Дверь в сокровищницу запирается на пару скрытых замков, а на самом видном месте торчит красивая такая скважина с якобы запирающим заклятьем. Вот только сколько взломщик с ней ни бьется – она не открывается. Только запускает всякие гадостные ловушки. Потому что открываться этот «замочек» и не должен. Потому и «Цербер» – страж у царства мертвых. Ну а потом их стали использовать так часто, что все уважающие себя взломщики о них знали. А какой смысл в ловушке с секретом, если секрет известен всем?
– Ух ты, а я даже не знал, что так бывает, – уважительно протянул Линт. – А если с магвизором, тогда что не так?
– Ну смотри, – Скай ткнул в схему. – Когда вскрываешь замок сам, вручную, то разница в напряжении на ключевой нити и на всех остальных просто чувствуется. Она как бы другой температуры. А если ты на заклятье смотришь, неважно, Особым взглядом или прибором, то эту разницу легко не заметить. Где у тебя на схеме ключевая нить? Нету. Зато есть вот эти три узла, в которых вообще непонятно, что происходит. Если на твоей модели смотреть, получается, что они все подают импульс на ловушки. Тогда это «Цербер». А если там вот так…
Скай разрядил модель и переставил пару проволочек. Потом снова зарядил и без труда «открыл» заклятье.
– Ух ты! – Линт даже подпрыгнул на месте.
– Рано радуешься, – осадил его волшебник. – Смотри.
Он снова поменял в модели две проволочки, и снова замок открылся. Только теперь он открывался уже по-другому.
– Теперь понял? Тут может быть много комбинаций. Любая из этих вот ниток может отключать все остальные на любом из этих трех узлов. А мы по-прежнему не знаем, какая из них правильная для настоящего замка. Ну, если, конечно, тебе надо открыть настоящий замок, а не эту модельку.
Линт покраснел. Ему явно очень хотелось рассказать, показать, открыть-таки настоящий замок. Но, очевидно, замок этот охранял не безобидный буфет со сладостями…
Скай посмотрел на отчаянно пытающегося придумать выход студента, на свой заваленный бумагами стол и тяжко вздохнул.
– Ладно, Линт! Я в твои дела не лезу. Но если решишь все-таки поделиться, то я тут буду завтра. И послезавтра, боюсь, тоже. И еще пару недель.
– Спасибо! – Студент совершенно искренне обрадовался. – Я должен спросить. Наверное, можно будет тебе рассказать. До завтра!
Он свернул свои записи, сунул их в карман и осторожно поднял проволочную конструкцию. Еще раз поблагодарил Ская и двинулся к выходу, очень стараясь двигаться стремительно и при этом осторожно. Получалось скорее неловко и смешно, но, как бы то ни было, модель до выхода из зала добралась в целости. У входа студент чудом разминулся с несущим большую стопу книг невзрачным библиотекарем, извинился и спешно исчез за дверью.
Скай проводил его взглядом и тоже принялся собираться. От гранита науки уже ныли зубы. К тому же ему тоже очень нужно было посоветоваться. Когда-то он клятвенно пообещал друзьям не ввязываться в опасные приключения, не предупредив их, а в воздухе ощутимо пахло приключениями. Скорее всего, опасными.
Комната в гостинице «Снежный змей» была небольшой и непропорционально дорогой. Когда Скай снимал ее в первый раз, необходимо было произвести определенное впечатление на старых знакомых, теперь же съезжать в гостиницу попроще не велело начальство. Дело, в связи с которым волшебник приехал в Лареж, еще не было закрыто, и глава Тайной Службы полагал, что лучше пока придержать своего нового сотрудника в секрете ото всех. Поэтому Скай должен был продолжать вести себя так же, как и по приезде в город – жить в «Снежном змее», ходить по заведениям и званым вечерам, искать интересных знакомств. Ну и выполнять данное дядюшке обещание тоже не возбранялось. Амбициозному молодому волшебнику, конечно же, не следовало упускать возможность сделать себе имя в Гильдии. Сумел пережить нечто нетривиальное, да еще и понял, как объяснить интересное явление, – пиши трактат!
Знакомства без знающего вся и всех в городе Фаула образовывались медленно, научный труд писался с неимоверным трудом, но вот комнатка в гостинице всегда казалась Скаю очень уютной. Однако оказалось, что находиться в ней вместе с разъяренным товарищем как-то тесновато.
– И что ты будешь делать, если эти веселые ребята попросту нацелились на чью-то сокровищницу?
Ник, несмотря на юный возраст, казался старшим братом, взбешенным глупостью младшего. Опасные приключения, если в них втягивали его друзей, он на дух не переносил. А уж если кое-кто сам, добровольно в них втягивался, то это вообще никуда не годится.
– Тогда мы с вами их поймаем и сдадим страже, – развел руками Скай.
– А не лучше ли просто не влезать в это дело?
– Ты же знаешь Ская, – вмешался Пит. – Если он не будет влезать в дела, то быстро зачахнет, покроется пылью и уйдет в зельевары.
Шутка про смену профессии очень нравилась Питу, а вот сам Скай смешной ее уже не находил. Как представишь себе, сколько нудных книг с рецептами будет тебя окружать! Хотя лучше уж в зельевары, чем в профессора или, не приведи Темный владыка, библиотекари.
– Пожалуй, завтра я пойду в библиотеку вместе с тобой, – решил тем временем Ник.
– Зачем? – удивился Скай.
Ник в Гильдию Волшебников соваться опасался. Однажды ему уже довелось поучаствовать в одном магическом эксперименте, в результате которого он получил шрамы, несколько интересных способностей и стойкую неприязнь к пожилым любознательным волшебникам. Скай был почти уверен, что в Гильдии Нику ничего не угрожает, но «почти» всегда казалось помощнику недостаточной гарантией.
– Носить саквояж, мыть чернильницу, точить перья, подавать книги, – невозмутимо перечислил Ник. – Ну и что там еще должен делать личный помощник уважаемого волшебника?
– Но при тебе Линт точно не решится…
Скай взглянул на Ника и вдруг осекся. Пит одобрительно кивал и, кажется, с трудом сдерживал смех.
– В этом-то и план! – Пит все-таки рассмеялся.
Скай посмотрел на него укоризненно. В конце концов, кто, как не агент Тайной Службы, должен быть всеми руками за то, чтобы разобраться в подозрительном дельце и разоблачить возможных злоумышленников?
– Ты сам-то что думаешь? – прямо спросил волшебник.
– А что тут думать? Нам, простым кучерам, думать не полагается, – Пит демонстративно-простонародным жестом почесал в затылке. – Но ежели все ж попробовать, то выходит: в дело ты уже влез. Ты ж ему, студенту этому, уже показал, что в замках разбираешься и проблемку решить можешь, и еще дал понять, что догадался: мол, не в споре дело. Так что, если открыть этот замок твоим новым приятелям очень хочется, они непременно тебя к этому привлекут. А вот что будет дальше – это прямо зависит от того, что за дверку этот замочек запирает. Сам понимаешь, после некоторых дел сообщнику долю выплачивают, а после других – в мешок его и в реку,
