итоговой реакции Волконской, безуспешно:
— Да, Лютобор Игоревич, к большей части действий моих спасительниц подходит одно-единственное определение — «самоубийственный». Но именно самоотверженность этой троицы и переломила ситуацию в нашу пользу.
— Их самоотверженность, «лишние» ступени развития и навыки, которых у «обычных» Одаренных не бывает… — уточнил государь, дождался, пока я поймаю его взгляд, и добавил: — Поэтому я жалую орденом Багряной Звезды с мечами и бриллиантами не только Светлану Романовну, Раису Александровну и Ику, но и вас.
Высшую награду Поднебесной Империи я принял абсолютно спокойно, ибо в глубине души считал вручение Ордена Желтого Дракона чем-то вроде демонстрации уважения главой рода Ли главе рода Волконских. А тут меня проняло по полной программе. Нет, встать я, конечно же, встал. И догадался заявить, что служу Императору и Отечеству. Но дал петуха и пошел красными пятнами. А потом сознание «мигнуло», и я вдруг сообразил, что стою, держа в левой руке два футляра с орденами, смотрю на Ярослава Третьего и, вроде как, вслушиваюсь в его монолог:
— … некогда, поэтому остальных участников боестолкновения в «Белом Яре» наградит личный порученец моей матушки, гвардии полковник Светлана Романовна Волконская-Шахова.
Тут память напомнила, что Раису Александровну государь пожаловал майором, а Ику — капитаном и потомственным дворянством, и меня, наконец, отпустило. Как оказалось, вовремя — не успел я поймать ободряющий взгляд родительницы, как государь разрешил мне сесть и уставился на Ларса:
— Внук, на похороны Элиаса полетишь?
Эрикссон поиграл желваками и утвердительно кивнул:
— Да.
— Тогда прощайся с друзьями и беги к матушке — она уже собирается…
…Для чего Ярослав Георгиевич вызвал к себе Валю, я так и не понял. Поэтому минут через десять после вылета из дворца решил, что Император просто переиграл какие-то планы, выбросил надоевшую мысль из головы и уставился в иллюминатор. Первые признаки того, что Российская Империя воюет, заметил через считанные мгновения: на широченной крыше какого-то промышленного предприятия обнаружилась многофункциональная станция наведения ракет зенитно-ракетного комплекса «Альтаир-М2», а на остальной территории — машина управления, четыре новенькие самоходные пусковые установки и транспортно-заряжающая машина. Мы летели на малой высоте и достаточно быстро, поэтому остальные части комплекса я не увидел. Зато обратил внимание на то, что маскировочную сеть натянули только на две СПУ, вот и пришел к выводу, что эта батарея только начала развертывание.
Само собой, оценил и плотность «шапки» из средних ударных дронов, барражирующих над городом,
понял, что вояки несут службу без дураков, и решил проверить истинность утверждений корреспондентов западных средств массовой информации, углядевших сумасшедшие пробки на всех выездах из столицы и объяснивших их паникой, охватившей жителей Великого Новгорода!
Да, пробки действительно нашлись. Аж две. На въезд в торговый квартал с говорящим названием «Строитель» и по обе стороны от Лебяжьего моста, под которым столкнулись две фуры. А так горожан нисколько не напрягали даже мобильные посты Службы Противодействия Терроризму, появившиеся на самых значимых перекрестках.
«Видимо, самые пугливые уже сбежали…» — мысленно хохотнул я, кинул взгляд на бортстрелка, предельно добросовестно контролировавшего свою зону ответственности, засек периферическим зрением какое-то движение и, повернув голову вправо, вопросительно уставился на матушку, спешащую ко мне.
Она подошла практически вплотную и без лишних слов вывесила передо мной голограмму с сетевой страничкой какого-то новостного канала.
«РУССКИЕ СОШЛИ С УМА⁈» - спрашивал заголовок, занимавший добрую треть страницы, и я, конечно же, заинтересовался. А когда прочитал статью, невольно восхитился стилю подачи информации. Почему? Да потому, что, по мнению автора, Четвертая Оперативная эскадра Черноморского флота проявила немотивированную агрессию и очередной раз продемонстрировала всему миру захватнический нрав Российской Империи. А на мой взгляд, все было наоборот: командир патрульной группы Османской Империи, состоящей из крейсера «Каракулак» и десятка кораблей пожиже, явно выполнявший приказ Большого Начальства, «решил», что вправе не выпускать наши корабли из Черного моря. Более того, может безнаказанно захватывать российский флагман системами наведения бортовых оружейных систем и не реагировать на предупреждения. Вот и утоп. Вместе со всеми остальными лоханками, спущенными на воду еще в двадцатых годах.
Тут возбудилось руководство военно-морской базы в Умурьери и сдуру подняло с близлежащей авиабазы четыре звена стареньких истребителей-бомбардировщиков. Тоже зря: как только первое легло на боевой курс, наши обиделись и уронили все восемь машин. А потом для гарантии сровняли с землей обе базы и отправили несколько ракет «Тайфун» в Сегют. Трудно сказать, чем в это время занимались расчеты систем ПВО столицы Османской Империи, но все шесть «подарков» благополучно миновали вроде как глубокоэшелонированную оборону и разнесли главное здание Министерства Обороны, Генеральный Штаб и… Летний Дворец султана Гусейна Седьмого, Благословенного!
— Дочитал⁈ — прокричала «тетя Света», как только я оторвал взгляд от пылающего дворцового комплекса
и ушел в себя, чтобы представить последствия подобного… хм… демарша.
Я подтверждающе кивнул, и отставная «Валькирия» в темпе сменила картинку.
Эта, новая, позволила ознакомиться с официальной реакцией Ярослава Третьего на уничтожение родового гнездышка «венценосного брата» и, мягко выражаясь, шокировала: государь, не выбирая выражений, заявил, что время дипломатии осталось в прошлом, соответственно, раз Белый Союз находится в состоянии войны, значит, любое государство, подыгрывающее его врагам, будет автоматически причислено к их числу!
Третья голограмма, вывешенная родительницей, окончательно добила. В смысле, помогла понять, что цацкаться со странами-нейтралами наши не намерены: Волконский, Аль Сауд, Сумэраги и Этэ-Инти дали выжившим членам рода Османов ровно час, чтобы выбрать между миром и войной!
«Час для выживших — это ничто… — отрешенно подумал я, представив, в каком состоянии должны пребывать те, кто попал под удар „Тайфунов“ и чудом не пострадал. — За это время не выстроишь даже самую примитивную новую вертикаль власти! А если учесть, что прилетело и руководству местных Вооруженных Сил…»
Тут матушка хлопнула меня по предплечью и показала набранное, но не отправленное сообщение:
«С вероятностью процентов в девяносто с гаком все это — операция наших спецслужб, целью которой являлась гарантированное выключение Османов из начавшегося конфликта! Кстати, не удивлюсь, если к концу часа в международный аэропорт Сегюта приземлятся борта Севастопольской бригады пластунов — там по прямой всего шестьсот километров…»
Я почесал затылок, поймал чертовски интересную мысль, быстренько проверил ее на карте, потом посмотрел на часы и склонился к уху матушки:
— А ведь этот бардак на руку и Дауду: если «Орланы» уже вылетели, то пройдут над территорией Османской
