они вместе переступили порог.
Мико ступила в ночную прохладу. Запахи и звуки обрушились на неё водопадом, возвещая о том, что она вернулась в мир живых. Мико вдохнула полной грудью и… вскрикнула от боли. Выгнулась, хватаясь за грудь, и упала бы, если бы её не подхватила Юри.
– Что-то не так… – пробормотала Мико и снова охнула. В груди что-то надломилось и лопнуло. И в следующий миг Мико поняла, что произошло. Её связь с Райдэном исчезла, исчезла и связь с Акирой. Мико выдохнула, и с губ её сорвалась голубая искорка. Она тускло дрожала, а Мико перестала дышать. Мир закачался, Юри изо всех сил пыталась удержать Мико на ногах. Мико оглянулась, чтобы увидеть, как маленькая искорка уносится в туман, который всё ещё стелился по ту сторону ворот. – Что…
За происходящим, прислонившись к столбу тории, наблюдала довольная Сэнго.
– Ни одна человеческая душа не может покинуть Ёми, пока не настал её час, – сказала она и растянула губы в злорадной усмешке. – Я решила приберечь эту новость напоследок. Посмотреть, как ты попытаешься уйти и будешь корчиться от боли.
Мико упала на колени, судорожно хватая ртом воздух.
– Я… умру? – выдавила она, но уже через мгновение снова смогла дышать. Пустота в груди исчезла, пусть и не полностью, будто какой-то недостающий кусочек вернулся на место.
– Ты? Нет, – покачала головой Сэнго. – Видишь ли, ты обменялась половинками душ с Райдэном. Теперь связь оборвалась. Одна твоя половинка осталась в Ёми, а вторая вернулась на место. Не переживай, когда ты умрёшь, душа снова станет целой в Ёми, а прожить долгую жизнь ты сможешь и с одной её половинкой. Правда, заново связать себя со своим тэнгу ты уже не сможешь, увы. Грустно, да. Мне нравится. Но я пришла посмотреть не на это.
Мико стиснула зубы и попыталась подняться. Встала, опираясь на ближайшее дерево, не отрывая взгляда от довольного лица Сэнго, и прохрипела:
– И на что же ты решила поглазеть?
– Потерпи немножко, и узнаешь. Оно пока пытается бороться. Решает, человек или нет.
– Что ты несё… – остаток фразы потонул в крике боли.
Живот свело, отпустило и свело ещё сильнее, по ногам потекло что-то горячее. Мико снова упала на траву, задыхаясь и корчась.
– Похоже, всё же человек! – хихикнула Сэнго.
Мико хотела позвать на помощь, но не могла разомкнуть стиснутые зубы, встала на четвереньки, развязала пояс хакама в надежде хоть немного ослабить боль. Но схватки накатывались одна за другой, не давая ни возможности нормально пошевелиться, ни собраться с мыслями. Нет. Не сейчас. Слишком рано! Почему так рано? Мысли метались одна за другой и отказывались находить ответ, который твердила и твердила Сэнго, наслаждаясь собственным смехом. С неприкрытым удовольствием наблюдая за тем, как корчится и кричит Мико, задыхаясь в схватках, которые, казалось, разрывали тело на куски.
Юри помогла избавиться от штанов. Но больше ничего не могла сделать, а потому забилась под ствол ближайшего дерева и плакала, умоляя госпожу прекратить её пугать. Мико и сама хотела бы прекратить, больше всего на свете Мико хотела, чтобы это закончилось. Истекая ледяным потом, она тужилась и молила Сияющую Богиню прекратить её мучения. Молила силы Небес и Бездны сохранить жизнь её ребёнку. Она ползала по траве, лежала навзничь, почти потеряв сознание в короткие моменты передышки, а потом снова становилась на четвереньки, надеясь хоть немного облегчить боль от схваток, а они всё не заканчивались. Казалось, её муки будут длиться вечно.
Мико разродилась к рассвету.
Обессиленно упала на залитую кровью траву и подтянула к себе маленькое бездыханное тельце. Крохотное, размером чуть больше двух её ладоней. Мелькнула голубая искорка. Мико попыталась её поймать, но та проскользнула между пальцев и юркнула в ворота. Сэнго протянула руки, и искорка, превратившись в младенца, легла ей в руки. Сэнго ласково улыбнулась ему.
– У тебя замечательная дочь. Можешь не переживать, я позабочусь о ней. – Она перевела белые глаза на Мико: – О лучшей мести я не могла и мечтать.
И они исчезли в тумане, тории потухли, отрезая реальность от Ёми. А Мико прижала к себе мёртвую дочь и провалилась в темноту.
Глава 33. Счастье и слёзы
Мико очнулась, когда чьи-то прохладные руки коснулись её горячего лба. С трудом разлепила глаза и увидела залитое розовым светом лицо Акиры. Он был бледен и напуган, с сожалением смотрел на ребёнка, которого обнимала Мико. Поднял с земли меч, заткнул себе за пояс, закатал рукава кимоно.
– Давай-ка, вот так. – Он помог Мико надеть нижние штаны, осторожно подхватил её на руки. – Сейчас мы отнесём тебя домой. Только выйдем из леса, чтобы я мог взлететь.
Мико тяжело дышала, прижимая к груди дочь. Золотые нити рассвета сплетались с тёмными ветвями деревьев. Щебетала какая-то птица, ветер подпевал ей, шелестя опадающей листвой. Под ухом размеренно билось сердце Акиры. Всё вокруг было таким живым, громким, настоящим, и от этого Мико становилось ещё больнее.
– Мы уже думали, что ты не вернёшься. Я звал каждый день, но ты не откликалась. Кёко чуть не сошла с ума, когда узнала о твоём уходе, угрожала убить Кио, если он тебя не вернёт, и неделю дневала и ночевала у ворот. А сегодня я почувствовал, что наша связь оборвалась, и решил проверить.
– Как долго меня не было? – голос был слабым, тихим, но после Ёми непривычно резал слух.
– Почти три недели.
Сердце встревоженно забилось.
– Райдэн…
– Ещё держится.
По спине Мико прокатилась волна облегчения. Она ещё может успеть. Мысленно она попросила Райдэна потерпеть ещё немного. Она больше не ощущала их связи, но надеялась, что он услышит.
– Акира, отнеси меня в другое место.
– Тебе нужна помощь Шина.
– Пожалуйста, Акира.
Сгоревший дом Райдэна темнел на фоне жёлто-зелёных полей. Мико не знала, куда ещё пойти со своим маленьким грузом, и это место казалось самым правильным. Акира спустил её на землю в саду. Выжженная земля была укрыта красной листвой золотого гинкго. К нему Мико и направилась. Акира зачем-то пошёл в сгоревший дом. Кажется, перед этим он говорил что-то Мико, но она не услышала.
Мико сняла с себя верхнее кимоно, оставшись в белом исподнем. Встала на колени и бережно завернула в него младенца. Дочь всё ещё была немного тёплой. Или Мико так только казалось.
Она копала землю голыми руками. Стоя на коленях, зарывалась пальцами в рыхлый грунт, не заботясь о том, что перепачкает одежду. У дочери
