— Почему вы хромаете?
Она чуть не вылила кофе себе на колени. Никто не задавал ей в лоб вопросы о хромоте, и она не привыкла к такой откровенности.
— Я.., со мной произошел несчастный случай.
— Давно?
— Около.., полутора лет назад.
— Что случилось? — Он наклонился вперед, немного смущая ее видом своих четко вылепленных скул.
— Я упала.
— Как?
— Вы задаете слишком много вопросов.
— Помните, мы договорились быть честными, Мэган? — мягко сказал он. — Я знаю, откровенность причиняет боль, но иногда жить с тайнами больнее, чем поделиться с тем, кто в силах помочь.
— А знаете, из вас получился бы хороший следователь! — Ей захотелось поставить этого человека на место. Он добился того, чего хотел, ее мысли смешались.
— Да, я знаю, что веду себя как собака с костью.
Это не самое лучшее мое качество, но, строя из себя жертву, вы ничего не добьетесь. Вперед, Мэган, мне не важно, сколько времени мы будем сидеть здесь. — Он подчеркнуто безразлично посмотрел на часы. — У меня нет никаких планов на вечер, и я бы предпочел говорить с вами, а не заниматься чем-либо еще.
Ужас овладел Мэган: значит, он не отпустит ее в ближайшее время.
— И вы собираетесь продолжать разговор в том же духе? — Она встретилась с его прямым взглядом и с удивлением обнаружила нежность в его глазах.
— Вы можете не рассказывать мне то, что желаете утаить, Мэган. Все происходит по доброй воле, и ничего не выйдет за пределы этой комнаты. Даю вам честное слово.
Очевидно, он говорит правду, порядочность написана у него на лбу. Внутренняя сила и честность, исходившие от него, увлекали ее за собой: рассказанные тайны останутся тайнами.
— Мы с Ником поспорили однажды ночью. — Мэган не хотела рассказывать своему собеседнику, что это случилось сразу же после того, как она обнаружила Клэр в постели собственного мужа. — Он сильно выпил, начал на меня вопить, а я была слишком расстроена, чтобы отвечать. Я решила уйти, и он разозлился. К несчастью, Ник оказался на верхней ступени лестницы, и, когда он отпихнул меня, я упала вниз и сломала ногу. Это не был.., несчастный случай. Он намеренно толкнул меня.
Мэган вспомнила ярость и ненависть в глазах Ника там, на лестнице. Он был разозлен тем, что жена застала его с Клэр, говорил, что она не имеет права расстраиваться, потому что в первую очередь виновата сама. Во всем виновата сама.
Глубоко вздохнув, Мэган взглянула на Кайла и выдавила неуверенную улыбку.
— Затем было две операции. К несчастью, кости срослись не правильно. В будущем предстоят процедуры, а теперь я хромаю. Конечно, есть много людей, чьи недуги гораздо серьезнее моих. Но было бы нечестно с моей стороны притворяться, что жизнь была бы хуже без этой боли. Большинство людей тактичны, меня редко расспрашивают.
— Как вы видите, я такими пороками не страдаю, — заявил Кайл. Он осторожно поставил кружку на пол. — Я нетактичен. Но считаю, что от страхов нужно избавляться. А желание угодить всем ловушка. Это — моя философия. Я очень сожалею о вашем несчастье, Мэган. Ужасно, что мужчина может так обращаться с женщиной. Как вы примирились с этим? Вы говорили с кем-нибудь о том, что случилось?
— Советовалась ли, вы имеете в виду? Нет. Мэган медленно повела головой из стороны в сторону, ее сердце сжалось от горя. — Я не хотела ни с кем говорить. Мне было.., слишком стыдно.
— Стыдно? — Тигриные глаза вспыхнули, он не мигая смотрел на нее.
— Я чувствовала, что виновата сама. — Даже теперь она продолжала слышать все те нелестные прозвища, которыми, насмехаясь, награждал ее Ник. Он говорил, что она фригидна, что не способна на «эксперименты» в постели. Но она об этом умолчит. Она и так рассказала Кайлу слишком много.
— Милая, ни один человек в мире не заслуживает, чтобы его сталкивали с лестницы. Это не ваша вина, что вы о себе надумали. Проблема заключается в вашем муже.., не в вас.
— Бывшем муже, слава богу.
— Поправка принимается. — Ответная улыбка Кайла была прекрасной — как радуга после дождя, как прогулка по пляжу в межсезонье, как классическая музыка.
— Так мы будем говорить об искусстве или о чем-либо еще? — Она робко заерзала на кушетке.
Как странно, просто сидишь и смотришь на человека, а в душе воцаряется мир и покой.
Мужчина пожал плечами, словно удивился предложению.
— В мире нет застывших форм и твердых правил, Мэган. Мы можем говорить на любую тему, на какую пожелаете.
— На самом деле я… — она с трудом перевела дух, — я очень хочу рисовать. Вы способны помочь мне?
Кайл неотрывно смотрел на прелестную брюнетку, мольба в ее голосе тронула его до глубины души. Темные глаза девушки светились надеждой, желанием и чем-то еще, понятным им обоим. Горячая мысль захлестнула его — о господи, то было обещание.
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Еще одна выставка. Неужели я так много прошу?
— Я занимался выставками последние пять лет, Деми. Мне это больше неинтересно!
Кайл взял горсть арахиса с маленькой тарелки на столе, в душе ругая себя на чем свет стоит за то, что согласился на встречу. Сидел бы сейчас дома, рисовал бы или изучал новые технологии в живописи.
Впрочем, о силе убеждения Димитрия Папандреу ходили легенды. Ему удалось застать Кайла в слишком хорошем расположении духа, и он решил воспользоваться этим.
Сейчас Кайл сидел напротив него в роскошном вестибюле отеля «Интерконтиненталь» на Парк-Лейн и размышлял, что его компаньон, должно быть, один из самых хитрых людей, почтивших своим присутствием это заведение. Одевавшийся в костюмы от «Армани», он вкушал плоды своих дружеских связей со всемирно знаменитыми людьми. Маленький шарик под названием Земля был в его руках, продать нефть самой богатой нефтью нации, арабам, для него было лишь детской забавой. Он был прирожденный торговец, и знакомство с ним служило высшей рекомендацией.
Он сотворил чудо, продвинув карьеру Кайла.
Что бы Деми ни продавал, это всегда подразумевало большие деньги. Однако сегодня Кайл охладел к сделкам.
— Мы могли бы продать те картины в десять раз дороже.., в десять раз! Думаю, у тебя в студии еще больше картин, а ты даже не позволил мне увидеть их!
Толстые щеки Деми затряслись от обиды, но Кайл только головой покачал:
— Неважно. Я больше не думаю о деньгах.
— Ты сумасшедший? — Деми был близок к апоплексическому удару. — Кого в мире не заботят деньги? Я сделал тебя богатым человеком. Ты бы тоже мог сделать мне маленькое одолжение. Так много людей любят твое творчество, Кайл. Живопись твоя жизнь. Как можно говорить, что ты больше не будешь рисовать?
— Я не говорил, что не буду рисовать, — возразил Кайл, потирая рукой слегка заросшую щетиной щеку. — Я сказал, что не хочу больше участвовать в выставках. Меня утомила постоянная круговерть. Хочу вернуться к простым жизненным вещам. Прошлая вечеринка в «Скиатос» была слишком шумной, мой друг.
