У меня не хватит духу солгать этому мужчине, особенно когда моя жизнь буквально в его руках.
— Ты заплатишь за это, — рычит он.
Он резко отталкивает меня и, шатаясь, направляется к выходу. Я поворачиваюсь, хватаю шприц и набираю в него еще дорика. После чего как можно незаметнее подхожу к Колтону.
Но недостаточно тихо.
Он поворачивается ко мне лицом, и у меня нет времени на колебания. Я прижимаю шприц к его животу и нажимаю на кнопку. Его ониксовый взгляд расширяется, прежде чем чернота исчезает, оставляя после себя неоновый синий цвет. А потом его глаза закрываются, и Колтон падает на пол.
Мгновение я смотрю на него, потом приседаю рядом и прижимаю пальцы к его горлу. Несмотря на то, что вколола ему столько, что хватило бы вырубить лошадь, его пульс все еще ровный. Со вздохом облегчения я падаю на задницу, обнаружив, что кафель очень жесткий.
Что же мне теперь делать?
Я должна немедленно сообщить об этом Брэкстону. Вот что я должна сделать. И все же… В голове промелькнули обрывки недавнего разговора Лии и Морган. Я не пыталась подслушивать, но и не могла не подслушивать. Они не перестали разговаривать ни когда я вошла в палату, ни когда я проверяла показатели Лии на ранних стадиях родов.
— Ты можешь поверить, что совет объявил всех людей и наших детей не гражданами Наджари? — Морган сердито хмыкнула. — Я знаю, что это не дело рук Зейдена. На самом деле он настаивал на том, чтобы мы автоматически получили гражданство, как только выйдем замуж за дравианцев.
— И что теперь? — спросила Лия, ее лицо судорожно скривилось, когда накатила очередная схватка.
— Ну, после долгих дебатов совет решил, что люди могут быть признаны гражданами после выполнения определенного ряда условий. Первое — мы должны поклясться в верности нынешнему предводителю и определенному дому. Это Каймар, да, — королева закатила глаза. — Во-вторых, мы должны родить детей.
— Ну, этот пункт можно вычеркнуть.
Морган покачала головой.
— Так можно было бы подумать, но это должно произойти после свадьбы. — Она погладила свой огромный живот, глядя на него снизу вверх. — Не волнуйся, малыш, никто не назовет тебя бастардом. Я убью их первой.
— Это самая большая куча дерьма, — заявила Лия. — Я боюсь спрашивать, есть ли еще что-нибудь.
— Мы должны состоять в браке не меньше года или в течение полного оборота солнца, доказывая, что мы надежны и являемся примером образцового поведения. И если нарушим хоть одно правило, то выбываем, — заявила Морган, в ее тоне легко угадывалась насмешка.
— В смысле?
— Выбываем из игры. Мы останемся на планете, но без каких-либо прав. Не намного больше, чем пленники.
— Пошли на хрен, — воскликнула Лия, распахнув глаза.
Морган кивнула.
— Представитель дома Каймар, Колтон, сказал, что испытательный срок слишком суровый, но его переубедили. Надо отдать парню должное за попытку.
— Колтон из того же дома, что Зейден и Варек, так что я не удивлена, но рада, что он попытался.
Посмотрев на Колтона, я возвращаюсь в настоящее. Его лицо, когда-то омраченное напряжением и гневом, теперь расслаблено и, как у большинства дравийцев, почти идеально симметрично с аристократической структурой костей. У него сильная линия челюсти, заканчивающаяся заостренным подбородком. Серебристые волосы рассыпаны по полу клиники, и я осторожно касаюсь прядей. Они мягкие и тонкие и, скорее всего, достигают по длине до середины его спины. Я провожу пальцами по кончикам его заостренных ушей, а затем по замысловатым косичкам чуть выше, которые указывают на его статус члена дома Каймар.
Этот ублюдок красив.
После долгих душевных терзаний я решаю, что мне нужно найти Кейда, брата советника. Кейд поможет, а если нет, то я пойду к Брэкстону. По какой-то причине чувствую необходимость сохранить это в тайне среди членов дома Каймар. Брэкстон, хоть и замечательный, но он из дома Манкой, откуда родом большинство медиков. Возможно, он не посчитает нужным действовать тайно, поскольку его преданность принадлежит другому дому.
С приблизительным планом я поднимаюсь на ноги и направляюсь к двери. Прежде чем выйти в коридор, бросаю быстрый взгляд на Колтона, отмечая, как мягко поднимается и опускается его грудь. Убедившись, что он спит, я направляюсь в комнату Кейда и Элеоноры.
Поскольку сейчас глубокая ночь, по дворцовым залам никто не ходит. Но даже если бы это было так, люди все равно смотрели бы в мою сторону, и не потому что я какая-то особенная. А потому что я ношу одежду, которая отличается от одежды других женщин, как людей, так и дравианок. Они носят шелка ярких цветов, обернутые вокруг их тела и бедер, и наряды дополняют украшениями.
Я, с другой стороны, ношу устаревший летный костюм цвета морской волны. Непрактично обнажать живот при работе с пациентами, лекарствами и биологическими жидкостями. Я также не оставляю свои светло-русые волосы распущенными, как все остальные. Опять же, непрактично. Вместо этого собираю их в хвост или пучок — это все, на что у меня есть время, поскольку постоянно нахожусь в клинике. Я — образец поговорки «Не умеешь — научись!»
Только для меня это звучит так: «Не можешь забеременеть — принимай роды».
Стучу кулаком в дверь, как только добираюсь до места назначения, а затем нажимаю кнопку интеркома.
— Это Натали, — тихо говорю я.
Не прошло и минуты, как дверь распахивается, являя Кейда, стоящего без рубашки и с мечом в руках. Рядом с ним Гром.
— Привет, приятель, — говорю я венолиту, или огромному волку. Ладно, может, он еще щенок, если его можно назвать щенком, когда он размером с большого дога. Гром обнюхивает мою руку, прежде чем ее лизнуть.
— Могу я вам помочь? — спрашивает Кейд. Его взгляд останавливается на мне и сужается, заставляя меня напрячься. Возможно, это была не самая лучшая идея — просить его о помощи.
— Мне нужно сказать тебе кое-что важное, — сообщаю я, переведя взгляд через его плечо, чтобы убедиться, что мы одни. — Это касается твоего брата.
Уголки губ Кейда смыкаются, и он нахмуривает брови.
— Он умер?
— Нет, но он в беде.
— Я сейчас вернусь.
Он заходит внутрь, позволяя двери закрыться, и я прячу руки в карманы и прислоняюсь к стене. Наверное, не стоило бы, ведь она украшена драгоценными камнями и золотой краской, но я устала после долгой смены. И не похоже, что она скоро закончится.
Кейд снова появляется полностью одетым, но меч все еще на месте. По крайней мере, он у него на бедре, а не в руке. Это немного смягчает мое напряжение, хотя не должна бояться.
