-Вот это лучше, - отгоняя сон, отозвался я.
-А мне не нравится, - фыркнула она и ураганчиком опять исчезла в
примерочной.
110
Я выпустил воздух из легких через стиснутые зубы. Моя бедная
нервная система. Крах ей. Полнейший.
-Ладно-ладно, пойдем уже, - за руку тянула меня Архаина. И о боги! В
сторону выхода.
-Домой? – в надежде уточнил я.
-Нет, конечно, - отозвалась она, как будто я сморозил глупость, -
Сейчас еще заглянем в обувной, потом продуктовый, а уже потом можно
пойти погулять.
-Погулять? – не веря своим ушам, переспросил я.
-Ну да, а что?
-Настя! Я тут с тобой с самого утра! Мы были в десяти магазинах! Ты
перемеряла сотни шмоток! Погулять?
-Ты что устал? – фыркнула она, - Селезнев, я тебе поражаюсь. Шопинг
расслабляет. Это, как медитация. Ты спокоен и свободен. Ты счастлив. Разве
нет?
От удушения ее спало лишь то, что мои руки были заняты покупками.
А через двадцать минут, развалившись на парковой лавочке и поедая
подтаявшее мороженое, я уже и забыл думать о доме.
-Какие у тебя планы на это лето? – спросила Настя, наблюдая за
белыми облаками.
-Пока никаких. - Глухо ответил я. - Как только разберусь со всеми
делами – устрою себе отпуск. А, может, и вообще уеду из города или страны.
-И куда?
Я пожал плечами:
-У меня от родителей домик в Кронштадте остался. Можно наведаться.
-Да, я помню, ты рассказывал, - хмыкнула Настя.
-А у тебя что?
-Хочу провести это время с сестрой. Она говорит, что ненадолго
приехала. Мы с ней больше десяти лет не виделись.
-А где она все это время была?
-Лучше у нее спроси, потому что мне она всей правды не говорит, -
вздохнула Архаина, - Ну что, Никит, спасибо, что составил мне компанию в
такой нелегкой прогулке.
Я фыркнул:
-У меня просто не было выбора…, - пробормотал я.
Настя обиженно отвернулась, произнеся что-то наподобие:
-Неблагодарный.
111
***
Распрощавшись с Архаиной у ее дома и сгрузив там же все пакеты, поплелся к себе. Желание было только одно – спать.
-Ну, здравствуй, Никита, - тихий, почти шелестящий голос долетел до
моих ушей.
Возле моего дома под раскидистой ивой сидела девушка. Темные
волосы спутанной волной закрывали худое бледное лицо.
-Вот мы снова и встретились, - Валерия поднялась с травы.
-Здравствуй, Лера. Как жизнь?
-Жизнь, - просмаковала она слово. – Какое интересное название
жалкого существования. А звучит то, как гордо. Скажи, Селезнев, что для
тебя жизнь? Что может держать тебя тут? Ведь ты погубил друзей! Они
умерли из-за твоего идиотского дара! Сережа был совершенно ни в чем не
виноват! Но из-за тебя стал бояться темноты. Шугаться шорохов. Ему
мерещились звуки! Я этого не слышала! А он – да. И все из-за тебя. Ты
втянул его, не пойми во что! Как ты теперь можешь существовать и называть
это жизнью?
-А Сережа тебе не рассказывал, что лишь благодаря мне дожил до
такого возраста?
-Не надо оправдываться, - мотнула головой девушка, - Ты не сможешь
загладить свою вину. За свои поступки нужно нести наказание. И я уже
говорила, что ты поплатишься за всё.
-Лера, ты извини, но у меня нет времени на пустые разговоры.
-Я просто пришла предупредить и попрощаться, - улыбнулась она.
-И что же ты сделаешь?
-Превращу твою жизнь в ад, - пообещала она и, развернувшись спиной, побежала в направлении автобусной остановки.
-Отлично. Давно хотел там побывать, - пробормотал я, топая к
подъезду.
***
112
Утро следующего дня началось с дребезжания стен. Как я люблю
ремонт у соседей. Визг перфоратора медленно доходил до ультразвука, и это
была невыносимая пытка.
Первой мыслю было конечно найти рано проснувшегося мужика и
набить ему лицо. Но я все же сдержал себя и с бутербродом в зубах выскочил
за порог квартиры. Захлопнув дверь, я уже собирался выходить на озаренную
летним солнцем улицу, но мой взгляд привлек наличник входной двери.
-Что за? – из деревянного косяка на уровне моих глаз торчали три
иголки.
Интересно, Лера ничего эффективнее, чем порча, не придумала?
Аккуратно, чтобы не поранится, выдернул их из наличника и отшвырнул в
сторону. Интересно чего еще от нее ожидать? Куклы вуду?
Дожевывая колбасу, я подставил свое бледно лицо лучам
ультрафиолета. Пора приобретать нормальный человеческий загар, а не
ходить как упырь из детских страшилок.
Сегодня меня радовал прохладный ветер, срывающийся резкими
порывами. Он заставлял танцевать облака на небе и мелкий мусор на земле.
Изменив курс, я отправился в сторону заброшенного парка. Чувство
беспокойства спало, и умиротворение поселилось где-то внутри меня. Все
тот же знакомый путь до дороги, тропинка среди высоких деревьев. Чьи
зеленые кроны тянутся к небу, разрушенные вандалами парковые лавочки и
урны, поржавевшие от времени.
Если уйти чуть глубже, то найдешь местечко для себя или скорее для
своей души. Я же уже говорил, что люблю находиться наедине с собой. Это
помогает разобраться в мыслях и проблемах, найти верное решение. Не
делать то, что навязывает общество, а прийти к своему выходу. Уникальному
и неповторимому.
-Я знала, что ты придешь, видящий, - раздался за моей спиной звонкий
голос.
Развалившись на лавочке, сидела Олеся, собственной персоной. В
руках девушка держала книгу, а на коленях у нее лежала открытая пачка
чипсов.
-И тебе привет, говорящая, - ответил я ей тем же тоном и подошел
поближе, - Что читаешь?
-«Цитадель» Грацкого.
-Демоны, - протянул я, - Тебе нечисти в жизни не хватает, что ты о ней
еще и книжки читаешь.
-Тут не столько о демонах, сколько о людях, которые становятся ими.
113
Я фыркнул:
-Ты что-то хотела?
Она подняла на меня свои карие глаза:
-Не совсем. Это же ты хотел многое узнать. И я тебе предоставлю
такую возможность.
-Да-да, я помню, - перебил я Нильскую, - Но для начала я должен
выполнить одну твою просьбу.
-Совершенно верно, - одарила меня улыбкой девушка, - И представь
себе, эту просьбу я уже придумала. И выполнять ее мы будем завтра.
-Можно поподробнее?
-Я вижу, ты заинтересовался, - она подпрыгнула на лавочке от
нетерпения, - Но расскажу я тебе все завтра по пути.
