Жози, ни какая-либо еще из девиц мадам Андрея в этот момент не интересовали совершенно. Он достал из кошелька купюру.
— Может быть, это поможет вам вспомнить?
Во взгляде Амалии появилось сомнение.
— Вы же понимаете, сударь, мы всегда стараемся сохранить тайны наших клиентов.
Он уже готов был добавить к первой купюре вторую, когда в разговор вмешался Дерюгин:
— Оставь ее. Я могу снабдить тебя информацией совершенно бесплатно. Девушку я, правда, не знаю, но зато узнал молодого человека, который выбежал вслед за ней. Это Кирилл Астахов. Не могу сказать, что мы приятели, но общались несколько раз — не здесь, конечно, — в одном игорном доме, где он тоже частый клиент.
Амалия, глядя на деньги, казалось, готова была расплакаться.
— Ах, сударь, прошу вас, не сердитесь. Нам платят не только за девушек, но и за молчание. Но раз уж тайна раскрыта, я, в отличие от вашего друга, могу сообщить вам кое-что и о самой девушке.
Она замолчала, ожидая вознаграждения, и Андрей положил купюру на стол. Мадам торопливо заговорила:
— Это сестра господина Астахова. У них нынче ночью дома что-то случилось, вот она и приехала за братом.
За столь скромную информацию вознаграждение было чересчур щедрым, но Андрей потраченных денег не жалел.
— Так мне позвать девочек? — осведомилась Амалия.
Он отрицательно покачал головой и, не обращая внимания на разочарование друга, пошел к выходу.
— Андрей, ну зачем же так горячиться? — уже на улице, пока они ждали извозчика, взывал к его разуму Аркадий. — Твоя прекрасная незнакомка вполне может подождать до утра. Не ночью же ты собираешься к ней ехать? А здесь хорошие девочки. Они умеют многое такое, о чем, я уверен, даже не догадываются ваши чопорные англичанки. И уж тем более, ты не дождешься этого от мадемуазель Астаховой.
Но Кузнецов был погружен в свои мысли.
— Ты должен меня с ней познакомить. И чем скорее, тем лучше. Ты же знаешь, я приехал ненадолго и через месяц возвращаюсь в Лондон.
Дерюгин вздохнул:
— Не понимаю — зачем она тебе? При твоих капиталах у тебя в постели каждую ночь может быть новая возлюбленная, а то и не одна. Стоит ли тратить время на девушку, которая не годится тебе в жены и за месяц уж точно не станет твоей любовницей?
— Познакомь меня с ней! — требовательно повторил он.
Аркадий хмыкнул:
— Ты думаешь, это так легко? Я не настолько близко знаком с ее братом, чтобы запросто нанести ему визит. Да и, насколько я помню, своего дома у Астахова нет. Живет у богатой тетушки — строгой как мегера. Мы можем попробовать застать его в игорном доме на Морской, но он не настолько богат, чтобы бывать там каждый вечер.
— Думай, Дерюгин, думай! — не отступал Андрей. — Быть может, у вас есть общие знакомые?
Уже забираясь в карету, Аркадий хлопнул себя по лбу.
— И как я сразу не сообразил? В это воскресенье — бал-маскарад у Далмацкого. Уверен, Астаховы там тоже будут. Как раз Далмацкий меня с Кириллом и познакомил пару месяцев назад.
На губах Андрея появилась улыбка. Бал-маскарад! Что может быть лучше для знакомства?
5. Бал-маскарад
Визит Верещагина прошел на удивление буднично. Николай Константинович заключил несколько выгодных контрактов, побывал в театре, купил подарки домашним. С Кириллом был ласков, но когда тот завел разговор о Катеньке и их возможной помолвке, сделал вид, что намека не понял и в дальнейшем эту тему тоже не поощрял.
А когда тетушка за одним из ужинов после нескольких рюмок ликера спросила без обиняков, а не породниться ли им, ответил, что вроде как они и так в родстве, хоть и в дальнем, а ежели о Катеньке речь, так она еще очень молода и пусть пока еще ума-разума наберется.
— Ну, как думаешь, почему он на попятный пошел? — поинтересовалась ее мнением Таисия Павловна, когда гость уехал.
Шура сказала то, что давно уже говорила и самому Кириллу:
— Не нравится ему, что у Кирюши своего дохода нет. Заметила я однажды, как Николай Константинович поморщился, когда Кирюша только к обеду проснуться изволил.
Старуха вздохнула:
— Может, ты и права. Только разве этого оболтуса куда пристроишь? Вот кабы раньше, когда я магазины держала…
Оставшееся от мужа дело — несколько галантерейных магазинов — она продала пять лет назад с хорошей прибылью. Большую часть денег отправила сыну в Екатеринбург — тот там свой бизнес затевал.
— А может, он услыхал что про Кирилла? Может, кто из слуг проболтался?
Те несколько дней, что Верещагин у них гостил, брат вел себя тише воды ниже травы. Но разве шило в мешке утаишь? И не в слугах было дело — о гульбе Кирилла Николаю Константиновичу мог и кто-то из деловых партнеров рассказать.
— Ох, Александра, говорила я ему — женись сначала, потом что хочешь делай. Не послушал. Если Верещагин за другого Катю отдаст, даже не знаю, что и делать. Может, тут, в городе, еще какую невесту присмотреть?
Шура аж руками всплеснула:
— Да что вы такое говорите, тетушка? А как же Катя? И хоть они пока с Кирюшей не помолвлены, она же себя его невестой считает.
Но Таисия Павловна к сантиментам была не склонна:
— Много ты понимаешь! Да и не говорю я вовсе, чтобы он за другой ухаживать стал. Но в приличное общество выйти нужно. Он у нас видный, пускай здешним барышням покажется.
Тетушка до того этой затеей вдохновилась, что даже разрешила Шуре к балу-маскараду у их соседа Далмацкого новое платье купить.
Выезд на бал был для Шуры событием почти волшебным — тетушка такие праздники посещала редко, а отпускать племянницу на званые вечера только в сопровождении брата считала дурным тоном.
И хотя балы-маскарады в купеческих домах не шли ни в какое сравнение с аналогичными мероприятиями в домах благородных семейств, иногда на них не чурались бывать
