и радиоведущим, фактически «голосом» Steelers, хотя голос его звучал так, словно идиш смешали с галькой в блендере. Фантастически колоритный субъект. Вспомните, как он вопил в эфире: «Йой!!!»[29] — или, если происходило что-то особенно неожиданное: «Двойной йой!!!» Коуп, умерший в прошлом году, был энтузиастом и реалистом в одном лице, и в Питтсбурге его имя стало нарицательным. Но больше всего он известен тем, что придумал «страшное полотенце»[30]. Когда под воскресным солнцем болельщики Steelers размахивали этой желтой махровой тряпкой, трибуна словно озарялась золотистым светом. Многие другие команды пытались сделать нечто подобное, но эффект был меньшим, чем в Питтсбурге, тем более что Коуп со временем продал права на это полотенце организации Allegheny Valley School, которая заботится об умственно отсталых людях и людях с задержкой в развитии (под ее опекой находится и сын самого Коупа).
